Чтение онлайн

1995 год – 17 млн $ США

1996 год – 80 млн $ США, сумма значительная для того времени, объяснялась она расходами на предвыборную кампанию Бориса Ельцина

1997 год – 50 млн $ США

1998 год – 50 млн $ США – сумма «стандартная», несмотря на связанный с финансовым кризисом дефицит наличности

1999 год – больше 50 млн $ США

Абрамович на суде : «Обычно это были устные просьбы. Бадри (Патаркацишвили. – Авт. ) мог позвонить, прислать инвойс, перевести деньги куда-то или принести $50 000 в клуб (Здание, в котором находился офис «ЛогоВАЗа». – Авт. )… Березовский часто звонил, когда ему нужны были деньги». «То есть не было разового платежа в $50 млн, например?» – уточнил адвокат. «Нет, никогда. Почти всегда мы договаривались предварительно, сколько должно быть заплачено в год. Они говорили, сколько нужно», – признал Абрамович.

Березовский на суде сказал, что источник средств на расходы на его недвижимость во Франции – это примерно на 95 процентов его доля (interests) в «Сибнефти», а также, «возможно, в Русале». Деньги шли через компании Абрамовича, признал Березовский.

Адвокат Рабинович весь процесс старательно сводил к тому, чтобы была очевидна центральная роль Березовского в большом бизнесе Абрамовича. Например, Рабинович спросил, что сделал для аукциона по «Сибнефти» Абрамович. «Дал денег», – сообщил ответчик. «И все?» Абрамович: «Еще встречался с руководителями банков, вел переговоры. И дал денег, да: СБС-агро сам ничего не инвестировал в залоговый аукцион».

На замечание адвоката о том, что Смоленский на допросе в Генпрокуратуре в 2009 году утверждал, что СБС финансировал сделку под личную гарантию Березовского, Абрамович ответил, что допрос у прокурора – очень неприятная процедура, а из ответа банкира видно, что он очень нервничал. Не все сходится в его заявлениях, поэтому я бы не очень полагался на эти его слова, добавил Абрамович. При этом он отметил, что СБС фактически был лишь «платежным агентом». Деньги, которые СБС перечислил правительству, были полностью обеспечены средствами, которые «мои компании» держали у банка на депозите, пояснил он.

Рабинович подводил суд к тому, что Березовский играл большую роль в подготовке к аукциону по «Сибнефти»: познакомил Абрамовича со Смоленским (Александр Смоленский – основатель СБС-агро), а также, судя по показаниям самого Смоленского, Березовский давал личное поручительство СБС-агро.

«Все эти показания – странные», – сказал Абрамович. Он заявил, что банк «СБС-Агро» был только платежным агентом, он лишь перечислил деньги, поступившие от НФК (НФК привлекла средства от третьих лиц), правительству РФ.

Рабинович : «То есть «СБС-Агро» своих денег не давал?»

Абрамович : «Нет, ни копейки, ни доллара!»

Абрамович : «Мы заложили долговременные поставки нефти, контракты следующего года, и полученные деньги перечислили правительству через банк «СБС-Агро».

Рабинович : «Вся нефть, продаваемая «Руникомом», была от «Сибнефти»?»

Абрамович : «Нет, от «Сибнефти» шло около 60 %».

Казалось иногда, что Рабинович переигрывал Абрамовича, который заявил на суде, что к марту 1996 года он нуждался в политическом лоббировании со стороны Березовского. По его словам, он один не удержал бы компанию «Сибнефть» в руках. «Моего авторитета не хватило бы для того, чтобы работать с Городиловым (Виктор Городилов в 1995 г. генеральный директор Ноябрьскнефтегаза. – Авт. ) одному».

На суде Рабинович настаивал, что именно Абрамович попросил Березовского отдалиться от компании.

Рабинович : «Вы сказали, что для «Сибнефти» было вредным быть каким-либо образом связанным с Березовским».

Абрамович : «Этого не было».

