Афоризмы. Русские мыслители. От Ломоносова до Герцена
Шрифт:
Первый наш долг: благодарность к Творцу. Но для исполнения его надобно начать с людей. Провидению угодно было связать чрез общество все наши отношения к Небу. (К. Н. Батюшков, 14)
Бог искупил человека. Искупленному человеку предоставлена свобода повиноваться или Богу, или диаволу, а чтоб свобода эта вынаружилась непринужденно, оставлен диаволу доступ к человеку. (Игнатий, 1, О прелести, 1 часть)
Сновидения, посылаемые Богом, носят в самих себе неотразимое убеждение. Это убеждение понятно для святых Божиих и непостижимо для находящихся еще в борьбе со страстями. (Игнатий, 1, О сновидениях)
Святый Дух действует самовластно, как Бог; приходит в то время, как смирившийся и уничиживший себя человек отнюдь не чает пришествия Его. Внезапно изменяет ум, изменяет сердце. Действием своим объемлет всю волю и все способности человека, не имеющего возможности размышлять о совершающемся в нем действии. Благодать, когда будет в ком, не показывает чего-либо обычного или чувственного, но тайно научает тому, чего прежде не видел и не воображал никогда…
Напротив того, при демонском явлении всегда предоставляется свобода человеку рассудить о явлении, принять или отвергнуть его.
(Игнатий, 1, О отшельнической жизни)От Бога имеем и бытие, и пакибытие, и все естественные свойства, все способности, и духовные, и телесные. Мы – должники Богу! Долг наш неоплатам! Из такого воззрения на себя образуется само собой для нашего духа состояние, противоположное «мнению», состояние, которое Господь назвал нищетою духа, которое заповедал нам иметь, которое ублажил. (Игнатий, 1, О прелести, 11 часть)
Не проси, если можешь не просить ничего у Бога; отдайся с самоотвержением в Его волю. (Игнатий, 1, Зрение греха своего)
Напротив того, кто считает себя готовым к приятию благодати, кто считает себя достойным Бога, ожидает и просит Его таинственного пришествия, говорит, что он готов принять, услышать и увидеть Господа, тот обманывает себя, тот льстит себе; тот достиг высокого утеса гордости, с которого падение в мрачную пропасть пагубы. (Игнатий, 1, Зрение греха своего)
Когда с тобою Господь, – надейся на победу: Господь не может не быть победителем. (Игнатий, 1, О любви к ближнему)
Жертва, благоприятная Богу, – смирение сердца, сокрушение духа. С гневом отвращается Бог от жертвы, приносимой с самонадеянностию, с гордым мнением о себе. (Игнатий, 1, О любви к Богу)
…Сын Божий, прияв человечество, сод ел алея Сыном Человеческим, и братию Свою, сынов человеческих, соделывает сынами Божиими. (Игнатий, 3)
Первое пришествие Его было пришествием Искупителя… второе пришествие будет пришествием Судии для принятия отчета от человечества в поведении человечества относительно дарованного ему Богом божественного искупления. (Игнатий, 4)
…Богу благоугодно, чтоб самовластие наше было испытано, куда оно приклонится. (Игнатий, 5, 1)
Люди, произвольно следующие внушениям своего сердца, действующие самовластно, не престают при том быть и орудиями, слепыми орудиями Божественного Промысла, по бесконечной премудрости и всемогуществу этого Промысла. (Игнатий, 7, 1)
Относительно правила молитвенного – знайте, что оно для вас, а вы не для него, но для Господа. Почему имейте свободу с рассуждением. При немощи убавляйте, при силе прибавляйте – и то и другое с умеренностию и осторожностию… (Игнатий, 7, 5)
Христос, снисшедший на землю для грешников, а не для праведников, доселе пребывает невидимо, но вполне существенно между человеками, совершая великие знамения и исцеления, – будет, по неложному обещанию Своему, пребывать между нами до скончания века. (Игнатий, 7, 60)
А ты хочешь определить законы действия милосердия Божия, говоришь: это согласно с ним, это ему противно! – Оно согласно или несогласно с твоим здравым разумом, с твоими понятиями и ощущениями! – Следует ли из того, что Бог обязан понимать и чувствовать, как ты понимаешь и чувствуешь? (Игнатий, 8, 177)
Религии всегда учреждались и держались на горячем сердце и крепком кулаке. (А. И. Герцен, 5, 4)
Призвание мышления в том и состоит, чтоб развивать вечное из временного! (А. И. Герцен, 8, 2)
ЧЕЛОВЕК И ПРИРОДА
…Открылась бездна звезд полна;
Звездам числа нет, бездне дна.
(М. В. Ломоносов, 4)
Уста премудрых нам гласят:
Там разных множество светов,
Несчетны солнца там горят,
Народы там и круг веков:
Для общей славы Божества
Там равна сила естества.
(М. В. Ломоносов, 4)
Кто родился к тому, чтоб вечностью забавляться, тому приятнее жить в полях, рощах и садах, нежели в городах. (Г. С. Сковорода, 2, 7)
Кто на погоды или урожай сердится, тот против самого Бога, Всестроящего, сердится.
(Г. С. Сковорода, 2, 11)
…Человек зрит себя быть естество слабое, лишенное одеяния, не могущее само собою ни пропитания себе сыскать, ни защититься от нападающих на него диких зверей, ни бегством спастися от опасности.
Колико в нем величества и подлости!
(М. М. Щербатов, 3)…Мы не можем еще приметить никакого ущербу в естестве человеческом, и потому не можем и измерять различные рода человеческого преуспевания, возвышения и низвержения… (С. Е. Десницкий, 3)
Между тем человек со всеми дарованиями, находящимися в нем, тогда только является в полном сиянии, когда взираем мы на него яко на часть бесконечной цепи действительно существующих веществ… Ни единый человек не может ни мыслить, ни делать благородно, когда он, возвышаясь благородною гордостию, не будет почитать себя важною частию творения. (Н. И. Новиков, 5)
Царь один веселий час
Миллионом покупает,
А природа их для нас
Вечно даром расточает.
(И. И. Дмитриев, 15)
Впрочем, всему есть время; хотя Природа и не стареет, так, как многие, даже натуралисты, думают, но несмотря на то все еще можно принять сие частное (местное) оскудение в силах ее; ибо чего она лишает нас в одном месте, то вознаграждает она в другом; здесь слабеют или и совсем теряются силы ее, – там они снова развертываются; если мы верим Провидению, то не будем беспокоиться, но лучше уверимся, что, конечно, не только некоторые местные действия Натуры не прежде ослабели, но и целые роды существ не прежде потерялись в природе, как исполнив уже намерение, с которым они сотворены были. (А. И. Тургенев, 1)