Чтение онлайн

По старой русской (наверняка и украинской) традиции у некоторых могил имелись столики, видимо, чтобы помянуть хорошего человека, не откладывая дело в долгий ящик. Я выбрал стол покрепче и поставил на него бутылку водки, добытую у бандитов, и пакетик с едой, что дала с собой Даша. Сэм составил мне компанию. Я разлил на двоих (вот и стаканы пригодились, а триппером нас не напугать).

– Знаешь, Сэм, хочется сказать что-то такое... Но как только откроешь рот, то понимаешь, что никаких слов не хватит, даже если говорить будешь до следующего утра. Поэтому буду краток - за них.

– За твоих друзей, Иван!

Сэм поднял свой стакан, и мы выпили (ну и керосиновка!). За них. Зажевав водку пирожком, Сэм сказал:

– Ты сделал для друзей всё, что мог. И никто в мире не сделал бы для них большего. Я был бы счастлив, если бы в мою последнюю минуту рядом оказался такой друг.

– Спасибо, Сэм. Хорошее место им досталось. Вряд ли когда-то моё будет лучше. Но ладно, хватит на сегодня о грустном. Зови капрала и всех остальных.

Я поставил на стол все пять стаканов и налил в каждый по половине. Потом достал из рюкзака всю еду, что была у меня с собой. Подошли мои парни. Капрал доложил, что группа собрана по приказу, однако он обращает моё внимание, что никого не осталось в охранении.

– Ничего, я недолго, да и вы посматривайте по сторонам. Так вот, сегодня вы перестали быть новобранцами, и стали солдатами. Конечно ещё молодыми и неопытными, но настоящими. По этому поводу вам, капрал, присваивается очередное воинское звание - сержант. Вашим заместителем назначается Руанг Рит, которому присваивается его первое воинское звание - капрал. Остальным присваивается их первое воинское звание - рядовой. Вечером я выдам вам накладки на погоны. Отметим это прямо здесь. Недалеко от места боя и рядом с могилой друзей. Сержант, распределите ёмкости среди личного состава. Остальные - во второй заход. И берите еду. Если вас конечно не испугает пища, приготовленная женскими руками. А то я открою тушёнку.

Сэм перевёл, капрал что-то ответил, Сэм переспросил, и у него вытянулось лицо. Капрал опять ответил. Сэм прочистил горло:

– Ну и новости! Они говорят, что примут пищу, к которой прикасались женские руки с благоговением и счастьем. Поскольку не являются презренными э-э-э.... Тут местный диалект, но я бы перевёл это как "не являются вонючими педиками". Они хорошо притворялись и плохо учились, чтобы избежать личного контакта с Учителем. Который, как они надеются, и далее будет оставаться в счастливом неведении.

Несмотря на ситуацию, у меня невольно появилась улыбка. Я всегда знал, что двоечники - отличные парни! А те, кто хорошо учится - ну сами знаете кто. И я махнул рукой - пейте! Парни в два захода без лишних слов приняли и закусили. Конечно квасить в Зоне это последнее дело. Она не прощает. Но и я не прощу Зону. Это был своеобразный жест протеста, когда американцы показывают средний палец, а русские, видимо из-за разницы э-э-э... менталитета - руку по локоть.

– Сержант, а как ты ухитрился попасть в монастырь для педиков?

– Да совершенно случайно, господин капитан. И не я один, нас таких несколько набралось. В один монастырь меня не взяли, во второй не взяли. Ходил-бродил, дошёл до этого. А что там и как - неизвестно. В монастырь же не сразу принимают, сначала у дверей сидишь, ждёшь, пока на тебя внимание обратят. Потом в послушниках ходишь какое-то время, ну а потом уже настоящим монахом становишься. Вот я и думал, что разузнаю, пока то да сё. А к нам выходит Учитель и предлагает сразу стать монахами, потому что завтра монастырь переезжает. Ну мы и записались. А по дороге выяснилось - куда мы попали. Привезли сюда. И не сбежишь уже. Решили подальше от Учителя держаться. Да и учёба эта мудрёная никак не шла. Учитель всё обещал нас к крокодилам отправить, но видно решил, что лучше в Зону - всё какой-то прок от нас будет. Так что вы, господин капитан, во всех смыслах спасли наши задницы. И мы вам очень благодарны за это.

