Чтение онлайн

Истинное смирение несвойственно плотскому мудрованию и невозможно для него; смирение есть принадлежность духовного разума. (Игнатий, 1, О отшельнической жизни)

Мнящий о себе, что он бесстрастен, никогда не очистится от страстей; мнящий о себе, что он исполнен благодати, никогда не получит благодати; мнящий о себе, что он свят, никогда не достигнет святости. (Игнатий, 1, О прелести, 11 часть)

Гордость – верный знак пустого человека, раба страстей, знак души, в которой учение Христово не нашло никакого доступа. (Игнатий, 1, О истинном и ложном смиренномудрии)

Желание видеть духов, любопытство узнать что-нибудь о них и от них есть признак величайшего безрассудства и совершенного незнания нравственных и деятельных преданий Православной Церкви. Познание духов приобретается совершенно иначе, нежели как то предполагает неопытный и неосторожный испытатель.

Открытое общение с духами для неопытных есть величайшее бедствие или служит источником величайших бедствий.

Самые благодатные дарования были поводом для людей к гордости и плодам ея – падениям! Главные признаки гордости суть охлаждение к ближним и оставление исповеди. (Игнатий, 7, 57)

Сколько видим книг, убранных звучными словами, блестящими мыслями, в стройном систематическом порядке, – а оне заключают в себе яд, убивающий души! (Игнатий, 7, 85)

Ныне книга – лишь о религиозном предмете – уже носит имя «духовной». Ныне – кто в рясе, тот – неоспоримо «духовный», кто ведет себя воздержно и благоговейно, тот «духовный» в высшей степени! Не так научает нас Св. Писание… только те книги в точном смысле могут быть названы «духовными», которые написаны под влиянием Святого Духа. (Игнатий, 7, 89)

Вы знаете человеческую слабость – о чем бы человек ни вспоминал, он начнет всегда с того, что вспомнит самого себя… (А. И. Герцен, 2)

Без внимания все неясно – ни логики не поймешь, ни в вист не выучишься играть. (А. И. Герцен, 8, 3)

…Человек, считающий себя чуждым современности, непрактический, по большей части не высшая натура, а пустой человек, мечтатель, романтик, жертва искусственной цивилизации. (А. И. Герцен, 8, 7)

Жизнь впоследствии отучает от гордой веры, наказывает за нее; оттого-то юность и отважна и полна героизма, а в летах человек осторожен и редко увлекается. (А. И. Герцен, 9, 2, 13)

Разочарование – слово битое, пошлое, дымка, под которой скрывается лень сердца, эгоизм, придающий себе вид любви, звучная пустота самолюбия, имеющего притязание на все, силы – ни на что. (А. И. Герцен, 9, 5, 38, Западные арабески, 1)

Вы думаете, что, помимо вами открытых путей, нет миру спасения; вы хотите, чтоб за вашу преданность мир плясал по вашей дудке, и, как только замечаете, что у него свой шаг и свой такт, вы сердитесь, вы в отчаянии, вы даже не имеете любопытства посмотреть на его собственную пляску. (А. И. Герцен, 12, Vixerunt!)

Всякая вещь в мире есть цель всех других и средство ко всем другим… И потому всякий человек может некоторым образом сказать сам в себе: весь мир мне принадлежит.

(Н. И. Новиков, 5)

…Тот счастлив, кто живет на свете осторожно! (В. Л. Пушкин, 10)

Всего полезнее, чтоб счастливо прожить,

Скрывать свой уголок и неприметным быть.

(В. Л. Пушкин, 14)

Коль в доме станут воровать,

А нет прилики вору,

То берегись клепать

Или наказывать всех сплошь и без разбору:

Ты вора этим не уймешь

И не исправишь,

А только добрых слуг с двора бежать заставишь,

И от меньшой беды в большую попадешь.

(И. А. Крылов, 23)

…Бывает то ж с фортуною у нас;

Иной лишь труд и время губит,

Стараяся настичь ее из силы всей;

Другой, как кажется, бежит совсем от ней:

Так нет, за тем она сама гоняться любит.

(И. А. Крылов, 29)

Положить себе за правило: в обществе не искать никакого успеха, думать только о том, чтобы приобретать хорошее от других, а не о том, как бы казаться им хорошим; лучше казаться ничтожным и приобретать, нежели казаться чем-нибудь и быть ничтожным. Истинная заботливость об этой ложной наружности устремляет внимание только на самого себя и лишает возможности видеть, слышать и пользоваться другими. (В. А. Жуковский, 8, 20 января 1821 г.)

Вот недостаток большей части путешественников: они всегда любят в своих сочинениях более заниматься собою, нежели своим предметом; как будто читателю нужно знать, где автор нашел хороший обеденный стол, покойный ночлег, где на него взглянула умильно пастушка… для меня непонятно, как они могут быть так откровенны перед публикою и заниматься или собою, или другими безделицами там, где, кажется, и сама Натура и происшествия, коих она была свидетельницею, требуют полного внимания путешественника. (А. И. Тургенев, 1)

Худые хозяева всегда красят кровли, не заботясь о починке подгнивших стен. (Ф. Н. Глинка, 6, 3, Мысли)

Человек с дарованиями, как полновесный червонец или обделанный алмаз, куда б ни был заброшен, в сор или в грязь, везде должен быть поднят и употреблен. «Так должно быть!» – говорит здравый рассудок. «Но так ли это есть!» – ворчит сквозь зубы опыт. (Ф. Н. Глинка, 6, 3, Мысли)

Какими глазами посмотрел бы на вас путник, поспешающий сквозь все препятствия к цели , где ожидает его лестная награда, когда бы вы пожелали ему, вместо скорого пути , замедления и покоя? (Ф. Н. Глинка, 7)

Счастие… точно нигде, когда его нет в нашем сердце, и повсюду с нами, когда оно там. (Ф. Н. Глинка, 8, 10)

Те моралисты, которые говорят сердцу, одному сердцу; те политики, которые нападают софизмами на все предрассудки без изъятия и поражают зло стрелами или палицею… невзирая ни на лица, ни на условия и законы общества, суть самые опаснейшие. Блеск остроумия исчезает; одно убедительное красноречие страстей, им возбуждающее их, оставляет в сердце сии глубокие следы, часто неизгладимые. (К. Н. Батюшков, 11)

Идти своим путем свободно,

Так жить, как просится душа, —

Все это очень благородно,

Но в этом мало барыша.

(П. А. Вяземский, 8)

Ошибки замечай: ошибки людям сродны;

Но в поучении пусть голос благородный

И благородство чувств показывает нам.

Ты хочешь исправлять, но будь исправен сам.

Уважен будешь ты, когда других уважишь.

Когда ж и правду ты языком злости скажешь,

То правды светлый луч, как в зеркале кривом,