Чтение онлайн

Имеются весьма противоречивые сведения относительно точности огня пулеметов Гатлинга и их истинной скорострельности. В значительной степени это обусловлено намеренной дезинформацией, распространяемой старшими офицерами той или иной армии, которые категорически отказывались верить в то, что их превосходно обученные стрелки и их великолепная кавалерия, которые своими традициями связывали их и придавали смысл их жизни, могли стать устаревшими из-за огромных уродливых машин.

Рассматривая истинные возможности пулемета Гатлинга, стоит изучить результаты официальных испытаний армии США, проведенных в октябре 1873 г. в форте Монро, штат Виргиния. Орудие Гатлинга калибром 0,42 дюйма сравнивалось с 12-фунтовой заряжающейся с казенной части бронзовой полевой пушкой, стреляющей шрапнельными снарядами с временным замедлителем; каждый выстрел содержал 82 свинцовые мушкетные пули диаметром 0,69 дюйма. В испытаниях участвовала и 8-дюймовая осадная пушка, делающая аналогичный выстрел, но уже 486 мушкетными пулями. Три орудия вели огонь по парусиновой мишени высотой 9 футов и шириной 48 футов (примерно 3 м х 15 м), с дистанций 500 и 800 ярдов (460 и 730 м), причем каждое из орудий стреляло по полторы минуты. С расстояния 500 ярдов орудие Гатлинга сделало 600 выстрелов и попало в цель 557 раз. Двенадцатифунтовый «Наполеон» выстрелил семь раз и, выпустив в целом 574 мушкетные пули, набрал 55 попаданий. Осадное орудие сделало четыре выстрела, выпустило в общей сложности 1944 пули и попало в цель 112 раз. Затем орудия передвинули на дистанцию 800 ярдов и произвели аналогичные испытания. На этот раз орудие Гатлинга записало на свой счет 534 попадания, «Наполеон» — 35 попаданий, а осадная гаубица — ни одного. В ходе этих же испытаний еще одно детище Гатлинга доказало свою надежность, сделав не менее 100 000 выстрелов в течение трех дней.

С самых первых дней Гатлинг обратил свой взгляд за границу в поисках потенциальных рынков для своего оружия. В конце 1863 г. он завязал переписку с майором Мальдоном из французской армии, и, казалось, дело пошло успешно, но к нему обратились с просьбой предоставить образец пулемета для проведения испытаний. Значительно переоценив свое положение, Гатлинг ответил, что не может удовлетворить эту просьбу, но с радостью выполнит заказ минимум на 100 орудий… на этом все и закончилось. Гатлинг, без сомнения, нашел утешение в том, что американское правительство вскоре наложило эмбарго на отправку вооружений за пределы Штатов, которое в любом случае помешало бы осуществлению этой сделки. Как демонстрирует столь ранний интерес французов, проявленный к изобретению Гатлинга, они имели все основания желать развития пулемета того или иного типа в самом срочном порядке, поскольку стало ясно, что война с Пруссией почти неизбежна. Пусть на тот момент новое оружие еще не смогло доказать свою ценность в ведении огня по живым мишеням, имелись все основания полагать, что оно это сделает при первой же возможности. До сих пор сами французы мало продвинулись на пути создания подобных вооружений.

Полутора десятилетиями ранее, в 1851 г., бельгийский пехотный офицер капитан Т.-А.-Ж. Фэршан (Fairchamp) предложил конструкцию для залпового многоствольного орудия, более походившего на модернизированные органные пушки, которые получили свое развитие в три предшествующих века, чем на настоящий пулемет, и которое он назвал mitrailleuse. [3] И действительно, митральеза Монтиньи, как позднее стало называться орудие Фэршана (по имени Жозефа Монтиньи, бельгийского инженера, усовершенствовавшего конструкцию и начавшего ее выпуск), не слишком отличалась от небольшого полевого артиллерийского орудия, хотя при более пристальном изучении ее «ствол» на самом деле состоял из 37 стволов небольшого калибра, собранных вокруг центральной оси (первый вариант имел 50 стволов, установленных на девятирядной матрице). Но это орудие должно было использоваться как артиллерийское, что в конечном итоге вызвало неудовлетворенность французской армии, которая так и не удосужилась разработать какую-либо тактическую схему для этого нового оружия.

Имелись два существенных различия между митральезой и различными моделями американского пулемета. Первая заключалась в способе заряжания: в орудии Монтиньи из загрузочного устройства заряды поступали не по одному, а весь затвор со своим комплектом бойков — одним на каждый ствол — целиком передвигался назад с помощью длинного рычага, после чего стрелок вставлял тщательно отцентрованную «магазинную» пластину, содержащую один комплект выстрела для каждой каморы, затвор возвращался в огневое, или батарейное, положение, и все заряды выстреливались единым залпом, что и было вторым существенным отличием этого орудия от его американского эквивалента. Более поздние варианты позволили расположить матрицу с бойками внутри затвора, чтобы действовать посредством эксцентрика, приводимого в движение рукояткой коленчатого рычага. Скорострельность этого орудия была значительно ниже, чем у пулемета Гатлинга, но специалисты считают, что из 37-ствольной версии опытный расчет мог давать 10–12 залпов в минуту.

