Чтение онлайн

Что поделаешь! Очень хотелось бы подтвердить интуицию. Об уязвимой спине, а не, скажем, пятке.

Но легендарный фольклор рудокопов из Дальней шахты говорил об одном: никаких уязвимостей нет! Никаких щелей в обороне.

На ногах, животе — кожа толстая, как броня. Бластер не берёт!

Пяток у твари нет, есть копыта. Но копыта неуязвимы, потому уязвляют всех. Чтоб она уязвимым местом, да вдруг топталась.

А спина… Ну с чего бы спина? Ведь не может же там быть слабо!

Но, конечно, про спину неточно, никому не взбрело проверять.

7

Жаль, что гнезда не нашли, ведь Бенито наметил и план, как убить Лошадину, да ещё и договорился об экипировке. Что же её, отдавать? А тварь пусть живёт?

— Слушай, Бенито, — ему посоветовал Трентон, — стоит убить чудовище! А логово — дальше искать.

Этот совет пришёлся весьма даже кстати.

— Ладно, — сказал он, — буду людей собирать.

Люди — обычный состав. Олаф, Трентон, Геррето, Сантьяго. Ну и Родригес — куда же он сам без себя?

Погрузились они в вездеход, но особый: с выдвижной лестницей. Метров на десять она выдвигалась, а дальше не надо. Важно, что точно не ниже Адского пальца.

В общем, добрались. Вылезли все на камень — и там, на вершине, приладили экипировку: «кошки» стальные Родригесу на руки и на ноги. Между прочим, одна из новейших моделей для ксеноальпинизма. Мало того, что «кошки» и так здорово цепкие — там же ещё выдвигаются когти где-то на метр.

Вроде, готово. Всё сделано. Можно оставить Бенито, а всем остальным спускаться. Ведь по прикидкам, явление чудища стоило ждать через пару часов. А от неё ведь исходит злой депрессивный фон — явное показанье к тому, чтобы незанятым людям подальше уехать.

И, вроде, спустились. Но, прежде, чем уезжать, что-то на них накатило: принялись исповедоваться.

8

Исповедальный мотив первым ввернул водитель.

Олаф молвил:

— Бенито, прости, ради Космоса. Я тебя обворовываю.

— Да ну ладно… Со всяким бывает…

— И ещё! Я сидел в подвале… Ну, под Башней Учёных, помнишь? Ну так с Диасом и Маданесом у меня был договорняк…

Стоило Родригесу перевести дух от услышанного, а тут новое откровение:

— Слышь, Бенито, — молвил Сантьяго. — Так достало — молчать не могу. В общем, знай: я с тобой по велению долга. Но ты сам мне — несимпатичен. Я таких людей презираю. И обычно их не терплю. Временами — так и придушил бы! Просто я всё же мастер боя, и такие поползновенья научили меня смирять.

И сказал хромоногий Трентон:

— Знай, Бенито, я завербован. В Джерихоне на моноцикле я никак не сумел удрать. Я не знаю, поверь, в чём дело, и в чём выгода ассасинов, но меня они отпустили, только вынудили молчать.

Тут Герреро сказал:

— Я воспитанник ассасинов. Был к тебе специально заслан…

9

И тогда Бенито рассвирепел, как никогда в жизни. И воскликнул, верней зарычал, топая ногами в стальных кошках со шпорами по поверхности ненавистного Адского Пальца:

— Брррысь! Все вон отсюда!.. Чтоб и духу вашего… — но по ходу речи своей задумался и уточнил специально для Сантьяго:

— Да, все отсюда брысь, но Герреро — его под арест!..

10

Бенито остался один на вершине скалы, ну а люди его разъехались. Ждёт он Лошадину, с «кошками» тренируется, но внезапно приходит чувство: он ведь кругом неправ!

О, сказал себе Бенито, похоже, Лошадина пожаловала. Но её почему-то не было. Задержалась на пять часов. А угрызенья Родригес всё же испытывал. В слёзы и в пот бросало. Чтобы с ума не сойти, Бенито уж сам себе принялся исповедываться. Полегчало.

Дальше Бенито ждёт. И уже так себе думает: что-то с камнем нечисто! Если с Лошадиной справится — надо заняться им.

11

Когда к Адскому пальцу примчалась запыхавшаяся Адская Лошадина и встала у него для передышки, Бенито давно уже был в отличной форме. Все отпущения грехов себе даровал, пообещал исправиться, даже друзей, по-возможности, простил.

Самый момент напасть на чудовище, ведь так?!

И Бенито, расправив «кошки», прыгнул Лошадине на спину. Та взвилась на дыбы, но не не в силах была стряхнуть. Родригес немедленно выдвинул дополнительные когти. Тварь завыла и в бешенстве понесла.

Трое суток всего продолжалась дикая скачка, и Лошадину с седоком на спине увидали в разных местах. Проскакала она мимо Кладбища Кораблей, доскакала до Дальней шахты и Ближней шахты.

— О, глядите, глядите! Лошадину оседлали!..

Но не стоит считать, что Бенито просто катался. Он когтями, как мог, растерзал уязвимое место.

А потом Лошадина пала. Недалеко у Пальца, но добраться уже не могла. Вот и четвёртая побеждённая тварь у Родригеса.

12

Ну а случай у Адского Пальца Бенито запомнил. Нет, не к тому, чтоб зубами скрипеть в злопамятстве на своих же людей. Что он сделал, так учинил у скалы раскопки — и в том месте, где жуткая тварь обычно стояла, к удивлению всех недоверчивых, обнаружил искомое.

Там лежал расписной сидский контейнер. Он открылся. Внутри была Призма. И влияла на всех, будто сыворотка правды.

или О прогностическом обосновании спонтанных экстраполяций

1

Слова бишопа «ты сейчас умрёшь!», никак не могли добавить ему популярности в глазах Кая. Между прочим, Кай вот совсем недавно умереть наотрез отказался, и вот опять?

Но уж в чём сомневаться не приходилось: полоумный старик с катаной выполнит задуманное, если не помешать.

Кай отступил к двери, готовясь выхватить револьвер. Нет, замешкался. «Выхватить» получилось далеко не в одно движение. Кай и забыл, что объём его сумки почти полностью забрал Тор — квентиновский «бублик»-браслет.