Чтение онлайн

В действительности шведско-норвежская комиссия была более требовательной во время испытаний конкурирующих орудий, чем можно предположить на основании выработанных ею критериев:

Норденфельд не отличался оригинальностью мышления, но он буквально набрасывался на изобретения тех, кому такая незаурядность была присуща. В 1879 г. он купил патенты Пальмкранца и тотчас же запустил их в производство, основав «Компанию по производству орудий и боеприпасов Норденфельда» (Nordenfelt Guns and Ammunition Company). Предприятие принесло ему быстрый и значительный успех, поскольку военно-морские силы Великобритании и США закупили первую модификацию орудия калибра 1 дюйм. Норденфельд не блистал особыми талантами, но был человеком довольно энергичным, и в том же году он заинтересовался изыскательскими работами в области создания паровой субмарины — «Ресургама» Джорджа Гарретта. Сотрудничество с Пальмкранцем и Гарреттом началось с того, что фамилия Норденфельд стала писаться через дефис с именем изобретателя, о детище которого мы ведем речь; таким образом, на свет появилось орудие Пальмкранца-Норденфельда, и финансист вытеснил изобретателя, как только в технических талантах последнего отпала необходимость. По иронии судьбы, как мы увидим позднее, фортуна отвернулась от него, когда Норденфельд объединил свое имя со вторым пионером пулеметов — теперь уже его имени вскоре предстояло исчезнуть.

То, что Норденфельд оказался в одно и то же время причастным к развитию пулемета и субмарины, также вполне объяснимо. Субмарина была вначале — и, может быть, даже более широко — известна как «подводный торпедный катер», и с полным на то основанием, поскольку именно изобретение англо-итальянцем Робертом Уайтхедом в 1866 г. торпеды, оснащенной двигателем, обеспечило судно поистине мощным оружием. Конечно, в 80-х годах XIX в. подводная лодка переживала еще пору младенчества, и, хотя реальная угроза судоходству исходила именно от торпеды, заняться ее пуском должны были скоростные надводные суда нового поколения.

Задача защиты флота от этих «запусков» выпала на долю тяжелых пулеметов Норденфельда и Гочкиса (и более легких орудий — Гатлинга и Гарднера). Естественно, каждый корабль любого класса должен был быть вооружен подобным образом, не говоря уже о самих торпедных катерах и новых «истребителях торпедных катеров» среднего класса. Первые пулеметы были в конечном счете вытеснены оружием типа максимовских пом-помов, [4] вращающейся пушкой Гочкиса и более тяжелым скорострельным оружием, таким как «Виккерс» и «Элсуик-Вавасер», но последние не входят в сферу нашего исследования.

Пятиствольный с одинарной казенной частью пулемет Гочкиса был разработан американцем Бенджамином Беркли Гочкисом, уроженцем Уотертауна, штат Коннектикут. Он эмигрировал из США во Францию, чтобы создать там производство, и это объясняет предпочтение, которое отдавали орудиям Гочкиса французские вооруженные силы, использовавшие разные их типы и модификации на протяжении большей части XX в. Первый «Гочкис» — многоствольное орудие с коленчатым рычагом — часто описывают как разновидность «Гату линга», но на самом деле принцип действия был несколько иным: каждый комплект выстрела подавался на одинарную казенную часть, которая направляла его в отдельную камору ствола. Впервые продемонстрированное в 1873 г., орудие прекрасно действовало при небольшой скорости, требуемой от тяжелых пулеметов того времени, но все еще было значительно медленнее, чем его конкурент — четырехствольный 1-дюймовый «Норденфельд». Это орудие, стреляющее 205-граммовыми (7-унцевыми) цельностальными пулями, могло делать до 216 выстрелов в минуту, тогда как 37-мм «револьвер» Гочкиса, стреляющий чугунными пулями, весящими примерно 450 граммов (1 фунт), или еще более тяжелыми наполненными взрывчатым веществом снарядами, только пытался приблизиться к 70 выстрелам в минуту.

Когда десятилетие спустя военно-морскому флоту потребовались орудия больших калибров, стреляющие более тяжелыми снарядами, и Гочкис, и Норденфельд переключились на одноствольные орудия еще более крупных калибров, хотя к тому времени обе компании уже занимались разработкой автоматического орудия непосредственно винтовочного калибра.

Лишь еще один ручной пулемет, заслуживающий нашего внимания, был разработан в 1874 г. Уильямом Гарднером из городка Толидо, штат Огайо. Орудие Гарднера, двуствольная модификация которого была впервые официально испытана 17 июня 1879 г. в вашингтонском морском арсенале, где орудие отстреляло 10 000 патронов за 27 минут 36 секунд, пользовалось скоротечной популярностью в 80-х годах XIX в., особенно в британской армии. При ведении «малых войн», столь обычных для того времени, его зачастую предпочитали «Гатлингу» по причине меньшего общего веса (около 45 кг/ 100 фунтов, включая станок-треногу), который имели менее крупные модификации этого орудия. Гарднер применил возвратно-поступательное движение магазина, при котором с помощью ручки кривошипа комплект выстрела подавался в только что освобожденную камору, и после выстрела пустая гильза выталкивалась. Изготавливались различные модификации, некоторые имели до пяти стволов, а скорострельность, которой удалось достичь, когда военно-морские силы Великобритании проводили испытания, составила 812 выстрелов в минуту. Британский инженер по фамилии Робертсон позднее изготовил модель, в которой патроны подавались при помощи специальной патронной ленты, но эта идея не была принята. Впоследствии Гарднер продал свой патент компании «Пратт энд Уитни», которой суждено было стать одним из гигантов американского производства вооружений.

