Чтение онлайн

— Эшли! Ты с ума сошла! Оказаться связанной и беспомощной! Ты уверена, что хочешь этого?

Адам разволновался не на шутку и его громоподобный голос разносился по всему саду. Я даже испугалась, что кто-нибудь услышит нас, поэтому ладошкой закрыла рот парня и грозно рыкнула:

— Молчать!

А так как закон подлости никто не отменял, именно в этот момент надо было появиться неразлучной троице магов-экспериментаторов.

— Ух ты! А малышка горяча!

— Повезло тебе, Торвальд!

Лукиан и Майрон не смогли промолчать, а Джос наоборот не произнёс ни слова, лишь смотрел на нас своими тёмными глазищами, в которых сверкали красные искры. Я уже давно заметила, что красноватый оттенок вокруг зрачков огневика усиливался, когда маг злился. И почему-то чаще всего в такое неадекватное состояние Кеннет приходил рядом со мной.

Я решила не медлить и брать быка за рога, точнее Люфта за кое-что другое. Не убирая руки ото рта друга, чтобы он не сболтнул лишнего, заговорила как можно ласковее, обращаясь непосредственно к воздушнику:

— Лукиан, а ты не мог бы показать свои воздушные пута? Ну те, которыми ты девушек связываешь…

Глаза у троих магов округлились и увеличились чуть ли не в два раза. Адам, воспользовавшись заминкой, освободился и шикнул на меня:

— Эшли, не надо!

— А что тут такого, — возмутилась в ответ. — Я ведь только прошу показать его магические способности, без продолжения.

Лукиан закашлялся, Майрон захохотал, глаза Джоса стали алыми.

— А зачем тебе мои пута? Или хотите поэкспериментировать? — Наконец-то пришёл в себя Люфт.

— Да, — без задней мысли согласилась с воздушником. — Если хочешь и ты можешь поучаствовать, но сначала надо договориться с ректором, чтобы он дал согласие. Думаю, что профессор Вестер нам помож…

Я осеклась на полуслове, заметив, как изменились лица парней. Причём всех, без исключения.

— Вы чего? Я понимаю, что обычно этим занимаются парами, но ректор у нас достаточно современный и открыт ко всему новому… Аарон ведь согласился с предложением герцога Холгера о создании групп, в которые входят различные маги, так почему нельзя над курсовой работать не двум адептам, а трём или даже четырём. От этого результат будет только лучше.

Договаривая свою мысль до конца, я наблюдала, как лица парней снова меняются, но уже в другую сторону. Люфт и Майрон улыбались, Джос немного успокоился и его глаза стали привычно тёмными, а Адам обречённо вздохнув, прикрыл рукой глаза.

— Торвальд, что опять не так? — Возмутились привычному жесту друга, который он использовал, когда был в шоке от моих идей, но не хотел обидеть.

Адам не успел ничего ответить или просто не захотел и я выжидательно посмотрела на Люфта.

— То есть, ты всего лишь предлагаешь поработать вместе над курсовой? — Сдерживая рвущийся наружу смех, с трудом выдавил Лукиан.

— Да. Нам бы пригодились некоторые твои умения.

— Мои умения? — Словно говорящий попугай повторил, давящийся смехом воздушник.

— Лукиан, хватит смеяться! Ты конкретно скажи, согласен или нет?

— Ну, не знаю, — начал ломаться слегка успокоившийся маг, поглядывая в сторону Кеннета.

— Мы уже выбрали тему курсового исследования и работаем вместе, — резко ответил Джос.

— И кого вы изучаете? — Я решила бороться до последнего и не отступать, не обращая внимания на тот факт, что Адам всё сильнее сдавливал мою ладошку, намекая, что пора бы остановиться.

— Винсента Шедоу, моего предка, — более серьёзным тоном отозвался Люфт.

— Шедоу? Я где-то встречала эту фамилию, совсем недавно, — пробормотала больше для себя, чем для своих собеседников и вспомнив, бросилась к скамье, где мы с Адамом недавно обсуждали курсовую, и не только её. — Вот оно!

— Что? — Хором прозвучали мужские голоса, чему сами же и удивились.

— Адриан Торвальд, Винсент Шедоу, Крис Войтэк, Джон Молл, Ренат Валовски и Гейл Кюри создали боевую группу магов и не просто уничтожали существ разлома, но смогли некоторых из них приручить.

Я с видом победителя посмотрела на ошарашенных парней и ткнула им под нос древний свиток из архива моего родного городка. А то, что информация была верна, я знала точно. Ведь рецепт замораживающего зелья дядя Леон нашёл именно в нашем городском архиве.

Уже полчаса как мы спорили и ругались, но прийти к общему решению никак не могли. Самый сдержанный из нас Адам, потерял терпение, рыкнул своим зычным голосом и все замолчали.

— Отлично! — Искренне порадовался тишине маг земли. — Послушайте меня внимательно! В отличие от Эшли, я не горю желанием работать вместе с кем-либо из вас, но для того, чтобы достичь результата, готов рискнуть.

— Неужели? — Голос Лукиана был наполнен сарказмом, но глаза оставались серьёзными. — Мы между прочим не напрашивались в команду к вам. Это цветочек первая начала…

— И никакой я не цветочек!

— Это уж точно, — подтвердил Джос. — Колючка ядовитая!

— А сам! Вечно глазами своими зыркаешь, сжечь заживо готов!

— Я согласен работать с вами, — неожиданно прозвучал голос Майрона, прервав наши уже привычные за этот месяц перепалки с огневиком.

— А зачем ты нам? У нас уже есть целитель, — не обрадовался предложению Адам.

— Раз уж вы хотите организовать полноценную группу, то стоит взять двух целителей, — не сдавался парень.

— Почему? — Вопрос прозвучал одновременно ото всех присутствующих.

— Потому что вы все истинные маги, а мы с Эшли — обычные. Таким образом, чтобы уровнять силы, нам требуется два целителя. У меня резерв 55 000 м.е., а у Эшли…, - тут Майрон замолчал и посмотрел на меня.

Информация о резерве адептов считалась конфиденциальной. Приблизительно было известно, что у кого-то средний дар, а у кого-то высокий, но точное количество магединиц скрывалось.

— У меня 50 000.

Ответила, не поднимая глаз, потому что лгать людям, с которыми предстояло работать бок о бок было не так и легко. Но доверять парням я не могла.

— Отлично, — обрадовался целитель. — Итого 105 000. Это очень даже не плохо.

— Ну да, — согласился Люфт. — Но до истинного целителя далеко и не видно.

Я ещё ниже опустила голову, заинтересовано разглядывая цветные шнурки на любимых кроссовках, но при этом тайком поглядывала на парней. Майрон улыбнулся в ответ воздушнику и лицо его не выражало ни капли обиды. Может привык к своему несовершенству, постоянно общаясь с заносчивыми истинными?