Чтение онлайн

На первый взгляд всё казалось запутанным. Но Конан был отличным рассказчиком и имел логичные ответы на даже самые абсурдные мои вопросы, так что общая картина вскоре стала чёткой и понятной.

Переворот в Подгорном городе закончился поражением для двух сторон: сначала сторонники и наёмники Айзека были подавлены действующей властью, а уже спустя пять часов Риган Данн был свержен – против тирана восстали его же приспешники, почувствовавшие мощь наступления фундаменталистов. Если вторгнувшихся в город наёмников Айзека пришлось прогонять вооруженными силами, Ригана Данна свергли относительно мирным путём. После того как к власти пришли фундаменталисты, у руля правления Подгорным городом встали Конан, Байярд и Рейнджер. Трио было необычным: Конан не жаждал власти, Байярд не жаждал её даже больше Конана, Рейнджер всё ещё считался новоприбывшим, но именно он в итоге смог удержать на плаву продырявленную после Ригана Данна лодку власти. Конан, сосредоточенный на своей депрессии, вызванной моим уходом в криосон, вскоре окончательно отстранился от власти, в результате чего Рейнджер начал рулить, в то время как Байярд, с целью отойти от политики подальше, записался всего лишь в советники действующей власти. В то же время Рейнджер сошелся с Ингрид, что стало для меня ещё большей неожиданностью, чем его внезапный приход к власти. После того, как Рейнджер сох по мне, он вдруг выбрал намного более зрелую и мужеподобную женщину, нежели я. Впрочем, этот союз наверняка получился интересным: Ингрид всего на пять лет младше Рейнджера, они оба сильные личности и оба умеют драться, как настоящие мужики. Я предположила, что они могут быть сбалансированной парой, на что Конан усомнился, выразив мнение, что, скорее всего, Рейнджер, из-за своего более пластичного характера, нежели тот, которым обладает Ингрид, в итоге может склониться к другому варианту отношений.

Следующие новости касались Дэвида и Талии. Во время волнений в Подгорном городе ни они, ни их ещё нерожденный ребенок не пострадали, так что на момент вхождения Конана в криосон Рейнджер всё ещё планировал стать крёстным отцом мальчика – похоже, они всё же ждали мальчика.

В ту роковую ночь Данте получил несерьёзное ранение в плечо. Его сын в который раз чуть не остался сиротой, из-за чего Данте в итоге всё же принял решение покинуть ряды добровольцев.

Из пятой фракции выжили только Мускул и Волос. Им удалось это только благодаря тому, что они вдвоём, в отличие от Тонкого, Крика и Сомнения, заперлись в капсульном номере на нижнем ярусе и переждали все волнения не высовываясь наружу. Через три недели после переворота они ушли в одичавшие земли, перед этим сказав Конану о каком-то скрытом домике в горах, который они намеревались то ли отыскать, то ли отстроить. С тех пор от них не было вестей.

С Кеем всё было хорошо. Не убит, не ранен, только напуган и только в шоке от того, что в одночасье остался одновременно без двух сестёр. Перед тем, как уйти в криосон, Конан получил от Байярда и Рейнджера обещания – парни пообещали присмотреть за мальчиком. Одновременно с этим Кей самоотверженно выдал Конану обещание присматривать за моей и его капсулами. В этой истории меня сильно удивило то, что Конан за столь сжатые сроки не просто нашёл общий язык с Рейнджером, с которым тогда серьёзно враждовал из-за моей персоны, но доверил ему самое ценное: Кея, меня и свою собственную жизнь. Когда Конан входил в криосон (я даже представлять себе не хотела, каково это – добровольно запирать себя в тесной, холодной криокапсуле) мы были в безопасности. В правлении стояли наши люди и правление это было прочным, за нами должны были особенно тщательно присматривать, но… В начале последнего года нашего пребывания в криосне случилось непредвиденное обстоятельство: Айзек и Лив, после переворота изгнанные в одичавшие земли, при поддержке старых соратников смогли проникнуть в Подгорный город с целью выкрасть какие-то карты. Заодно они выкрали и меня с Конаном, при этом насильно (как меня) заморозив Кея, пытавшегося предотвратить наше похищение. Но это случилось после того, как Конан уже был заморожен. Откуда он узнал об этом? От Айзека.

В одичавших землях Айзек с Лив сошлись с некой группировкой Тихоокеанских пиратов, которую спонсировал Оса Сэвидж. Лив “очень сильно постаралась” втереться к Осе в доверие. Так она, вместе со своими капсулами, в которых были мы втроём, получила билет на пиратский парусный корабль – механических в мире, похоже, не осталось. Во время плавания происходило много интересного: нас в капсулах заперли в трюме; Лив не выходила из каюты Осы; Айзек включил запись чёрного ящика криокапсулы Конана и сначала записал на него послание о том, каким образом его брат окажется в Евразии, а после, не остановив запись, случайно записал собственную гибель – его и вправду выбросили за борт приспешники Осы “по просьбе” Лив. После не остановленный никем чёрный ящик записал ещё три интересные вещи: крушение корабля после его вхождения в гавань Парадизара; слова Осы Сэвиджа о том, что этот корабль был единственным в их арсенале и больше он тратиться на такие небезопасные “игрушки” не собирается – все средства отныне будут направляться на постройку некоего “ковчега”; наши капсулы чудом спасли от утопления, за что Лив громогласно благодарила Осу, на весь пирс и во всё горло называя его “папочкой”. После этого запись, из-за окончания места в чёрном ящике, оборвалась.

