Чтение онлайн

75. Г-н Березовский использовал свое личное и политическое влияние в Москве для получения нужных подписей для подготовки и принятия необходимых нормативно-правовых актов. Он никогда не говорил мне, что это произошло во время его непосредственной встречи с президентом Ельциным. Я помню, как г-н Березовский рассказывал мне, что встречался с президентом Ельциным весной 1995 г., но все же, как я понял, это не была встреча с глазу на глаз, и она не была связана с Сибнефтью. Насколько мне известно из наших с ним бесед, г-н Березовский впервые встретился с президентом Ельциным наедине после того, как он был назначен заместителем Секретаря Совета безопасности в октябре 1996 г. Г-н Березовский определенно никогда не был человеком «группы советников» президента Ельцина. Я знаю это от г-на Валентина Юмашева, который к 1996 г. был советником президента Ельцина по вопросам взаимодействия со СМИ, а в марте 1997 г. стал руководителем Администрации Президента, и с которым у меня сложились дружеские взаимоотношения.

76. Итак, мне была важна способность г-на Березовского убедить тех, кто мог оказать влияние на решения президента Ельцина, поддержать предложение о создании компании Сибнефть. Г-н Березовский рассказал мне, что говорил с г-ном Юмашевым и другими людьми, известными как члены «ближнего круга» президента Ельцина, включая г-на Илюшина и генерала Коржакова. В то время генерал Коржаков был одним из немногих, у кого ежедневно был доступ к президенту Ельцину. В связи с этим, участие г-на Березовского было крайне важным, так как в то время у меня не было политических контактов на таком высоком уровне в Администрации Президента.

77. Законодательные акты были приняты, и Сибнефть была официально зарегистрирована 6 октября 1995 г. в г. Омске. Г-н Березовский потребовал у меня (неразборчиво) сказал, что нужно заплатить генералу Коржакову), которые, по его словам, он понес в связи с обеспечением поддержки для создания Сибнефти. Осенью 1995 г. я заплатил г-ну Березовскому по его просьбе 10 млн долларов, из них 4 млн долларов РУНИКОМ С.А. перечислил напрямую ЛогоВАЗу. Это была часть платы за услуги г-на Березовского…

82. Приблизительно в марте 1995 г. г-н Владимир Потанин (который в последующем стал первым заместителем Премьер-министра) на заседании Правительства Российской Федерации предложил от имени консорциума банков предоставить кредит правительству под залог принадлежащих государству акций ведущих российских предприятий. Так была впервые озвучена идея залоговых аукционов, которая получила неофициальное название «кредиты в обмен на акции». 31 августа 1995 г. вышел Указ Президента № 889 «О порядке передачи в 1995 году в залог акций, находящихся в федеральной собственности». Комитету по управлению государственным имуществом было поручено в 10-дневный срок определить перечень платежей акций, выставляемых на аукцион. В данном списке Сибнефти не было.

83. Мы с г-ном Березовским примерно в сентябре 1995 г. встретились с членами Комитета по управлению государственным имуществом, включая г-на Альфреда Коха, который, как я помню, исполнял обязанности Председателя этого Комитета. Позднее я неоднократно встречался с г-ном Кохом и мы обсуждали шаги, которые необходимо предпринять для включения Сибнефти в программу «кредиты в обмен на акции». Кроме того, мы обменивались мнениями по возможной цене предложения по кредиту, исходя из того, как мы оценивали стоимость компании. Я также обсуждал вопрос включения Сибнефти в программу «кредиты в обмен на акции». Убедить г-на Виктора Городилова было долгим и нелегким делом, но, в конце концов, он согласился поддержать это предложение и, при необходимости, даже оказать финансовую поддержку.

84. Первым шагом стало издание Комитетом по управлению государственным имуществом 11 октября 1995 г. распоряжения № 1462-р, согласно которому 51 % акций Сибнефти закреплялся в федеральной собственности, а 49 % акций подлежало продаже на инвестиционных конкурсах и специализированном денежном аукционе. Г-н Кох сказал, что без издания Указа Президента он сам ничего больше сделать не может. Я сказал ему, что беру это на себя, и попросил г-на Коха, чтобы он выступил на заседании Правительства с предложением о передаче в залог 51 % акций Сибнефти. Он согласился. Дальше все произошло очень стремительно, буквально за один день Правительство одобрило предложение Комитета по управлению государственным имуществом о передаче 51 % акций Сибнефти в залог (постановление № 1167 от 27.11.1995 г.), был подготовлен проект Указа, собраны необходимые согласования после чего г-н Березовский обеспечил подписание президентом Ельциным Указа от 27.11.1995 г. № 1186 «Об управлении и распоряжении акциями открытого акционерного общества «Сибирская нефтяная компания», находящимися в федеральной собственности». В этот же день было опубликовано информационное сообщение о проведении 28 декабря 1995 г. аукциона на право заключения договоров кредита, залога акций Сибнефти, составляющих 51 % уставного капитала, и соответствующего договора комиссии.

