Чтение онлайн

Появившись внезапно пред Каем и Честером, Онодэра осведомился вежливо, чем обязан визитом. Честер ответил, что они идут в скит, и нужно сопровождение. Тренер тут же ответил, что брат Дик и брат Джек в этой функции братьям-невоинам идеально помогут, если только идущие запасутся терпением на ближайшие полчаса. В смысле, раньше получаса упомянутые Дик и Джек никак не освободятся.

Кай до сих пор не лишился вредной мнемической особенности — не узнавать стражей Зеона в лицо. Но имена он помнил. И знал, что брат Дик и брат Джек — вроде, не то чтобы прямо серьёзные воины, а носильщики контейнеров с грибами от Мика Брэдли из Грибного леса, ну и пустой тары обратно к нему в Грибной лес. Там-то, в лесу, эта парочка воинов из любых волевых качеств показала одно: самообладание, но и только. Чтобы сражаться с какой-то небезопасной тварью, так эта задача, похоже, совсем не по Дику и не по Джеку. Даже попытка расстреливать червяков, что собрались под сваями, мало того, что выдалась неудачной, так и та ведь совершена Саймоном и Риком, что явились тогда вместо них для разнообразия…

В общем, будь воля Кая, он бы заявил этим самым братьям Дику и Джеку решительнейший отвод. Но вот только… Не было воли Кая. У него никто не спросил, что за стражей нужно в охрану. Меру их подготовки по своим критериям оценил маленький японец, а брат Честер с этой оценкой тут же и согласился — и всё, решили. Догонять занятого тренера, чтобы донести своё мнение — да кто ты такой?

Ладно, подумал Кай, авось пронесёт. Хоть на что-то должны быть годны Дик и Джек, ну и общее число успокаивает. Раз идти в четвером, да к некрупным тварям, да к таким, с которыми уживается отец Гаррис, то к чему же заранее паниковать? Вовсе не надо.

Лучше принять Дика и Джека, ну, как готовую данность, и не вносить суету ни в тренировку воинов, ни в свои мысли. Коль остались ему полчаса ожидания, надо использовать с толком. То есть, узнать что-то у брата Честера об отце Гаррисе, что-то важное, что-то такое, чего он при бритых охранниках, может, и не расскажет.

4

— Преподобный отец Джой Гаррис — истинный патриарх Нового Зеона, — сообщил брат Честер в ответ на осторожный запрос Кая. — Все наши отцы, а также все старшие братья — суть его прямые духовные чада. Чудо духовного провидения, вот чем брал отец Джой, вот чем обращал к Господу. Все, кто ни слушал его, обретали надежду. Это важнейшее из состояний на Эр-Мангали.

— Но живёт он в отдельном скиту, не в посёлке, — напомнил Кай. — И к нему, как и к отцу Невину, а также как к брату Квентину, бишоп Амос предпочёл обратиться не напрямую. Направил меня. Нет ли в том признания некоторой сложности, что явилась в общении между Гаррисом и Амосом.

— О, верховный бишоп отца Джоя весьма уважает! — возгласил брат Честер. — И великих сложностей в общении не боится. Верите ли, брат Майк, заслуги отца Джоя Гарриса столь весомы, что к его даже странным речениям в нашем богоспасаемом Зеоне всегда подходили с гибкостью. Ибо то, что в устах другого адепта могло обернуться ересью, у отца Джоя Гарриса шло прямо от сердца, от сердечной открытости для молитвенного диалога с нашим всеблагим Господом.

Вот как, подумалось Каю, не случайно, пожалуй, рядом с глубоко уважаемым именем Гарриса вспоминают ещё и о ересях…

— Отец Джой, по-видимому, высказывал альтернативные взгляды?

— Нет! — слишком поспешно возразил Честер. — Альтернативности нет никакой. Полное согласие, по крайней-то мере, в ясно различимой сути основных положений. Это не должно удивлять, ведь отец Джой, и именно он — основатель учения, раскрывшего истинный свет нашему посёлку. Пусть даже ныне верховный бишоп Амос и не со всем согласен.

— Всё-таки Амос не согласен? — Кай опять нащупал конфликтную зону. — Значит, отец Гаррис не случайно ушёл из посёлка?

— Удалился в скит, — подтвердил Честер. — Но не из-за разногласий с верховным бишопом. Ибо никаких существенных разногласий нет.