Не случайно, что до сих пор большая часть ручных пулеметов, описанных выше, была американского происхождения. Это обусловлено рядом независимых факторов как технологического, так и социального характера, но наиболее значительным являлось сравнительно передовое по отношению к европейским странам состояние американской индустрии, которая уже в полной мере применяла станочные системы, и осознание в США того факта, что эпоха искусных ремесленников подходит к концу.

Американские изобретатели буквально расталкивали друг друга, спеша захватить участок на быстрорастущем рынке вооружений. Каждый из них заявлял, что уладил немногие проблемы, оставшиеся у орудий с ручным управлением, но ни одному из них не удалось преодолеть стартовую линию одобрения того или иного правительства. Но значение этой гонки трудно переоценить, так как в конкурентной борьбе конструкторы постоянно вводили новые элементы, которые позднее совершенствовались и перенимались повсюду: подача боеприпасов с помощью ленты, как, например, в случае с Бейли, и механическая локация патронов в магазине, как у орудия, разработанного Лоуэллом. Пулемет Гатлинга выгодно отличался от других конструкций, особенно с применением 400-патронного барабанного магазина Бродуэлла, с помощью которого было возможно вести огонь со скоростью 4000 выстрелов за десять минут. Разработанная Л. Ф. Брюсом система подачи патронов, по-прежнему основанная на действии силы тяжести, но гораздо более эффективная, чем первоначальная загрузочная воронка, тоже использовалась в пулемете Гатлинга.

К концу XIX в. американская изобретательская мысль достигла абсолютного предела в развитии ручных пулеметов, и настало время для следующего логического шага — появления автоматического оружия. Это действительно произошло, но в Великобритании, однако лидирующее положение американской творческой инженерной мысли все еще было очевидным, поскольку человек, который нес ответственность за произошедшее, тоже был американцем, и, так же как Ричард Гатлинг, он был профессиональным изобретателем-самоучкой; имя этого человека, которое до сих пор с почтением произносят во всем мире, — Хайрем Стивенс Максим.

Любое изобретение имеет свою жизненную историю, которая, как правило, начинается с описания того, как оно было сделано, какими путями (очень часто ошибочными) шли его авторы, пытаясь воплотить его в жизнь; одним из звеньев этой цепи является то, как именно применялась машина или процесс, о котором идет речь. В случае с пулеметом такое применение имело самые далеко идущие последствия, какие только можно вообразить, поскольку его внедрение — как и внедрение нарезной, заряжающейся с казенной части артиллерии, магазинной винтовки и бронированного корабля — совпало с расцветом империализма (и в значительной степени способствовало ему), когда промышленные европейские державы (и в некоторой степени США) делали попытки захватить и подчинить себе остальную часть мира. Самой активной из них была Великобритания, которая имела преимущество в силу того, что и так обладала самой большой из существующих империй, но и вновь обретшая силу Германия, и возродившаяся Франция, и даже Бельгия — или скорее ее король Леопольд II, злоупотреблявший своей властью и действовавший в собственных интересах, — и припозднившаяся Италия — все боролись за то, чтобы присвоить то, что еще осталось: большую часть Африки, части Азии и разрозненные участки других территорий. Пулемету Гатлинга суждено было сыграть выдающуюся роль в этом разгуле империализма.

Британская армия получила свои первые «Гатлинги» в 1869 г., хотя имелось большое количество старших офицеров (и некоторое количество «не таких старших» также), которые были решительно уверены, что новое оружие должно быть предано анафеме и, если это возможно, должно быть вообще исключено из армейского реестра. Тем не менее даже наиболее косным полковникам придется в основном согласиться, что в определенных обстоятельствах — таких, например, как отражение массированной атаки туземных войск, вооруженных лишь примитивным оружием (отвратительно повторяющийся сценарий в период создания империи), — орудие Гатлинга имело отличный шанс наносить страшные потери и, таким образом, спасать положение, по крайней мере до того момента, как его заклинивало.

Это был вновь и вновь повторяющийся кошмар, полно проиллюстрированный во второй и менее известной строфе стихотворения Vitai Lampada сэра Генри Ньюболта:

Пулемет лишь изредка фигурировал в поэзии, но, когда такое происходило, создаваемый образ был очень сильным.

И поскольку именно с такими обстоятельствами суждено было столкнуться британской армии в ее слишком частых карательных рейдах и разведывательных экспедициях, было ясно, что орудие Гатлинга рано или поздно получит возможность показать в бою, чего оно стоит.