85. Я понимал, что надо обязательно участвовать в торгах, иначе я рискую потерять контроль над оперативным управлением, на который я уже потратил столько денег и которого добился с таким трудом. И я со своей командой сосредоточился на подготовке к аукциону. И в этой связи я обсуждал предстоящий аукцион с г-ном Березовским и г-ном Виктором Городиловым. При этом выкуп акций не обсуждался, так как предметом аукциона было предоставление кредита правительству под залог акций…

86. Чтобы принять участие в аукционе по программе «кредиты в обмен на акции» я организовал создание компании под названием ЗАО «Нефтяная финансовая компания» («НФК»). Мы с г-ном Березовским обсуждали участие НФК в аукционе с г-ном Александром Смоленским, с которым впоследствии и договорился об условиях, на которых НФК и ВКБ «Столичный банк сбережений» («СБС») подадут заявку на право заключения с российским правительством договоров кредита, залога 51 % акций Сибнефти и договоров комиссии. Я сделал так, что совладельцами НФК стали две российские компании – ООО «Вектор-А», которое на 100 % принадлежало другой моей компании – Петролтранс, и АКБ «Объединенный банк» («Объединенный банк»). Основными владельцами Объединенного банка были государственная компания ОАО «АвтоВАЗ», ее дочернее предприятие ПКБ «АвтоВАЗбанк» и ЛогоВАЗ. Было широко известно, что Объединенный Банк связан с г-ном Березовским, и на протяжении всего процесса подготовки к аукциону и последующего участия в нем я стремился поддерживать впечатление о нашей связи с г-ном Березовским, чтобы придать больший вес нашей заявке. В конце концов, я платил ему за это и пользовался каждой возможностью, чтобы получить выгоду от его протекции…

93. Мы с г-ном Городиловым провели много времени на переговорах с СБС с участием г-на Смоленского, г-на Алексея Рассказова и других банковских служащих СБС. Причины, по которым СБС дал согласие использовать свое имя для нашей заявки, состояли, во-первых, в том, что мы полностью обеспечили своими денежными средствами всю сумму кредита, и во-вторых, мы договорились, что все предприятия Сибнефти перейдут на банковское обслуживание в СБС. К концу 1995 г. в России было лишь несколько компаний с такими большими денежными потоками, как у Сибнефти (в районе 1 млрд долларов США в год), поэтому стать основным банком Сибнефти было для СБС важным достижением. Это никак не было связано с г-ном Березовским.

94. СБС выступал на залоговом аукционе скорее «номинальным» кредитором, который предоставил 100,3 млн долларов США, необходимых для аукциона. Однако, как я поясню ниже, фактически СБС рисковал мало, если вообще рисковал, поскольку предоставленный кредит был полностью обеспечен средствами, находившимися на банковских счетах наших компаний в этом банке. Банк «Менатеп», который формально гарантировал кредит СБС, также не брал на себя каких-либо реальных рисков, потому что его ответственность наступала только в том случае, если бы СБС не заплатил.

95. Как было отмечено выше, ни г-н Березовский, ни г-н Патаркацишвили ничего не внесли для финансирования заявки НФК на аукционе ни через НФК, ни в виде какого-либо обеспечения под кредит СБС.

96. В равной мере мы не говорили с г-ном Березовским о том, что он предоставит какую-либо финансовую гарантию. Судя по тому, что мне было известно о ЛогоВАЗе, у этой компании также не было необходимых активов для обеспечения какого-либо кредита. Мысль о том, что г-н Смоленский позволил бы СБС выдать 100, 3 млн долларов США только под личную гарантию Березовского, как он это утверждает, не вызывает доверия. Г-н Березовский пытается крайне недостоверно изобразить ту роль, которую он играл.

97. Г-н Патаркацишвили, хотя и не принимал участия в организации финансирования заявки, некоторым образом принял участие в аукционе. В период подготовки документации для подачи заявки я узнал, что АБ «Инкомбанк» также планирует подать заявку на участие в аукционе. АБ «Инкомбанк» намеревался использовать для подачи этой заявки алюминиевую компанию ОАО «Самеко». Г-н Патаркацишвили сказал, что постарается убедить Генерального директора ОАО «Самеко» отозвать заявку. Это ему удалось, и он получил подписанное письмо, подтверждающее отзыв заявки. Без участия г-на Патаркацишвили мы бы не получили письма об отзыве ОАО «Самеко».

98. НФК выиграла аукцион. Я помню, что был очень доволен победой НФК, хотя не могу вспомнить, что именно я сказал в момент объявления результатов, не думаю, что я когда-либо говорил г-ну Вальдману, что горжусь быть партнером г-на Березовского, как, насколько я понимаю, он утверждает…

105. Государство не смогло погасить кредит. И 12 мая 1997 г. НФК в установленном порядке провела конкурс по продаже 51 %-ного пакета акций Сибнефти. Для участия в конкурсе я договорился с г-ном Смоленским о том, что СБС предоставит нам компании, которые выступят учредителями новой компании, которой стало ООО «Финансовая нефтяная корпорация» («ФНК»). Организационные вопросы по созданию ФНК и ее подготовке к конкурсу я поручил г-ну Андрею Городилову. Я контролировал ФНК косвенно через своих сотрудников , а юридически учредителями компании выступили ЗАО «Алкон Секьюритиз» и ЗАО «Объединенная депозитарная компания», которые контролировались СБС. Такая структура владения была обусловлена необходимостью участия в конкурсе компаниям, имеющей достаточный собственный капитал.