Чтение онлайн

И все же они совпали! 31 августа сошлись в одну точку два основных вектора Абрамовича-2012. Матч за Суперкубок УЕФА и окончание судебного процесса, инициированного антагонистом Абрамовича Березовским.

Сообщение корреспондента «Ъ» Анны Заниной из Англии лучше процитировать.

«Судья Элизабет Глостер около 40 минут зачитывала краткое решение по делу (его текст доступен на сайте суда). В нем прежде всего отмечается, что все четыре соглашения, на существовании которых настаивал Борис Березовский, были заключены много лет назад и это повлияло на качество свидетельских показаний. Суду пришлось скептически оценивать некоторые «пространные свидетельские заявления, отражавшие скорее трудолюбивый продукт работы юристов, чем фактические показания». В связи с этим, подчеркнула судья, основной задачей суда в этом деле было «решить, кому верить – Березовскому или Абрамовичу». Из-за того, что иск во многом основывался на устных показаниях Бориса Березовского, суд не должен был иметь и доли сомнения в их объективности и правдивости, говорится в решении. Но Элизабет Глостер охарактеризовала Бориса Березовского как «неубедительного» и «ненадежного» свидетеля, который вольно «трактует истину… в зависимости от своих текущих целей». Она отметила, что иногда его показания были заведомо нечестными, в других случаях истец, возможно, искренне заблуждался, «веря в свою собственную версию событий». Судье не внушило доверия и то, что господин Березовский «пытался избежать ответов на вопросы, произнося долгие и неуместные речи или притворяясь, что забыл факты, на которые ссылался ранее». А господин Абрамович, по мнению судьи, напротив, давал осторожные, точные и обдуманные ответы, несмотря на очевидные сложности, связанные с необходимостью серьезно сосредоточиться, чтобы понимать вопросы перекрестного допроса и отвечать на них. В результате госпожа Глостер посчитала Романа Абрамовича заслуживающим полного доверия суда. Элизабет Глостер пришла к выводу, что устные соглашения между истцом и ответчиком о разделе долей и прибыли от совместных бизнесов не были заключены. По этой причине она не стала разбираться в обстоятельствах приобретения «Сибнефти» и алюминиевых активов. Суд согласился с Романом Абрамовичем, что все выплаты Борису Березовскому производились «в обмен на его поддержку и «крышевание», а $1,3 млрд, выплаченные Романом Абрамовичем, представляли собой не цену продажи доли Бориса Березовского и Бадри Патаркацишвили в «Сибнефти», но скорее окончательную единовременную выплату для избавления от «крыши». Судья также сочла недоказанными факты давления и угроз на истца со стороны Романа Абрамовича. Здесь госпожа Глостер сделала отступление, заявив, что доверяет показаниям бывшего главы президентской администрации Александра Волошина о том, что Кремль не оказывал давления на Бориса Березовского с целью отъема ОРТ, а Роман Абрамович, соответственно, таких угроз от имени Владимира Путина не передавал».

После исторического теперь уже заседания Березовский, который, кажется, до последнего верил в свою звезду, заявил, что крайне «удивлен» и «шокирован» решением лондонского суда и его вера в английское правосудие подорвана и «не функция судьи – переписывать историю». Было видно, что Березовский, действительно, а не фигурально, раздосадован оглашенным решением, причем озвученным с использованием столь нелицеприятных и резких в его адрес слов и выражений.

Эмоциональная реакция Абрамовича была не видна, поскольку он не присутствовал на заседании. В этот последний день лета он был на другом событии, для него более значимом. В этот день его «Челси» на стадионе «Луи II» в Монако безрезультатно пытался завоевать Суперкубок УЕФА в матче с мадридским «Атлетико». Но это уже другая история.

После суда, по сообщению «Ъ», «Millhouse Романа Абрамовича от его имени распространила заявление, выразив мнение, что это дело должно было рассматриваться в России, однако «господин Абрамович всегда относился с почтением к британской судебной системе и верил в ее правосудие». «Мы изначально утверждали, что обвинения господина Березовского были безосновательными, и теперь это подтвердил суд», – подчеркивается в сообщении. На вопрос “Ъ”, не нанесло ли это дело репутационный ущерб владельцу «Челси», представитель Millhouse отметил, что «судья Глостер оценила Романа Абрамовича как откровенного, честного и надежного свидетеля, так что его репутация скорее даже улучшилась».

Похоже, представитель Абрамовича не кривил душой. Не только потому, что его шеф выиграл, но и потому, что было ясно, согласившись на английский процесс, Абрамович изначально принял любой результат суда, решившись быть правдивым. То есть психологически Абрамович переиграл Березовского еще до начала публичной стадии процесса. Может быть, оттого он был столь убедителен и в глазах судьи во время лондонских слушаний осенью 2011 года.