– Да-а, угораздило же вас... Ладно, возвращаемся. Хватит на сегодня приключений. Группа, в походный порядок становись! Шагом марш.

Вернулись мы без происшествий. Я построил группу у входа в бункер, и приказал ждать.

Мы с Сэмом зашли к нему в оружейку.

– Сэм, пистолеты есть в твоём хозяйстве?

– Конечно есть. ТТ какой-то непонятной модификации - с магазином на 12 патронов.

– Чудеса! Я что-то слышал про такие, но не видел ни разу. Давай один тэтэшник, кобуру, два магазина, пачку патронов к нему. А так же ноль семь виски и шевроны для погон. Да, и ящик патрон к АКМ приготовь.

– Сержант, вот вам пистолет, виски и шевроны. Приведите оружие и погоны в порядок. Сержант - три шеврона на погоне, капрал - два, рядовой - один. Потом отдыхайте. Сегодня разрешаю принять и закусить - я протянул Сом Вангу бутылку виски - но если кто нажрётся и бузить начнёт, разжалую обратно в монахи и пошлю к Учителю сдавать зачёт по Великому Брахмапутре ! Утром как обычно в семь у меня. Вопросы есть?

– Никак нет, господин капитан! Не извольте беспокоиться, всё будет исполнено согласно вашему приказу. Разрешите выполнять?

– Выполняйте!

– Ну что, Сэм, пойдём к тебе посидим, поговорим? Как-то вопросов поднакопилось.

– Пойдём, Иван. Мне есть что ещё рассказать.

Мы сидели в каморке у Сэма за стаканчиком коктейля из виски и Кока-колы.

