Чтение онлайн

– Нам-то что прикажете делать?
– возмутился Николай.
– На планете остались наши семьи. Мы не имеем права допустить, чтобы их, подобно скотине, гнали на бойню. Надо действовать! Действовать, а не сидеть, сложа руки и безвольно рассуждать о всяких глупостях. У нас появился грозный корабль! Давайте, используем его по назначению и ударим по врагу со всей мощью! Я правильно говорю!?

– Успокойтесь. В данный момент никому, ничего не грозит. Ещё долгое время руководству будет не до вас. Оно, скорее всего, займётся расчисткой помоек и ликвидацией всего, что отравляет окружающую среду. Процесс восстановления девственной чистоты займёт много времени. Поэтому вам не следует делать резких движений и бежать спасать мир. Сидите здесь и ждите результатов исследований. После того, как ситуация хотя бы частично прояснится, нам выдадут рекомендации, каким образом следует поступить далее.

– Но там, - Том выразительно, хоть и несколько театрально, потыкал в пол пальцем.
– Наши жёны и дети! Наши! И мы не намерены ждать каких-то там дурацких рекомендаций! Помогите нам вернуться домой. Там мы попробуем убедить наших родственников, откроем им правду, повлияем на них...

– Вы просите десантировать вас на планету? Нет ничего проще! Только чем вы там займётесь? Какие действия предпримет отважный отряд, состоящий из семерых неустрашимых бойцов? Возьмёт автоматы, танки, а дальше? Построитесь в цепь и пойдёте в атаку? На кого? На организмы величиной с атом? А если сунетесь домой, то вас там свяжут и примутся пытать сосисками, сардельками и большим кремовым тортом! Не надейтесь вырваться - закормят до усёру! Мы прекрасно понимаем ваши чувства, только эту войну традиционными методами не выиграть! Здесь требуется особый подход. Так что сидите здесь и ждите. Используем МКС под базу, где постараемся собрать всех, не затронутых чужеродным биологическим веществом. Мужайтесь! Наша сила в единстве, а не в истериках и глупом геройстве.

– Дело гораздо серьезней, чем вы думаете, - продолжил Ивна.- Я более чем уверен - биосистемы обкатывают на землянах новейшую разработку, которая на несколько порядков эффективней той, при помощи которой из нас сделали покорных слуг. Вокруг Земли раскинулись сотни обитаемых миров, с миллиардами животных и разумных существ. Все они, без исключения, в скором будущем непременно угодят под влияние биосистем. Нам крайне важно пресечь в зародыше страшное начинание и продумать шаги по приведению человечества в исходное состояние.

Неожиданно с Тальгатом сделалась истерика. Он принялся топать ногами и, брызжа слюной во все стороны, кричать о чувстве долга, ответственности перед грядущими поколениями, планетарном патриотизме и прочих страшных вещах. Он вопил о необходимости сплотиться под знамёнами, стягами, бунчуками для нанесения решительно удара по логову мерзавцев, дерзнувших поднять преступную руку на венец творения природы - человека великолепного! Вито горячо поддержал оратора и пожелал немедленно пасть на поле брани во имя великой цели. Виолетта мгновенно всё поняла, слетала за аптечкой и при поддержке коллег сделала буянам уколы успокоительного.

– Я приглашаю всех желающих посетить мой корабль, - решил изменить обстановку Леонид.
– В данный момент он отслеживает переговоры на сек-ретных частотах в поисках тех, кого нам необходимо поднять на борт. Ивна, сделай милость, отдай команду. Пусть "Шаутбенахт" возьмёт нас в своё гравитационное поле. Мне надоело летать и парить. Очень хочется ходить, как подобает приличным людям. Прошу...

Экипаж МКС в полном составе, сгорая от любопытства, вступил на борт штурмового корабля. Увиденное превосходило самые смелые ожидания. "Шаутбенахт" расширил рубку, увеличил экран и слегка изогнул его для удобства наблюдения. Гости робко уселись на два дивана, сложили руки на коленках и старались особо не шуметь. Грозный корабль ожил. Он ждал распоряжений.

– Выпустить микроразведчиков, - скомандовал Хансен.
– Установить два ретранслятора: один с декодером видеосигнала, другой соединить с установкой дальней космической связи. Перевести их на плавающие орбиты. Всем аппаратам предписывается пользоваться исключительно рассеянным сигналом. Срок исполнения - сорок минут.

