Чтение онлайн

– Да уж что правда, то правда.
– согласилась Нина - Тем более, что меня тошнит, когда я с вами стою рядом, не говоря про иное прочее.

– Уже так?
– скандально и язвительно спросил Альфред Викторович. Но, коль скоро ты заботишься о процветании фирмы покойного мужа, то должна подумать и о наследниках! От кого ты их будешь рожать?!

– Решу без вас..
– презрительно ответила Нина.
– Скорее всего от Ильи Шептунова.

– От Илюшки Шептунова?! Юриста фирмы?! Да он женат!
– выдавил Альфред Викторович, окончательно обалдевший.

– Ну и что? Одно другого не исключает. Зато молод, породист, без порочных привычек и с хорошей наследственностью. Так что де-юре, у вас будут прекрасные дети, Альфред Викторович.... А де-факто... Мое супружеское место успешно займет наша Вера.

– Какая Вера?
– ошалел Комаровский.

– Ка-ак?
– Нина изумленно вскинула брови.
– Ну и потаскун же вы, дорогой супруг! Уже забыли утренние развлечения во флигеле?

– Кухарка Вера?

– Вас это оскорбляет?

– Да нет... Но...

– Хватит, хватит.
– небрежно отмахнулась Нина.
– Тем более, что она уже не кухарка. Она теперь наша домоправительница, отвечает за порядок в доме и прочее. Теперь на ней весь дом. И вы, Альфред Викторович.

– Но...

– Опять не угодила?!
– вспыхнула Нина.
– Что ещё надо?! Прекрасная, добрая женщина, двое детей, мужа нет!
– Нина смотрела на него с недоумением.
– Да что вам ещё надо, я не понимаю?! По-моему, она вам пришлась по вкусу?! Нет, так подыщите другую кандидатуру, я её вам её оплачу. Или это уже стало для вас проблемой?

– Не твое дело мои проблемы.
– сердито ответил Альфред Викторович. Хорошо. Я буду жить во флигеле.

– Вызовет лишние разговоры и сплетни охраны.
– сухо возразила Нина. Будете жить на третьем этаже, Альфред Викторович. Тем более, что флигель уже занят.

– Кем ещё занят?

– Вашей супругой де-факто. Верой со своими детьми. Она переехала туда из деревни. Так будет удобней наблюдать за хозяйством. И... Обслуживать ваши желания.

– Как это все гнусно, - не скрывая горечи сказал Альфред Викторович.
– Гнусно и пошло. За что ты меня так унижаешь?

– Какие унижения, Альфред Викторович?!
– весело сказал Валерий.
– Вам предлагают шикарные условия!

– Осуществление мечты.
– подхватила Нина.
– Вы сами затеяли этот ненужный разговор!

– Мечты?!
– повернулся Альфред Викторович к Нине и осекся потому, что вдруг наткнулся на такой ненавидящий взгляд пристальных глаз молодой женщины, что ему стало не по себе и он сник.
– Хорошо, делайте, что хотите.

– Значит так?
– глухо спросила Нина.
– Ладно, сейчас я скажу, чего хочу... Только легкое вступление. Помимо всего прочего, я намерена заняться и другой сферой деятельности, которую начал раскручивать Федор.

– Какой еще?
– слабо спросил Альфред Викторович.

– Политической. Это будет звучать цинично, но мы здесь свои люди. Месяца через два-три скончается наш депутат Нехорошев Юрий Игнатьевич, а потому освободится кресло депутата областной думы. На это место претендовал Федор. Теперь за него буду бороться я.

– Это ещё зачем, Нинка?
– совсем уже ничего не соображая, завопил Комаровский.

– А затем, что мне нужна подпорка в бизнесе. Затем, что я не намерена получать пулю в лоб от всякой шпаны. Затем, что мне нужно набрать вес в обществе.. Бизнесом - будет заниматься Валерий. С вашей декоративной помощью. Или без нее. Как хотите.

– Так что, депутат Нехорошева уже тоже купили?

– Отнюдь. Он честный и порядочный человек. И желает, что б по его смерти кресло депутата перешло в хорошие руки. Мечтал о Федоре, но теперь предлагает - мне! Я успею раскрутиться к выборам до его смерти и с его помощью. А потому мне немедленно нужны деньги. Сейчас, сегодня, а денег в кассе фирмы нет.

– Какие деньги и зачем? Я тут при чем?
– Альфред Викторович судорожно засмеялся.
– Спрашивать с Комаровского деньги - просто бред!

Нина помолчала и за время этой паузы Комаровскому стало незорошо. Он кожей ощутил, что сейчас на него обрушится очередной, быть может, - самый сильный удар.

– Поначалу объясню, зачем нужны деньги. Столовая для ветеранов оказалась с пустой кассой. Это не только память о Федоре, но и один из моих козырей на выборах, что вы, Альфред Викторович, прекрасно понимаете. И ради того, чтобы эти старики кушали до самой смерти сытно и с аппетитом, я продам тут все, что угодно. Но продавать не хочу и не буду. Эти деньги дадите вы. Как свой вклад в наше общее дело.

– Да о чем ты лопочешь, сумасшедшая баба?!
– дребезжащим, искусственным тенорком засмеялся Комаровский.

– Я не лопочу, Альфред Викторович, а вполне грамотным языком предлагаю вам вложить свою долю в наше дело.

– У меня нет никаких денег!

– Отнюдь. В ближайшие часы вы переведете сюда триста тысяч германских марок, которые вложены у вас в банке во Франкфурте на Майне. "Бауер-банк", если не ошибаюсь?

Альфреду Викторовичу показалось, что он летит в пропасть. Откуда стало известно Нине про этот его резерв главного командование, последнюю заначку, про которую он и себе-то не позволял думать, его сейчас не интересовало. Скорее всего - сболтнул ей же под одеялом в лирическую и хмельную минуту. И утверждать теперь, что это пустая похвальба, никаких денег нет - бессмысленно, если к холодным глазам Нины прибавить насмешливую, с легким сочувствием улыбку Валерия.

Молодежь вцепилась ему в горло, старому боевому, но одряхлевшему льву, и хватка была мертвой.

– Как я их переведу?
– прозвучал его собственный голос, который он едва расслышал.

– Технику дела вам объяснит Валерий Кириллович. Деньги нужны срочно. В силу разных причин мы сидим без наличности. А кормить ветеранов нечем. Вечером я должна обещать Нехорошеву, что столовая будет функционировать без перерывов, без каникул , без выходных.. Где ваши банковские документы?

– Не отдам!
– закричал Комаровский.

– Хотите за решотку?

– Как это - за решотку?!

– Никакого Гнома я не определила. А убили Федора - вы! Здесь двое свидетелей. Устраивает версия?!... Где документы?

– В чемодане.
– окончательно сломался Комаровский и словно со стороны подумал о себе, что совершенно очевидно, к нему, Комаровскому А.В., пришла старость, немощь духа и маразм, если он так быстро поддался не Бог весть какому сильному психологическому давлению. С другой стороны, так же вяло рассуждал сторонний Комаровский, от этой подлой пары ждать приходилось чего угодно - могли и выстрелить прямо здесь, в его грудь из пистолета с глушителем, а потом запихнуть в подвал виллы: лежи себе там до скончания веков. Кто тебя искать будет?...