Адепты и (не)чудовища
Шрифт:
Через год дяде пришло письмо от короля с номером счёта, на который ежемесячно перечеслялась приличная сумма на моё содержание, но сам Раян не хотел ничего слышать о дочери.
Рассказ графини воспринимался, как нечто далёкое и почти не трогал меня. Единственное, чем я поинтересовалась, это какой была моя мама.
— Такой же красивой, как и ты. Нева была доброй, отзывчивый девушкой. Она никогда не проходила мимо людей, нуждающихся в помощи. В столице не было такой клиники, где бы ни побывала твоя мама.
— Спасибо.
— За что? — Удивилась моя собеседница.
— За хорошие слова о маме.
— Это ещё не всё. Я хочу объяснить, почему твой отец избегал общения с тобой.
— Не стоит. Мне всё равно. Я уже сказала вашему сыну, что не претендую на трон и на деньги короля. Я прямо сейчас готова отдать всё то, что он перечислял на моё содержание. Мы с дядей Леоном даже не притронулись к его деньгам.
— Что Джос наговорил тебе? — Требовательным тоном, присущим королям, поинтересовалась Вероника, опустив информацию о деньгах.
— Спросите у него. Мне бы не хотелось иметь хоть что-то общее с королевской семьёй. Простите. Ничего личного. Вы мне очень понравились, но я выбрала для себя иную жизнь и в ней нет места никому из вас.
— Я понимаю тебя. Сама в юности натворила такого, из-за чего мои дети лишились права наследования. Ни моя дочь Ирида, ни Джос не могут претендовать на трон. И это очень плохо. К сожалению, твой брат Филипп очень болен…
— Я знаю.
Вероника бросила на меня удивлённый взгляд, но не стала ни о чём расспрашивать.
— Филипп хочет познакомиться с тобой и я прошу, не отказывай ему в этой просьбе.
— Хорошо. Я согласна встретиться с братом.
И снова я смогла удивить графиню. Она, видимо, собралась долго и упорно уговаривать меня на встречу со смертельно больным родственником, а тут я, не возражая, готова увидеться с Филиппом.
Она ведь даже не подозревает, зачем мне понадобилась эта встреча. Будь Филипп здоров, никогда бы не согласилась на знакомство с ним, но брат болен и вполне возможно, что моя магия сможет его исцелить. По крайней мере, попытаться стоит…
— Филипп приехал вместе со мной и ожидает тебя в городе. Но нам следует поспешить. Его Высочество не в состоянии проводить долгое время вне дворца. Он взял с собой артефакты, но этого мало…
— Тогда почему мы ещё здесь? Поспешим!
Спускаясь по лестнице мы обе молчали, каждая думая о своём. Понятия не имею, какие мысли бродили в голове графини, лично я вспоминала начертание рун, которые могли мне понадобиться для исцеления брата. А может они уже нанесены на тело наследника королевским целителем? Было бы просто чудесно! В этом случае, мне придётся лишь влить силу в организм больного родственника и надеяться, что это поможет.
Почему я была так уверена в благополучном исходе? Да сама не знаю. Но моя магия словно подталкивали меня к брату. Может это из-за того, что истинная сила стремилась помочь нуждающемуся и вполне возможно, благодаря родственным связям, мой дар исцелит Филиппа.
— Ваше Сиятельство, — совсем рядом прозвучал голос профессора Холгера. — Очень рад Вас видеть в стенах академии. Адептка Эсмонт?
Наконец-то он заметил меня за спиной графини, но я не спешила смотреть в глаза лжеца и предателя, а просто поздоровалась, как и положено адептке:
— Доброе утро, профессор Холгер.
— Как вы себя чувсвуете?
— Прекрасно, — ледяным тоном ответила на вопрос преподавателя, чем вызвала удивление не только у самого профессора, но и непонимающий взгляд Вероники.
Графиня быстро пришла в себя и заговорила с мужчиной:
— Не знала, что Вы преподаёте здесь. Ну, это не важно. Не могли бы Вы сообщить Аарону, что я забираю Эшли из академии.
— В смысле забираете? — Повысил голос мой жених. — По какому праву!
— Не навсегда, а только до вечера. Не беспокойтесь так сильно. Верну Вашу невесту в целости и сохранности.
А вот сейчас уже зависла я. По словам жениха, о его особенности знал лишь король. А тут выходит и Люсинда, и Вероника в курсе, что Орест и Эван — одно лицо. О чём ещё лгал жених? С каждой минутой желание пришибить супермага возрастало, но я взяла себя в руки, вспомнив о Филиппе.
Не глядя на профессора, продолжила спускаться вниз, оставив за спиной графиню. Эван и Вероника тихо о чём-то переговорили и графиня догнала меня на выходе из общежития. К счастью, нам больше не встретился никто из знакомых, позволив беспрепятственно покинуть территорию академии.
Мы буравили друг друга взглядом минут десять, не меньше. Филипп, высокий худой мужчина с голубыми глазами на бледном лице и темными волосами, как у отца, с интересом разглядывал меня, невысокую, хрупкую, с цветными косичками и мрачным макияжем, который я не забыла нанести, отправляясь в гости к брату. Моя одежда вызвала немалый интерес брата. Оно и неудивительно! Сомневаюсь, что во дворце хоть кто-то надевал безразмерные свитера с изображением паука-ткача. Даже, если бы у придворных неожиданно возникло желание приобрести нечто подобное, они бы потерпели фиаско. Мой свитер был выполнен по спецзаказу и являлся единственным в своём роде.
— Прикольный свитер, — первым заговорил Филипп. — Не подскажешь, где можно купить такой же?
Оценив наряд принца, я искренне улыбнулась. Мужчина в классическом чёрном костюме-тройке и в лаковых блестящих туфлях, интересующийся одеждой неформалки, выглядел как минимум странно.
— Могу подарить нечто подобное. Кто Вам больше нравится: цербер или спрут-убийца?
— Думаю, паучка будет достаточно. У меня через месяц день рождение, — не растерялся наследник, но затем тихо добавил. — Если доживу, конечно.
— Ваше Сиятельство, — я повернулась к графине, тихонько наблюдавшей за нашим знакомством. — Можно мне остаться наедине с Его Высочеством?
— Конечно, если Филипп не возражает?
— Да, тётя, спасибо, что привезла Эшли. Но нам необходимо поговорить.
Графиня осторожно прикрыла дверь, оставив меня с братом. Что ж, пожалуй рискнём…
— Ваше Высочество…
— Эшли, называй меня по имени, пожалуйста. И хватит уже стоять, присядь куда-нибудь, — принц окинул взглядом незнакомую для него комнату в поисках подходящего предмета мебели и остановился на мягком кресле, стоявшем у окна.