Но зачем же говорить о том, чего нет — а, брат Честер?

— Да, к тому же, в этом скиту преподобный жил изначально. Скит предшествовал посёлку — в некотором роде… — Честер немного запутался. — Нет, посёлок-то был, но он не был Новым Зеоном: здесь его возвели при ныне закрытой шахте. Но потом отселили — нерентабельно, шахту всё время водой затапливало, слишком низинное место. Сделался «мёртвый» посёлок, навеки законсервированный. Но тогда явился отец Джой Гаррис, и было ему видение. О холме, о Новом Зеоне. Он-то и нарёк это имя — когда здесь, в этом самом месте ещё ничего не было.

— И, наверное, возродил посёлок?

— Да, духовным посылом. Для начала он выстроил рядом, в Священной роще, маленький скит. Частью выстроил, частью нашёл, но не в этом дело. Зная за ним чудотворный дар прорицания, в скит потянулись люди. Все хотели быть рядом, пристроить свою келейку… Но тогда отец Джой говорил: «Здесь нельзя, вы не видите, что ли — Священная роща!». Братья видели, что нельзя, и тогда вопрошали: «Где же?». Преподобный тогда отвечал: «Видите посёлок в низине? Здесь, на этом духовном холме возродится великий Зеон!». И как воду глядел, как в Господнем сердце читал — так и получилось.

Говорил ли Бенито, что названье Зеону дал Гаррис? Вроде, да, но тогда — и другим посёлкам. Бабилон, Джерихон и Содом обретают смысл от соотнесенья с Зеоном.

— А потом, когда братья Зеон отстроили… — Кай позволил себе невинно сострить, — на холме? Преподобный Джой Гаррис не думал присоединиться?

— Он здесь часто бывал, — Кай обратил внимание на прошедшее время (выходит, уже не бывает?), — но не перебирался жить. Он предпочитал уединение, ибо общение с братьями его подчас утомляло.

Как я его понимаю, хотелось вымолвить Каю. Хотя… Может быть, он понимает как раз себя, а на Гарриса лишь переносит, экстраполирует.

— А когда… — Кай увидел, что двое стражей, только что завершивших учебный бой, уже ищут его и Честера взглядами. Захотелось выяснить нечто главное, о котором в присутствии стражей провожатый наверняка промолчит. — А когда же преподобный Джой стал высказывать мысли, напоминавшие ересь? Верно, совсем недавно, на склоне лет.

— Нет, — неосторожно сказал Честер, — с самого начало.

— Он говорил, — поспешил развить успех Кай, — что-нибудь такое, чего мне, например, никогда не простил бы бишоп? Что же это тогда? Умоляю, скажите, чтобы мне не опростоволоситься!

И брат Честер ответил, то ли не осознавая значимости сообщения, то ли нарочно сливая бесценную информацию — кто разберёт?

— Преподобный не лгал, и не извращал слов Господних, — произнёс он скороговоркой, — но, возможно, неверно их толковал в своём сердце. Всё, что верховному бишопу, и нам, его чадам духовным, представляется самым вредным в словах отца Гарриса, тем или иным способом соотносится с идеей явления героя-спасителя. Эта вредная во всех смыслах идея предполагает, что на Эр-Мангали царит не Эдем, а Ад, от которого надо спасать людей. Чтобы вывести их из Ада, новоявленному мессии приходилось бы выполнить дело насколько ненужное, настолько и невозможное: преодолеть барьер Карантина. Кто пытается это делать, тот глуп или заморочен хитрыми речами лжепророков. Он погибнет, ибо не властен преодолеть Господнее наказание. В ослеплении он будет думать, будто смертью своей что-то кому-то докажет. Но мы знаем, что эскапизм — путь тупиковый.

Половину сказанной речи Честер произнёс только для Кая, а вторую половину — ещё и для двоих стражей с катанами, для бритоголовых здоровяков-европеоидов, застывших в нелепых позах, исполненных демонстративного благоговения перед Господней истиной.

5

По пути от ристалища до ворот Кай старался отвлечь Джека и Дика от сказанного братом Честером. Потому что, вроде бы, он и верно вещал с точки зрения учения секты, но задумайся лишь над поводом такой зажигательной речи — и получится, что Кай не то задел его за живое, а не то и сам высказывал еретические мысли вредоносного мессианского толка.