Чтение онлайн

Отделение недружно повернулось, но хоть в правильную сторону. И пока не в ногу, но зашагало к калитке. Глядя на этих босых доходяг, трудно было представить, что из них что-то выйдет.

Вход в гору я увидел впервые. Мощная бетонная арка со стальными воротами. Самолёт может и не пройдет, но танк или самоходный ЗРК запросто. Рядом в стене маленькая дверь для личного состава. Значит, сюда водят женщин... Дорога скорби.

Я ожидал увидеть огромное помещение с будкой дежурного в углу, но нет. Обычный коридор с редкими дверями. Но я заметил, что коридор уходил направо под 90 , а огромные ворота остались где-то слева. Сэм открыл одну из дверей и мы оказались на вещевом складе. Там мы долго подбирали форму для новобранцев. Подобного опыта у нас не имелось. Наконец размеры были подобраны, салаги с новенькой формой под мышкой отведены в душ, где наконец сняли и выбросили свои балахоны и с визгом полезли купаться. Я объяснил заму, что у них есть часа полтора. Пусть не торопясь моются и подгоняют форму. А у нас дела. И мы пошли в каморку к Сэму. Хороша каморка! Метров 40.

– Так, Иван, я честно прячу твои патроны в сейф, как и обещал, но негоже тебе ходить с пустым пистолетом. Поэтому вот это ты нашел на складе в куче униформы. Так и скажешь в случае чего. И он протянул мне коробку с надписью Parabellum 9/19. Ещё тебе нужен электронный пропуск.

– Два. Второй заместителю. Я хочу иметь возможность посылать его по делам.

– Хорошо, два, так два. Сэм зарядил в аппарат пластиковые прямоугольники и набрал что-то на компьютере. Аппарат заурчал и выплюнул карты по очереди.

– Первая твоя, смотри не перепутай. Я там кое-что лишнее прописал. Потом узнаешь. Вторая - твоему заместителю. Что у нас ещё?

– Я бы хотел выдать салагам ножи. Оружие, даже такое простенькое, дисциплинирует. Есть у тебя что?

– Штык-ножи от АКМ подойдут?

– Конечно. С ножнами. Погоди-ка.... Вы что, нашли тут старый законсервированный склад?

Сэм хитро посмотрел на меня

– Зачем нашли? Мы знали, что он тут есть. Оружия полно. Мы завезли только оборудование и униформу.

– Так-так... Тогда к штык-ножам тащи семь малых пехотных лопаток с чехлами и семь фляг, тоже с чехлами. Окей? Да, и ещё найди накладки на погоны моему заму. Капралом пока будет.

– Окей, Иван! Подожди, сейчас принесу.

Сэм вышел, а я стал снаряжать магазин Беретты. Потом закрепил пистолет на правом бедре, а нож слева на груди, рукояткой вниз. Привычка.

Сэм вернулся со всем необходимым.

– Ещё чего-нибудь, Иван?

– Сэм, давай пожрём. Мне тут баба моя собрала кой-чего. Не таскать же до вечера.

Сэм удивился:

– У тебя есть женщина?

– Ну да. А что тут странного?

– А откуда?

– Мастер подарил.

Сэм открыл рот, но передумал и снова закрыл. Я достал свёрток из рюкзака, положил на стол и развернул. Какие-то пакетики, бутербродики... Сэм посмотрел на это дело, открыл ящик стола и достал бутылку Джек Дениелс.

– Ну тогда по 150 под пирожок?

– Наливай!

Мы выпили за знакомство, закусили, просто покушали. Потом ещё выпили...

– Сэм, а ты тут один?

– Нет, Иван, у меня тут ещё три техника. Но они тупые и ленивые твари. Годятся только на то, чтобы кабель протянуть. Что-то серьёзное им поручить нельзя. Только и знают, что жрут да спят. Пока пинка не дашь, не пошевелятся, педрилы проклятые.

Сэм прикусил язык.

– Да ладно, Сэм, не стесняйся, я знаю, что ты не педик.

– Откуда, Иван? Мне придется тебя убить.

– Не торопись, Сэм, а вдруг пригожусь? Женщины тебя раскусили. По взгляду твоему. И я задумался, а что тут делает, среди этих педиков такой вот неправильный негр. Ничего, что я тебя так называю? В русском языке это слово не несет отрицательного смысла.

