Чтение онлайн

— Если вы сейчас же не уедете из моего кабинета, я вызову гвардейцев! — прозвучал резкий голос женщины.

— До свидания, Мирославушка, — говорит мама, голос дрожит, но в нем слышна твёрдость. — И вам не хворать, Есения Иванна, — добавляет она жёстким тоном.

— Спасибо, Софья Александровна. Ваш экземпляр договора я пришлю вам с голубем.

С голубем? Я в недоумении. Как он дотащит такой тяжёленный рулон? Или у них какой-то волшебный боевой голубь?

— Спасибо! — мама отвечает сухо. — Лучше пришлите мне в смс, чтобы ни один голубь не пострадал.

Как мама её уделала! Ай да молодец! Мне хочется похлопать, но я даже не вижу её — меня так неудобно развернула эта тучная дама. Слышу только звук хлопающей двери.

— А теперь можно расслабиться и немного перекусить, да, карапуз?

Женщина достаёт из хрустальной вазочки ту самую жёлтую конфетку, которая приглянулась мне с первого взгляда. Я снова тяну к шоколадному лакомству свои крошечные ручки. Может, Есения Иванна, мы с вами ещё и подружимся.

В этот момент тётка приносит конфетку мимо моих рук, разворачивая фантик.

Открываю рот в предвкушении. На языке уже чувствую вкус шоколада. Ням-ням, клади мне её скорее в ротик!

Но вместо этого «шарик» засовывает конфету в свой огромный рот и начинает громко чавкать.

— А ты чего пасть разинул? — гогочет адским смехом директор яселек. — Думал, я с тобой поделюсь? Запомни главное правило — Есения Ивановна не делится своими конфетами.

Ну это мы ещё посмотрим! Теперь я знаю, где они лежат. Вот научусь ползать — заберу все твои конфеты и раздам их бедным детям, отсыпав, конечно, немного и себе. Жаль, пока не знаю, когда это произойдёт.

Но одно я знаю точно — с тобой мы не подружимся. Два шанса на первое впечатление я ещё никому не давал.

— Ну так, что там у нас?! — женщина с уставшим видом смотрит на часы в виде тарелки, висящие у неё на стене. — Ужин ты пропустил…

Как это пропустил ужин?! Женщина, что ты несёшь! Мне нельзя без еды, мне нужно откуда-то черпать энергию и развивать свою магию, или как? Я на голодовки не подписывался!

Но она демонстративно не реагирует на мой возмущённый клич. Вытерев о подол своего платья шоколадные руки, она направляется к выходу из кабинета.

— Эй, вернись! Дай мне хотя бы конфетку!

Борясь с усталостью, я проникаю в её мозг. Пока тут наведу шороху. Какие греши могут быть у этой тучной женщины?

На табличке загораются три ярко-алых слова: Зависть — алчность — чревоугодие.

В принципе, это можно было бы и угадать, не пробираясь в нутро её подсознания.

Кушать… Кушать… — усиленно внушаю ей мысль. Конфетка вкусная… Ещё одна конфетка — это не страшно, она не повлияет на вес.

— От ещё одной конфетки ничего не случится, — произносит женщина ту самую мысль, которую я ей внушаю.

Не дойдя и пары шагов до двери, она возвращается и наклоняется над вазочкой, чтобы достать ещё одну конфетку.

Я наклоняюсь вместе с ней и успеваю незаметно схватить одну из конфет. Победа! Никогда ещё мой триумф не был таким сладким.

Пока женщина уминает свою конфетку, я прячу свою в кармашек моего комбинезончика. Как здорово, что дизайнеры детской одежды догадались сделать такие кармашки.

Тётка тем временем дожёвывает ещё одну конфетку и выходит из кабинета вместе со мной. Мой трофей она, к счастью, не заметила.

Она приносит меня в огромный зал. Не полон игрушками и подушками, как я ожидал, а возле стены, прямо в воздухе, висит огромный тонкий «домашний кинотеатр». Малыши уже сидят и лежат на своих местах — тех самых, на которые их ранее посадили и положили. Кто-то смотрит мультик, кто-то играет в деревянные игрушки, а кто-то просто пускает слюни.

Меня кладут на спину рядом с огромным бугаем. На вид ему около двух лет, и при этом он явно переросток — такой здоровенный, что кажется, будто вырос из другого мира.

Есения Иванна смотрит на меня секунду, а затем переворачивает меня лицом к экрану и выходит из комнаты, закрыв дверь за собой.

Волею-неволей мне приходится смотреть на экран, где боевой боярин — кото-маг — отчаянно пытается одолеть мышку-простолюдинку.

Я вспоминаю Берендея. Не хватает мне этого кошака. Успел я к нему привязаться, к этому усатому животному. Да и призрака даже немного не хватает. Все эти дети здесь кажутся абсолютно бесполезными для меня, они меня не поймут и не смогут ответить. Здесь мне не с кем поговорить, ни обнять пушистое тело. Только экран и тишина вокруг.

Пока кото-маг сражается с пищащей от ужаса мышкой, я закрываю глаза, вспоминаю имение, которое практически стало мне домом и ловлю грустинку. Рука сама находит конфетку в кармашке моего комбинезона.

Самое время подкрепиться. Я достаю конфетку, и её обёртка шуршит в моей руке. Бугай поворачивает голову в мою сторону — медленно и угрожающе, словно зомби. Его хищный, туповатый взгляд тут же цепляется за яркую обёртку. Губы расплываются в улыбке предвкушения, которая мне совсем не нравится.

Бугай из ряда вон грузный, низкий лоб, маленькие злые глазки — всё в нём кричит о враждебности. Он смотрит на мою конфету с жадным вожделением, будто бы она — его долгожданная добыча.

Решительно и быстро он накидывается на меня без предупреждения. Но я успеваю раньше предсказать его действия — насмерть сжимаю конфетку в кулаке.

— Оть-дай! — угрожающе шепелявит он.

Он уже умеет говорить. Но то ли его интеллект не дотягивает до его размеров и возраста, то ли наоборот. Его вес перевешивает оные.

Даже не надейся! Свой ужин я тебе не отдам, тупая бошка!

— Оть-дай, я сказал! — требует огромный «малыш» ещё более настойчиво.

Бугай пытается раскрыть мой кулак своими огромными обеими ручищами. Я громко ору:

Руки прочь! Это моя прелесть! — отвечаю я отпором, четко агукая.

Другие дети начинают кто плакать, кто орать. Вот она — детская солидарность.

Но нас будто никто не слышит. Сидящая в зале молодая воспитательница смотрит в свой телефон, повышая свой уровень магии в телефонной игре.