– Я обещал тебе рассказать что и как, но тут придется начать издалека. Ты знаешь, сколько шансов у ниггера из приюта дожить до совершеннолетия? Очень немного. Начинается все с подростковых банд. Потом тюрьма. Это для тех счастливчиков, кто ухитрится дожить до неё. Ну а после тюрьмы, если ты оттуда выйдешь - тебе открыты все дороги. Драгдилер, сутенёр, бандит-налетчик - только выбирай. Я решил сломать эту традицию. И начал я со школы. Обычно ниггеры из приюта хорошо, если просто ходят в школу. Знания предмета от них никто не требует. А я именно учился. И каждую свободную минуту я зарабатывал деньги. Заработать сложно, но еще сложнее их сохранить, если ты живешь в приюте. Я отказывал себе во всем, но складывал доллар к доллару всё время обучения. Это долгая история, но если коротко - спустя время, я поступил в колледж. Конечно мне помогли всякие программы для бездомных ниггеров, субсидии, квоты и прочее, но я вложил все свои деньги. Да и колледж был в общем-то захудалый. Но зато настоящий! Ты не поймёшь, что я чувствовал. И я ударился в учёбу, продолжая в свободную минуту зарабатывать деньги. На предпоследнем году обучения на меня обратили внимание. Ко мне подошли незаметные люди в серых костюмах, представляющие одну государственную контору из трёх букв, и предложили оплатить мне последний год обучения, а так же аспирантуру. Об этом я не мог даже мечтать! И я продал душу дьяволу - подписал с ними контракт. В Конторе из трёх букв было несколько направлений разработок, и финансирование зависело от успехов. Наше направление занималось Чернобыльской зоной отчуждения и всем, что с ней связано. Я изучал пробы грунта, воды, артефакты, мутации. По описаниям пытался изучать аномалии. Процесс шёл хорошо и финансирование росло. А я мечтал увидеть всё это непосредственно на месте. Потому как если труп снорка или кровососа можно притащить в Штаты за бешеные деньги, то тот же Трамплин или Воронку - нет. Тогда я стал изучать возможность перемещения аномалий. Но это все теория, а практика могла быть только здесь. А как это сделать? Не пошлешь же официальную экспедицию под флагом из трёх букв? И тут кто-то из боссов, аккуратно переговорив с бывшими сослуживцами, нашел информацию об этом объекте. Объект был построен русскими с подачи наших агентов еще в начале 60х. Сами русские толком не знали, зачем он им. Но построили, засекретили и законсервировали. Охрану меняли раз в несколько лет, каждый раз все более ограничивая доступ на объект. Последняя смена охраны видела только ворота, а что за ними - ядерные боеприпасы, или склад с солдатскими сапогами - никто не знал. Наши люди кропотливо изымали всю информацию о нем из недр Министерства Обороны СССР. А с распадом СССР о нём и вовсе забыли. Кто на пенсии, кто умер. Ваша страна развалилась на части, и появились проблемы посерьёзнее, чем затерянный в полесских болотах объект. Более того, о нём и у нас забыли. Но не все. И собралась эдакая получастная компания по активации объекта. Было найдено прикрытие - группа шизанутых педиков с лидером, у которого синдром Наполеона. За точность синдрома не ручаюсь, я не психолог. Меня аккуратно подвели к ним и внедрили вместе с тремя помощниками. А потом профинансировали переселение и освоение объекта. Специальные люди запустили законсервированный на семидесятиметровой глубине атомный реактор. И объект заработал. Как я был рад, что имею возможность вживую изучать вещи, о которых раньше только слышал! А потом привезли первую группу женщин... Я был в шоке! Я писал боссам гневные письма! Я грозил голодовкой! Но мне посоветовали заткнуться и работать дальше. А дальше боссы пустили науку побоку, и начали, как говорят русские, рубить бабло. Они всё знали с самого начала. Но не посвящали такого чистоплюя как я в некоторые детали. А три техника были обязаны за мной присматривать, чтобы я не натворил дел. Они, кстати, на самом деле педики. И офицеры конторы из трёх букв. Где таких только нашли? Тебя они ни в грош не ставят, и когда ты обучишь группу, от тебя просто избавятся. Ты знаешь, сколько женщин они убили? Смотри, Иван!

Сэм подошел к огромному шкафу и открыл дверцу. Я похолодел - все полки были заставлены связками паспортов.

– Ты понял, Иван? Их надо остановить. И сделать это придется тебе и мне. Пока я у Конторы вне подозрений. Они не ждут проблем от учёного червя.

– Но Сэм, а я-то что могу сделать? Я в ошейнике. Да и не справлюсь с двадцатью ниндзя из чёрной охраны. Я и с тремя офицерами не справлюсь. Что-то мне говорит о том, что это не простые офицеры. Даже если я убью Главного Педика и не потеряю при этом голову - что изменится? Ну пришлют нового, и всё пойдет по старому.

– Иван, я уже всё придумал. Может не всё, но основное. Я жду транспорт. И после, через день-два я взорву весь этот курятник.

– Как? Ты что, взорвёшь реактор?

– Нет, Иван, я не смогу его взорвать. Я не знаю как. Когда его запускали, то привезли старенького дедка - специалиста по русским реакторам. Дедок взял с собой инструменты - лом, топор и кувалду, и матерясь, полез в люк. Через полтора часа вылез и сказал, что скоро реактор выйдет на проектную мощность и проработает не менее 50-и лет. И нацарапал инструкцию на двух листках - что надо сделать через 50 лет, чтобы он проработал еще 50. Вы, русские, умели делать вещи в 60-х годах. Но чуть выше реактора, я обнаружил несколько тонн взрывчатки. Реактор защищён железобетонной подушкой чудовищной толщины. Объект был подготовлен к взрыву еще при строительстве. Причем так, что реактор не пострадает. Так что в самом худшем случае, мы запремся здесь, выпьем бутылку виски и взлетим на воздух вместе с женщинами и педиками. Хотя ты, Иван, можешь уйти на болота.