– Да хоть бы и несло. Вот если тебя, Иван, кто-нибудь назовет белым - ты обидишься?

– Нет конечно, я же и есть белый - чего мне обижаться?

– А почему тогда чёрный обижается, если его называют чёрным? Не знаешь? А потому что чёрный знает, что он человек второго сорта. Потому и обижается. Но если он сам себя считает второсортным, то почему от других требует, чтобы его считали чем-то иным? Мне нравитесь вы, русские. Вы не стесняетесь называть дерьмо - именно дерьмом. Не боясь, что дерьмо обидится. И указываете ему на его место в жизни. А у нас толерантность. Это значит, что грязный ниггер может с тобой сделать что угодно. И ты ему слова не скажешь. Он может тебя ограбить, изнасиловать, а ты терпи. Потому что если дашь отпор, то вонючий ниггер подаст на тебя в суд. И выиграет дело. Вот такие у нас законы.

– Ты не очень любишь негров?

– Я их ненавижу, Иван. Пойдем проверим новобранцев. А потом я тебе расскажу, какую свинью мне подложил один грязный ниггер.

Мы взяли снаряжение со стола и пошли к салагам.

Назвать их теперь монахами язык не поворачивался. При нашем появлении они вскочили и построились. Мы осмотрели взвод - совсем другое дело. На людей стали похожи. Потом я раздал им штык-ножи, лопатки и фляги. От штык-ножей глаза у них загорелись. Ну совсем мальчишки! Малые пехотные лопатки поначалу энтузиазма не вызвали. Но я объяснил, как их используют в армии моей страны и показал пару приёмов. А так же, как правильно заточить лопатку. В завершение показал, как всё это дело правильно закрепить на себе. После построил в колонну по два.

– Теперь передвигаться будете только так. Все изучения чьих-то там наимудрейших трудов вам без надобности. В столовую можете ходить когда хотите, но все вместе. Ночью обязательно кто-то один не спит, а дежурит. Кланяться старшим вам теперь запрещено. В присутствии старших надо стоять по стойке "смирно"(показал). А если я поймаю кого-нибудь за нарушением дисциплины, то опять напялю на него оранжевый балахон, и отправлю изучать труды наимудрейшего хрен проссышь кого. А себе во взвод найду более дисциплинированного солдата.

Мальчишки слушали чуть дыша и не сводили глаз с моей Беретты.

– Итак, салаги! Сейчас мой заместитель отведет вас к месту новой дислокации. Заместитель! Вам присваивается ваше первое воинское звание - капрал! Отныне я вас буду называть только так. Я продел накладки с капральскими шевронами ему в погоны. Все остальные - вы новобранцы! То есть никто! И звание рядового вам ещё предстоит заслужить. А пока будете ходить с лысыми погонами.

– Капрал! Вот пропуск. Если потеряешь, будешь разжалован сразу в монахи. Приказываю вам следовать к месту дислокации. Там подойдете к вашему БЫВШЕМУ старшему. Теперь он для вас никто. Вы выполняете только мои приказы и вашего Учителя. Старший укажет вам ваше новое место дислокации. Если он вякнет что-то не то, капрал доложит мне. А я - Мастеру. В расположении у вас свободное время. Осваивайтесь. Разминайте обувь. Заточите МПЛ. Отбой в 22.30, график ночного дежурства составит капрал. Завтра утром у меня в 7 часов начнется служба. И вы проблюётесь на полосе препятствий, а потом сдохнете! А дохлые снова проблюётесь! Вопросы?

Капрал что-то прочирикал, а Сэм перевёл - они будут счастливы сдохнуть на полосе. Разрешите выполнять?

– Выполняйте!

Отделение вышло из горы и неумело пытаясь держать шаг, проследовало в расположение.

– Ну что Сэм, еще по соточке? Расскажешь, чем тебя ниггер изобидел?

– Расскажу, Иван. До вечера еще далеко.

Мы приняли еще по рюмке, закусили пирожками (где она их взяла?) и Сэм спросил:

– Иван, вот представь, что ты, белый, просыпаешься утром, смотришь на себя в зеркало и видишь, что ты стал ниггером. Вот что бы ты сказал?