«После выборов 1996 года Березовский превратился в значительную политическую фигуру. Он фактически стал политической корпорацией, политическим руководителем большого бизнеса, на которую мы все (предприниматели) работали», – заявил на суде Абрамович.

Абрамович дал понять, что значительная роль Березовского в окружении президента Бориса Ельцина привлекала к нему весь крупный бизнес страны, который «оплачивал его услуги». Это при том, что Березовский лично доступа к президенту не имел, а влияние оказывал именно на его ближайший круг.

По словам Абрамовича, только из соображений безопасности никогда не говорилось о том, что он один является акционером компании «Сибнефть». В связи с этим использовались формулировки «менеджмент компании», «руководство компании», хотя на российском рынке, по его словам, ходили слухи, что владельцем компании являлся Березовский. Абрамович завил, что Березовский был «волнорезом, который снимал все вопросы».

Рабинович : «Бадри у вас спрашивал про управление «Сибнефтью», используя местоимение «мы», «почему МЫ так решили управлять»?

Абрамович : «У Бадри русский язык был вторым, он немножко путал, где-то говорил мне «ты», где-то «мы».

Рабинович : «Но ваш адвокат говорил, что Бадри отлично знал русский язык».

Абрамович : «Он иногда путал слова, он ведь учился в грузинской школе, а не в русской».

На суде процитировали и Михаила Ходорковского, из его интервью «Ъ»: «Мы обсуждали эту сделку (слияния «Сибнефти» и ЮКОСа). В том числе и с г-ном Березовским, хотя он и не является акционером «Сибнефти» непосредственно. Но всего в сделку с обеих сторон входит пять компаний, а не две. Две основные и три вспомогательные. Г-н Березовский не является акционером «Сибнефти», но в группу как один из совладельцев входит и, соответственно, будет одним из акционеров новой компании».

Швидлер, на суде: Судя по интервью, Ходорковскому сказали, что Березовский будет акционером новой компании (имеется в виду ЮКСИ). Рабинович намекал, что Березовский соответственно являлся и акционером «Сибнефти». Швидлер, конечно же, был не согласен.

Адвокат Березовского Рабинович пытался доказать, что «Сибнефть» недополучила из-за посредников сотни млн долларов, ссылаясь на исследования «Ренессанс Капитала» и других компаний, анализировавших риски «Сибнефти». Анализ рисков проводился за 2001 год.

Рабинович: «Вернемся к посредникам. Они продавали нефть по ценам в 2–3 раза выше, и вы хотите сказать, что «Сибнефть» получала ту же прибыль, если бы этой схемы с посредниками не было?».

Абрамович : «Мне сложно воспринимать вопрос на слух, вроде да». Абрамович добавил также, что в 2001 году он уже не работал в «Сибнефти». В 1999 году он стал депутатом Госдумы.

Рабинович : «После консолидации компаний-посредников с «Сибнефтью» в 2000 году прибыль «Сибнефти» резко возрастает».

О недополучении прибыли «Сибнефтью», по словам Рабиновича, говорят и показатели EBITDA «Сибнефти», выросшие после присоединения к ней фирм-посредников до $1,6 млрд.

Абрамович : «Я не могу сказать точно, что это так, я не знаю. Могу только высказывать свои предположения и догадки». Потом Абрамович добавил, что экономия на налогах «Сибнефти» шла ему, но он тратил ее на нужды Чукотки.

По эпизоду с Русалом господин Абрамович рассказал, что приобрести алюминиевые активы ему предложил Бадри Патаркацишвили. Выяснилось, что в договоре от февраля 2000 года о приобретении КрАЗа, КрГЭС и БрАЗа в качестве покупателей помимо Романа Абрамовича фигурирует и господин Патаркацишвили, который, по утверждению ответчика, лишь вел переговоры, за что в дальнейшем получил комиссионные. Господин Абрамович настаивал, что в переговорах с Олегом Дерипаской ни Борис Березовский, ни Бадри Патаркацишвили не участвовали, они лишь были поставлены в известность о предстоящей сделке по слиянию алюминиевых активов (на их базе впоследствии был создан Русал).