Чтение онлайн

Я глупо улыбнулась и с энтузиазмом закивала, стараясь поддержать его восторг – всегда так делаю, когда ничего не понимаю. Но он быстро меня раскусил и повторил:

– Али вернулся.

– Кто такой Али? – спросила я.

Но он только всплеснул руками, закатил глаза и отправился делать мне кофе. Мустафа не задавал вопросов о вчерашнем, я тоже не задавала вопросов о вчерашнем. Проснувшись в четыре часа утра и едва дотянув до открытия кафе, я успела решить, что раз уж Мустафа прекрасно видит своих странных гостей и вроде бы не особо шокирован ни их внешностью, ни поведением, будет разумнее не забывать дорогу к его кафе раз и навсегда, как мне хотелось первые несколько часов, а скорее наоборот. В конце концов, я вообще не уверена, что видеть их должна только я. Мустафа в любом случае вёл себя подозрительно, но вроде бы не опасно, а значит имело смысл попробовать разобраться, что к чему.

Стоило мне приземлиться на своё место в уголке, как мои колени тут же оккупировал кот Кёфтэ и принялся довольно когтить платье, из которого давно уже выдрал большую часть петель. Кёфтэ – один из немногих, чьё имя мне удалось запомнить: он был похож на большую, очень меховую фрикадельку, что его имя и означало, а урчал он как дизельный генератор.

– Кёфтэ, – вдруг произнёс знакомый голос. – А я думал, что у нас с тобой любовь.

Сердце трепыхнулось и замерло, я прикрыла глаза и сделала два медленных вдоха. А потом сказала так спокойно, что почти сама поверила в своё спокойствие:

– А я думала, что за мной кто-нибудь приглядит.

Александр, настоящий, живой, присел за мой стол и потянулся почесать кота. Я смотрела на него, как на второе пришествие, и прикидывала, как бы сейчас не заплакать от облегчения.

– Mustafa, burada insanlar senden sikayetci 10 , – громко сказал он.

Мустафа тут же возник рядом, с моим стаканчиком кофе в руках и с крайне озадаченным выражением на лице.

– Что случилось, Камилла? Кофе плохой? Коты кусают? Как Мустафа провинился?

– Вы самый лучший в мире, Мустафа, – искренне заверила я, забирая кофе. – А вот к этому господину у меня много вопросов.

– К Али? Ne sacma! 11 – он так отчаянно махал руками, что стал совсем похож на персонажа арабской сказки. – Али-аби большой друг Мустафы, как Камилла.

– Али?

Продолжая возмущаться, но уже по-турецки, Мустафа ушёл сначала к своей стойке, а потом исчез в подсобке. Александр отстраненно наблюдал за его перемещениями, а потом, едва Мустафа скрылся из виду, вдруг ловко схватил мой стаканчик кофе и сделал глоток. И даже зажмурился от удовольствия, пока я от возмущения не могла придумать, что закричать.

– Никто не варит кофе как Мустафа, – сообщил он.

– Это мой кофе.

– Простите, – и он сделал ещё глоток без тени вины на лице.

– Я думала, вы не вернётесь. Точнее, я думала, вы не существуете. Ещё я думала, что умру от страха, – я загибала пальцы, стараясь чтобы мой голос звучал ровно, как подобает адекватной взрослой женщине, которой никто тут ничего не должен. Только интонации обиженной брошенной девочки всё равно очень старались проскочить в эфир. Хотелось плакать – от возмущения и счастья одновременно. – А до этого вы обещали мне помочь.

Александр взглянул на меня, отпил ещё похищенного кофе, потёр глаза и вздохнул:

– Духи уводили вас за восемьдесят километров от дома?

– Нет, – мрачно признала я.

– Значит, Мустафа всё-таки своё дело знает.

– Мустафа-то здесь при чём?

Александр снова посмотрел на меня в упор долгим, внимательным взглядом. Кёфтэ запустил когти в мою коленку с особенным энтузиазмом.

И тогда я вдруг вспомнила этот тёплый жест приветствия, аккуратные шершавые ладони Мустафы, каждое утро сжимающие мою руку под аккомпанемент непонятных турецких слов – и почувствовала, как щёки неотвратимо краснеют.

Я откинулась на спинку дивана.

– Он с вами заодно!

– Да, у нас с Мустафой преступный сговор.

– А что, предупредить было нельзя? – пытаясь задушить в себе возмущение, поинтересовалась я. – Ну Александр, мы же взрослые люди, вы могли мне просто сказать.

– Ben de sana ona her seyi anlatman gerektigini soyledim 12 , – Мустафа снова возник неведомо откуда, ставя передо мной второй стаканчик кофе. Когда он его приготовил и где?

– Hic olmazsa baslama, Mustafa 13 .

– Вы оба отлично говорите по-русски, если что, – заметила я.

– Правда? – обрадовался Мустафа. – Камилла, sen baklaval?s?n 14 !

Я сделала глоток кофе. Да. Так можно жить. Мустафа снова куда-то испарился, как будто при нас ему на месте не сиделось.

– Слушайте, ну, это ведь, в общем, не такой уж и плохой план. Останусь жить здесь, у моря с черепашками, буду ходить за кофе, обнимать котов. Правда, у меня очень быстро закончатся деньги, но я могу пойти мыть полы у Мустафы.

– Да, – кивнул Александр. – План отличный. Есть только один нюанс.

Нюансы я не очень люблю. Обычно именно на крыльях нюансов всё остальное стремительно летит прямиком в преисподнюю.

– Мустафа рассказал, что за последние несколько дней у него не получилось полностью спрятать ваш свет ни разу. А среди всех, кого я знаю, он в этих фокусах один из лучших. Несколько собак съел на этом, но вашу никак одолеть не может.

– Вы про вчерашнее?

– Вчерашнее, позавчерашнее, поза-позавчерашнее. Уже несколько дней Мустафа выпроваживает отсюда не самых приятных и платёжеспособных клиентов.

– А я ничего не замечала, – растерянно пробормотала я. – И Мустафа не подавал виду, даже когда их появилось трое подряд.

Меня снова поработило чувство полной беспомощности: я ведь однажды всё-таки встречу этих красавцев не под крылышком у Мустафы, а у себя дома – кто будет прогонять их оттуда, охотники за привидениями?

– Трое подряд? – он уважительно покачал головой. – Вы когда-нибудь мечтали стать рок-звездой?

Конец ознакомительного фрагмента.