Случайностей не бывает, даже если они кажутся таковыми. Удивительно совпадение таких масштабных событий в жизни одного человека. Очевидно, такое 31 августа 2012 года знаменует новый этап в жизни Абрамовича.

Хотя в житейском измерении решение суда в позициях и статусе Березовского и Абрамовича вряд ли что-то поменяет. Березовский останется эмигрантской костью в горле российской власти, а в старости умрет в полной безвестности в государственном английском или израильском доме для престарелых, брошенный всеми. Абрамович продолжит богатеть, когда-нибудь в Анадыре ему поставят памятник за заслуги перед чукчами, а будущие поколения болельщиков «Челси» будут передавать из уст в уста легенду о золотой эпохе их любимой команды, в день рождения Абрамовича на стадионе перед матчем будут играть «Калинку» при стоящих трибунах, мы же будем водить в московский «Гараж» своих внуков, показывая им переданную в дар России крупнейшую частную коллекцию предметов мирового искусства второй половины XX – первой трети XXI в.

Чем дольше мы работали над книгой об Абрамовиче, тем навязчивее меня преследовала мысль о том, что его нет, что он – миф, выдуманный человек, типаж, который характеризует эпоху, дополняя и объясняя и нас с вами, возможно, не столь сильных, удачливых, умных, харизматичных и способных к предвидению, но, как и он, составляющих смысл и назначение нашего периода в истории России. Но Абрамович – не миф. Он – типаж, магический кристалл, через который преломляется вся новейшая история России.

Порой кажется, что Роман Аркадьевич Абрамович – это современный Робин Гуд, и прежде всего по отношению к государству. При его непосредственном участии государство вернуло под свой контроль (хотя, он, скорее всего, не ставил перед собой такой цели) около трети нефтяных запасов страны и «Первый канал» телевидения (ОРТ), структурировало алюминиевую, металлургическую и автомобильную промышленность. Абрамович, конечно, многих обделил, но его благотворительность и меценатство, – а как иначе можно охарактеризовать его усилия по возрождению отечественного футбола, пожертвования на церковь, дотации на Чукотку, – вызывают симпатию у простого человека.

А еще у Абрамовича талант обрабатывать людей, использовать их в своих интересах, причем так нежно и аккуратно, что человек, даже осознавая невыгодность и опасность своих действий, предпринимает их азартно и напористо, невзирая на последствия. При этом складывается впечатление, что наш герой совершенно лишен тщеславия. Как это возможно – обладать уникальным даром вскрытия и распознания любой человеческой души, а также невероятным по силе талантом делать деньги, и при этом оставаться совершенно равнодушным к популярности, публичности, славе?!

Один его ответ на вопрос о взаимосвязи счастья и богатства многого стоит; а сказал он буквально следующее: мол, счастье определяется не деньгами, которые всего лишь дают немного свободы.

Или возьмем его показания лондонскому суду, которые уникальны не только как хроника событий, но и как образец психологического анализа людей, с которыми Абрамовичу доводилось иметь дело. Кажется, что он их видел насквозь, он понимал не только, что стоит за предложениями Патаркацишвили или Березовского, он наперед знал, как они отреагируют на его последующие шаги, и просчитывал уже их следующие реакции. Поразительна его интонация, с которой он свидетельствует о низменности натур своих оппонентов, их жадности, алчности, жестокости, бесчеловечности, способности пойти на всё ради получения финансовой выгоды или утверждения своего интереса. Абрамович остается бесстрастен.

Возможно, в мировой истории можно вспомнить только одного равного ему еврея, который умел договариваться с противоборствующими сторонами таким образом, что, переходя из лагеря в лагерь, умудрился избежать упреков в предательстве, – это Иосиф Флавий (кстати, первый светский писатель, документально засвидетельствовавший существование Иисуса из Назарета).

«Едва появившись на свет, Роман знал, как делать деньги, – рассказывала впоследствии первая жена Абрамовича Ольга. – Уверена, он стал бы миллиардером в любой стране. Тот факт, что он сделал это в коммунистической России, наглядно демонстрирует его ум и способности».

Так и есть: за 10 лет – $20 млрд. Такое было возможно только в России, только в определенное время и в определенном месте. И Абрамовичу удавалось в этом месте оказаться. Исполнилось все, о чем он так мечтал в детстве, и теперь Роман Аркадьевич говорит: «Я не кинозвезда. Я не стремлюсь к известности. Я хочу жить спокойно». Только вот это его желание – жить спокойно – вряд ли когда-нибудь будет исполнено.

И не только потому, что Абрамович уже скинул с себя большую часть своего российского бизнеса, получив при этом немалые деньги.