– А вы успеете за такое короткое время развернуть аппаратуру?
– спросил Томпсон.
– Нам бы на это потребовалась уйма времени.

– Попрошу всех держать себя в руках. Техника, какой мы располагаем на данный момент, позволяет действовать оперативно и достаточно эффективно. Скоро вы многое узнаете и поймёте. Давайте лучше сосредоточимся на Земле...

Люди с огромным интересом наблюдали за работой их новых знакомых. Свет в рубке незаметно померк. Изображение на экране сделалось чётким, контрастным. Оно выдвинулось и поделилось на восемь частей. Микроразведчики вели трансляцию из разных точек планеты. Они угнездились в крупных городах, выбрав самые людные, с их точки зрения, места.

На всех без исключения картинках происходило одно и то же. Народ, организованно и рьяно опустошал магазины, скупал велосипеды, игнорировал воздушный транспорт и всем видам искусств предпочитал вдумчивое жевание, желательно непрерывное с, по возможности, как можно более редкими посещениями туалета.

Реклама здорового образа жизни и продуктов питания достигла масштабов национального бедствия. С полок книжных магазинов исчезли художественные произведения, их заменили энциклопедии о вкусной и здоровой пище, лечении органов пищеварения. Телевидение и театр шли по проторенной дорожке.

Первыми их заметила Виолетта. Леонид слишком увлёкся анализом жевательно-глотательной эпопеи. Ивна старательно сочинял отчёт. А земляне просто наблюдали и поэтому находились в более выигрышной ситуации.

– Смотрите!
– неожиданно вскрикнула Линденберг.
– Вот на этой картинке, и на этой, и на той! Леонид, опустите разведчика на три, четыре метра ниже и дайте общую панораму.

– Секундочку...

Изображение оплыло и вновь зафиксировалось.

– Боже правый!
– вскочила с места Виолетта.
– У нас гости. Они похожи на него, - микробиолог указала на Ивну.

– А ведь она права!
– обернулся к другу Хансен.
– Я ничего не понимаю!

Над улицами, площадями всех городов медленно двигались транспортные платформы на них сидели статипики и внимательно наблюдали за людьми. По всей видимости, они присутствовали во всех населённых пунктах. Тогда получалось невероятное - на планете находилось огромное количество соглядатаев! Откуда они появились в столь грандиозных масштабах? И почему тогда БОА не зарегистрировал появление чужих кораблей на орбите?

– Дай увеличение, - попросил Ивна.
– Я хочу рассмотреть этих уродов.

Леонид отдал команду.

– Здесь что-то не то, - возбудился статипик.
– Они немного не такое, как я. Форма лица иная, затылочный глаз не на месте, и вообще... Скорее всего мы действительно являемся свидетелями апробации нового метода обработки населения. Свяжись с Юю.

Координатор спокойно выслушал взволнованный рассказ Ивны, и, не уходя со связи, отдал распоряжение лопроидакам в срочном порядке добыть одного для исследований, желательно с платформой. Затем он попросил Леонида произвести пробную высадку на планету с целью ознакомления с обстановкой на месте. При десантировании требовалось соблюдать максимальную осторожность. После этого Координатор завершил сеанс связи.

Глава Љ 4

Чтобы не привлекать особого внимания, Хансен решил высадиться на планету один. Выбор пал на Екатеринбург. Всё же родной город. А дома и стены помогают...

Шлюпка не торопясь, двигалась к перекрёстку улицы Ленина и Луначарского. Над городом висели серые, клочковатые облака. Моросил мелкий, противный дождь. Потоки разноцветных зонтов переливались с улицы на улицу, затекали в магазины, толпились на остановках общественного транспорта. Леонид приближался к родному дому, и полузабытые картины прошлого невольно возникали в голове. Вот в этом скверике они гуляли с друзьями и подрались с кем-то, а вон там тайком от всех курил и грыз мускатный орех для уничтожения улик страшного деяния, а здесь гулял с дочкой, и она натёрла сандаликом пятку. Но странное дело - разведчик уже не воспринимал всерьёз свое прошлое. Слишком долго он отсутствовал. Слишком много повидал на стороне. Основные события в его жизни развивались далеко от дома. Они притупили воспоминания, превратили их в тени, слабо мерцающие в глубине памяти.