Основным недостатком нового оружия была, похоже, его громоздкость: вместе с готовыми боеприпасами вес установки приближался к трем тоннам, а для ее транспортировки требовалась упряжка из шести лошадей. И конечно же, положение осложнялось настойчивыми требованиями французского верховного командования располагать это оружие вместе с традиционной артиллерией, которая, безусловно, превосходила его по дальнобойности. Но там, где к его размещению подходили более творчески, например, в битве при Гравелотте 18 августа 1870 г. и в других боях, оно показало себя более эффективным. Но митральеза так и не смогла помешать Пруссии одержать ряд последовательных побед, которые достигли своей кульминации 1 сентября, когда под Седаном была разгромлена французская армия. Эта битва фактически закончила продолжавшуюся менее пяти недель войну{2}, которая в конечном итоге привела впоследствии к осаде Парижа, революции во Франции и, хотя многие с этим не согласятся, к Первой мировой войне и ко всему, что за этим последовало.

Если во время самой войны митральезы применялись редко, то во время последовавшего за ней восстания на улицах Парижа они продемонстрировали свою эффективность. Когда стало ясно, что Парижская коммуна разгромлена, кровь полилась рекой, а войска, оставшиеся верными правительству, устроили бойню на улицах города, расстреливая почти безоружных повстанцев. Это, вероятно, был первый, но далеко не последний случай, когда пулемет использовали в качестве инструмента массовой казни.

Среди ста с лишним тысяч пленных, захваченных немцами при Седане (около 21 000 человек было взято в плен во время сражения и 83 000 капитулировало позже в самой крепости), находился французский император Наполеон III, который в тот момент, возможно, горько сожалел о том, что ему не удалось заполучить орудие Гатлинга, а ведь в 1867 г. такая возможность предоставилась ему во второй раз. В том году в Париже проходила Большая всемирная выставка, на которой Гатлинг демонстрировал свое орудие модели 1865 г., и одним из посетителей, проявивших интерес к новому оружию, был сам император. Через несколько дней после посещения выставки Наполеоном французское правительство приказало снять орудие с экспозиции и доставить его в Версаль для испытательных стрельб, многие из которых Луи-Наполеон проводил лично. В орудии, о котором идет речь, выявились достаточно серьезные недостатки, правда, так и осталось невыясненным, что это: дефект именно этого образца или производственный брак всей партии. Тем не менее военное министерство укрепилось в своей решимости принять на вооружение митральезу Монтиньи — ее 25-ствольную модификацию, которая имела меньший размер и вес, но едва ли была мобильнее. В этом орудии, которое обычно называют картечницей «де Реффи» (de Reffye) или Медонской митральезой{3}, использовались 13-мм боеприпасы, разработанные для недавно внедренной винтовки Шасспо.

Несмотря на спешный порядок, в котором в 1869 г. новое орудие было принято на вооружение, только 190 установок обоих типов участвовали в последовавшей молниеносной войне, и лишь немногие из них могли похвастать опытными расчетами. В последние две недели войны во французской армии появилось несколько орудий Гатлинга и Клакстона, но количество их было мизерно, а применение оказалось не более эффективным, чем использование митральез. Слово, вошедшее во французский язык как видовое название (в искаженной форме оно вошло и в итальянский), осталось сегодня единственным напоминанием об этом оружии.

Пруссаки также провели испытания орудия Гатлинга, сравнивая его с митральезой Монтиньи, и решили, что их мало устраивают оба, несмотря на то что пулемет Гатлинга за аналогичный отрезок времени сделал столько же выстрелов, сколько произвели 100 отборных стрелков, и с расстояния 800 метров (875 ярдов) набрал 88 процентов попаданий против 27 процентов попаданий снайперов. В конечном итоге прусская армия отправилась на войну вообще без пулеметов, хотя их баварские союзники имели некоторое количество четырехствольных пушек Фельди — полевых орудий револьверного типа, являвшихся местной разработкой и считавшихся достаточно надежными и эффективными.

Шведы считались очень хорошими слесарями и металлургами еще задолго до начала промышленной эры, и к 70-м годам XIX в., располагая мощным современным военно-морским флотом, они стали той силой, с которой всем приходилось считаться. В Швеции, правда в зачаточной форме, имелся даже «военно-промышленный комплекс» — так американцы позднее, век спустя, назовут свою сеть банков, производителей вооружения и военное ведомство. Внутри этого «комплекса» выдающейся фигурой стал Торстен Норденфельд. Имя Норденфельда будет связано с историей пулемета до начала XX в. — точно так же это имя будет упоминаться в связи с субмариной, — но в обоих случаях ему предстояло играть роль второго плана.

Ручной пулемет, носивший имя Норденфельда, в действительности был разработан инженером Хельге Пальмкранцем вместе с Ю. Т. Винборгом и Э. Унге, и фактически (лишь с небольшой натяжкой) его можно было определить как гибрид митральезы и орудия Гатлинга. Установка имела комплект фиксированных стволов и патронников, но боеприпасы из магазина поступали за счет собственного веса. Движение затвора, с помощью которого выталкивалась пустая гильза и подавались новые патроны и который одновременно взводил и высвобождал бойки, осуществлялось при помощи рычага. Оружие впервые было продемонстрировано в 1870–1871 гг. на встрече комитета шведских и норвежских представителей военных ведомств; их отчет был опубликован в 1872 г. и, будучи выпущенным непосредственно после Франко-прусской войны, должен был иметь значительное воздействие на развитие и признание пулеметного вооружения не только в их, все еще объединенных странах, но и во всей Европе.

Прежде всего комиссия выработала набор критериев: