Чтение онлайн

Не парень он мне! Каждый день по сто раз приходится об этом напоминать, но вот, опять! Даже не даст полюбоваться симпатичным мальчиком со щетиной, которую оказалось так легко почувствовать.

– Отвали, - улыбнувшись, отозвалась я, не открывая глаз и продолжая касаться подушечками пальцев чужого подбородка.

И тут Лёнька сделал то, что ему совершенно не свойственно хотя бы потому, что он крайне нерешительный, скромный и застенчивый. И ещё, конечно, потому что знает, что от меня можно и получить, если что не так.

Но сейчас он проявил всю свою потаённую наглость и схватил мою руку за запястье, оборвав тем самым приятные покалывающие ощущения на коже пальцев.

– Ты охренел? – возмутилась я, оборачиваясь и ожидая встретиться лицом к лицу с Лёнькой… И тут же замирая от осознания, что парень стоит слишком далеко от меня, чтобы его рука могла дотянуться до моего запястья.

В глазах Лёньки застыл ужас, но это, впрочем, я видела довольно часто, потому что мой друг боялся всего, чего только можно было бояться. Но сейчас этот взгляд впервые произвёл на меня впечатление, поскольку мог означать только одно…

Нервно сглотнув, я медленно перевела взгляд на лежащего в кровати незнакомца…

Встретившись с широко распахнутыми зелёными глазами, с которых сон как рукой сняло, я вздрогнула, с минуту смотрела в них, а потом истошно заорала.

Мой крик оказался для парня неожиданностью, и он ослабил хватку, продолжая ошарашено смотреть на меня. Точно также ошарашено, как и я, потому что происходящее не вписывалось в мои представления о визите в нашу бывшую квартиру.

– Что ты орёшь?! – засуетился Лёнька, подбегая и хлопая меня по плечу. Не замечая при этом, что орёт он не меньше, чем я. – Валим отсюда! Давай, быстрее надо сматываться!

Незнакомец посмотрел на Лёньку изучающе, а я, уже перестав орать, всё никак не могла оторвать взгляда от этих зелёных глаз. Растерянный квартирант отпустил мою руку, видимо, решив согласиться с Лёнькой в вопросе, что нам и правда лучше отсюда свалить.

А я, всё ещё не веря в происходящее, улучила момент и вновь протянула руку в щеке парня. Он оказался, увы, бдительным, и быстро перевёл взгляд на меня, а затем резко сел на кровати, одновременно отскакивая в сторону, подальше от меня и моей руки, так что удалось лишь неловко провести пальцами по заросшей коже…

– Даринка, ты совсем с ума сошла, что ли?! – продолжал вопить Лёня, уже срываясь на крик. – Валим, говорю тебе!

Вот за что я друга своего ценила – так это за преданность. Ведь именно это главное в друзьях. Неважно, насколько они больные на голову, трусливые и занудные – главное, что они, как Лёнька сейчас, будут стоять и орать мне в ухо не своим голосом «Валим отсюда!», но ни за что и ни при каких обстоятельствах не свалят одни, не бросят, не предадут.

В плане дружбы я могла сказать, что друзья должны быть «такие, как Лёнька». Это единственный аспект, в котором я могла так про него сказать, но аспект крайне важный!

Квартирант переводил взгляд с меня на Лёньку, а я, как завороженная смотрела на этого симпатичного брюнета. Красивый, растерянный и напуганный ни кем иным, как мной…

– Ты… - нерешительно обратилась к нему, боясь услышать ответ. – Ты почувствовал, да?

И снова протянула к нему руку, но он перехватил её за запястье раньше, чем я успела дотронуться до его лица.

– Вы кто такие? – спросил незнакомец строго и хрипло.

– Даринка, ну не тупи! – взмолился Лёнька. – Ну если он хватает тебя, то ясно, что почувствовал. Валим! Ну пожалуйста, я сейчас тут прям сдохну!

– Да куда уж больше-то, - хмыкнула я, напоминая, что мы и так, в общем-то, уже сдохли. Почти.

Но квартирант как раз отошёл от первого шока, и резко притянул меня к себе за руку. Давненько никто не мог дотронуться до меня, кроме Лёньки, а он не прикасался, понимая, что получит за это… Так что с непривычки я легко подалась на рывок и повалилась на парня, успев второй рукой упереться в его плечо, чтобы не упасть на него окончательно.

Шелковистость обнажённой кожи завораживала. Я так давно не могла ощутить чего-то подобного! Не удержалась вновь и провела пальцами по его плечу, глупо улыбаясь и почти зажмуриваясь от сногсшибательного сочетания запаха парфюма и мужского тела.

– Вы обкуренные, что ли? – отталкивая меня, спросил парень. – Как в квартиру вошли? – это уже опять строго и серьёзно.

Видимо, ситуация радовала только меня.

Лёнька всё ещё призывал меня поскорее слинять и угрожал своим обмороком и гибелью, квартирант смотрел так, словно я только что неудачно пыталась его соблазнить, а я по-прежнему глупо улыбалась и радовалась, что нашла хоть кого-то из живых, кто видит, слышит и чувствует меня!

– Эй, как попали в квартиру? – тряхнув меня, спросил квартирант, тут же аккуратно придержав рукой за предплечье: я была очень податлива и совершенно не напряжена, и потому стоило тряхнуть меня, как я чуть не упала.

Мы с Лёней переглянулись.

– Валим. – Сказал он неожиданно собранно, чётко и как-то по-военному.

Я кивнула, хоть уходить и не хотелось. Но умом понимала, что сейчас с квартирантом нам нормально поговорить не удастся.

– Отпусти меня, - попросила я, заглядывая в зелёные глаза и мило улыбаясь. – Мне больно…

– Прости, - стушевался парень от моего прямого взгляда, и разжал пальцы, а потом усмехнулся: - Ну и ты тогда меня отпусти, - и выразительно покосился на своё плечо, которое я по-прежнему поглаживала.

– Да, конечно, - я отпрянула и впервые смутилась от происходящего.

Эти зелёные глаза, которыми я любовалась, смотрели, оказывается, теперь уже насмешливо. Он понял, кажется, что мы не похожи ни на воров, ни на убийц ни на кого-то подобного, кого стоит опасаться.

Пряча взгляд, я поднялась с кровати и, сгорая от стыда, переглянулась с Лёней и ринулась в коридор. Друг последовал за мной. Он был давно готов бежать, и только ждал сигнала, так что мы с ним метнулись в дверной проём почти одновременно, едва не столкнувшись плечами.

– Прости, чувак, нам пора! – бросила я ему уже на бегу.

– Эй! – крикнул квартирант, пытаясь быстро вскочить с кровати и успеть нагнать нас, но мы уже прошмыгнули сквозь входную дверь и бросились вниз по лестнице.

Нам даже встретился один прохожий, который не обратил на нас ни малейшего внимания и которого Лёнька непременно бы сбил с ног, будь он материален.

Мы выбежали на улицу, где ещё было свежо, тихо и спокойно: утренние часы отличались особой атмосферой, от которой хотелось отложить все мысли, никуда не спешить и просто любоваться, как восходящее солнце освещает нежно зелёные листочки, только недавно появившиеся из почек.