Стоя перед криокапсулой Кея, я всматривалась в его спокойное юношеское лицо, спрятанное под толстым стеклом. Сколько ему? Пятнадцать с половиной? Он вырос в симпатичного юношу… Странно, но внешне он почти не изменился, только стал заметно крупнее.

– Что дальше? – сдвинув брови, с лёгкой хрипотцой, вызванной моим долгим молчанием, поинтересовалась я.

Я хотела узнать о том, что было после того, как Конан очнулся, но, неверно истолковав мой вопрос, Конан вдруг начал говорить о том, что должно произойти дальше:

– Дальше мы отправимся в Рудник через дикие просторы.

– Откуда ты знаешь о Руднике? – я врезалась в собеседника резким взглядом.

– У нас есть свой человек в верхушке Парадизара. Он обеспечивает нас не только информацией, вроде актуальных карт, но и помогает нам с укрытием, и материальными составляющими…

– Вам? Кому вам? И кто этот человек?

– Много и долго объяснять, так что давай по порядку. Парадизар защищен непробиваемым силовым полем. Через него не протиснуться ни снаружи, ни изнутри. Выйти незамеченными можно только через санкционировано открывшиеся ворота. Таких открытий ворот в Парадизаре случается немного – всего несколько раз в год. К примеру, при прибытии в город делегации из Дилениума или при её отъезде.

– Делегация Дилениума всё ещё в Парадизаре, – до боли сжала кулаки я, уже поняв, к чему он ведёт.

– До завтрашнего вечера. Завтра вечером, ровно в девять часов, делегация планирует покинуть Парадизар.

– Это наш шанс!

– Именно. С учётом громких слухов о том, что у Осы Сэвиджа крупные увеселительные планы на финалистов шоу “П&К”, второго шанса не представится, что значит: либо завтра вечером мы тихо покинем Парадизар, либо нам в итоге придется прорываться с шумом, не исключающим человеческих потерь с обеих сторон.

– Ты видел Паддок? Видел Конкур?

– Я видел всё… – он взял меня за руку. – Прости.

– За что?

– За то, что не был рядом.

Я сжала его руку покрепче:

– Ты не мог быть рядом.

– Мысленно я не покидал тебя даже ночами.

Я поджала губы:

– Значит, пункт назначения Рудник?

– Вариантов немного. Известно лишь о двух выживших городах в этой части континента. Мы могли бы обойтись и без цивилизации, могли бы уйти в дикие просторы, но сейчас мы будем уходить не одни, людей будет много и нам стоит позаботиться о Кее. Так что можно и нужно попробовать начать с Рудника.

– Ещё один “последний” город, который плодит свои законы. Очередные “добровольцы” и очередные “благородные” поиски заблудших овечек, с целью предоставить им удобные стойла.

– С целью прирезать их самостоятельно, да?

– Не знаю.

– Ты сомневаешься?

– После Подгорного города я едва ли могу сказать, что могу отнестись с доверием к некоему Руднику. Но в него верит Тринидад, а я верю ей, так что, видимо, круг замкнулся.

– Ах да, Дикая, слышал о ней, – Конан растянулся в широкой улыбке.

– И ты туда же?

– Ты о чём?

– Видел, как я была у неё во служении, пока находилась в Паддоке.

– Ну, я бы не назвал это служением… Я бы назвал это мудрой стратегией.

– Я тебя обожаю, – широко заулыбавшись, я уже придвинулась к нему, чтобы поцеловать, но меня смутила капсула, всё ещё стоящая перед нами, так что я остановилась. – Ты удивился, когда впервые услышал про Сталь, Блуждающих и Павший Мир? Правда ведь дико было узнать, что ты находишься не в Северной Америке?

– Ещё более дико было узнать, что здесь никто не в курсе существования Атак, трапперов, Уязвимых и Неуязвимых. В последние дни перед Падением Старого Мира государства на разных материках, по вине политиков, находились в своеобразном информационном вакууме, из-за чего в итоге тут не узнали о том, что произошло у нас, а мы не узнали о том, что произошло здесь.

– Да-а-а… – я растянулась в улыбке. – Мир слетел с катушек. – Сдвинув брови, я продолжила думать вслух. – Ты не рассказал, как именно мы это сделаем. Как выберемся из-под купола Парадизара незамеченными?