Чтение онлайн

– Лана, твой брат – большой специалист по капусте? – спросил Серега. – Вас послушаешь, так кажется, что он из одной капусты блюда готовит.

– Нет, он из всего готовит, – вздохнула я.

– Я бы сейчас любой дяди-Костиной стряпни отведал, – вздохнул Сашка. – Блинчиков, например. Или жареных пирожков с грибами.

– У него все получается, – вздохнула и Верка. – В смысле ведения домашнего хозяйства. Лан, я, пожалуй, все-таки выйду за него замуж.

– Выходи, – сказала я, и мы облобызались – под ошарашенным взглядом телеведущего. Сашок щелкнул фотоаппаратом.

Следующие полчаса мы втроем пели дифирамбы моему брату, отмечая его преимущества перед всеми остальными мужчинами, живущими на планете Земля. Через полчаса телеведущий заметил, что он хотел бы сделать передачу о моем брате. Ему никогда не доводилось встречать настолько одаренных мужчин.

– И бабы ему по тысяче баксов за раз платят, – сообщил телеведущему Серега.

– За что?! – встрепенулся мужик.

– Ну, за это самое: за что мы обычно бабам платим.

Телеведущий вылупился на нас с Веркой большими круглыми глазами. Я с невинным видом пояснила, что Костя таким образом зарабатывает на приданое, чтобы жениться на Вере: она затребовала миллион долларов. Верка добавила, что теперь она согласна выйти за Костю и просто так, а миллион он может и потом заработать. А она ему в этом подсобит. Телеведущему стало плохо.

Но еще хуже ему стало, когда река закончилась.

Мы вышли к подземному озеру, в которое она впадала. И тут уже не смог сдержаться никто из нас пятерых. Телеведущий мигом оказался в водах озера, а потом нам еще и пришлось его спасать, поскольку у него свело ногу и он начал тонуть. Ему протянули длинную палку, найденную на берегу, вытащили его на поверхность, уже нахлебавшегося воды, и мне пришлось делать ему искусственное дыхание, как единственной в компании, умеющей выполнять эту процедуру.

Выпустив эмоции, мы все сели на берегу огромной подземной пещеры, б'oльшую часть которой занимало озеро. Потолок находился на высоте примерно десяти метров, в нем не было ни одного просвета. Выхода было два – тот, по которому мы пришли, и еще один. Подземный коридор продолжался дальше, только теперь нам не следовало рассчитывать на воду. Идти просто по коридору, не имея возможности даже напиться… И сколько еще так топать? Ругать телеведущего? Какой смысл? Возвращаться обратно? Может, лучше пройти немного вперед и посмотреть, что там расположено дальше по коридору?

– Или поспим немного? – предложила Верка.

– На голом камне? – спросила я. – Нам даже подстелить нечего. Все-таки давайте лучше двигаться. – Я кивнула в сторону продолжения нашего пути.

Остальные меня поддержали, мы в последний раз вдосталь напились и тронулись вперед. Примерно метров через двести мы оказались еще в одной огромной пещере, правда, с довольно низким потолком, со сталактитами и сталагмитами. Возможно, потолок казался нам низким из-за них.

Но продолжения коридора больше не было. Мы уперлись в глухую стену. Пещеры закончились. Мы пришли к концу нашего пути.

Телеведущий опустился на каменный пол и зарыдал. Серега с Витьком тоже сели в полном изнеможении, правда, они не ревели, но выглядели хмуро и бросали зловещие взгляды на телеведущего. Парням явно требовалось на ком-то выпустить пар. Телеведущий был самой подходящей кандидатурой. Верка не стала больше ждать и подлетела к мужику. Мне не хотелось участвовать в линчевании, я взяла Сашку за руку и сказала: нам все-таки стоит осмотреть стены этой пещеры. А вдруг найдем что-то интересное? Ребенок несколько секунд думал, что для него интереснее, потом явно решил: суд Линча в исполнении тети Веры он и в Питере может посмотреть (тетя Вера всегда найдет жертву), а вот с африканскими пещерами у нас туговато, как и вообще с пещерами, поэтому он пошел вместе со мной, то и дело пригибая голову, чтобы не удариться о сталактит.

Начали мы со стены, расположенной прямо напротив входа в пещеру. Она была ровной и гладкой, стена слева от входа оказалась такой же, а вот на правой нас ждал сюрприз: кирпичная кладка!

Наверное, эти бруски все-таки нельзя было назвать кирпичами – они оказались слишком большими, но тем не менее мы явно нашли следы работы рук человеческих. И промазаны они были цементом – или каким-то подобным раствором.

– Эй, вы там! – заорала я. – Народ! Все сюда! Быстро!

Верка примчалась первой, за ней притопали Витек с Серегой, последним, потирая бока, притащился телеведущий. Я осветила фонариком свою находку.

– Я всегда знала, Ланочка, что с тобой не пропадешь! – заявила Верка. Да что это с ней сегодня? – Жаль, взорвать нам ее нечем.

– Ты уже забыла, чем один взрыв закончился?

Верка молчала несколько секунд, потом спросила:

– Так что делать-то будем? Не руками же ее разбирать?

– А автоматы на что? Несколько выстрелов в шов – и сможем вынуть первый камень. А дальше легче пойдет.

Я повернулась к парням и спросила, есть ли у кого-нибудь из них нож. Один нашелся у Сереги, второй прятал в глубоком кармане шорт мой запасливый сынок. Это у него наследственное – дядя Костя у нас всегда запасается продуктами на год вперед, поэтому нам в Питере не страшна угроза атомной войны или новая блокада. А от меня Сашка научился всегда быть готовым и к возможной схватке. Молодец, ребенок. Перенимает ото всех самое лучшее.

– Мама, можно я первым стрельну? – спросил ребенок, любовно поглаживая автомат.

– Конечно, сынок, стреляй.

– Чему вы учите ребенка?! – вдруг взвизгнул телеведущий, до поры до времени стоявший тихо.

– Я учу ребенка бороться за выживание! Всегда и везде, – процедила я сквозь зубы. – Если вас это, конечно, касается. А вообще, я попросила бы не вмешиваться в процесс воспитания моего сына.

– Он умеет гораздо больше, чем ты, козел! – прошипела Верка. – И в жизни повидал побольше. А на твоем месте я бы не вякала, а то смотри, оставим тут.

– Надо бы оставить, – серьезно сказал Серега. – Для профилактики.

– Сейчас привяжем сетью к сталагмиту какому-нибудь, – добавил Витек. – Или, еще лучше, подвесим к сталактиту.

Телеведущий попятился назад и как раз врезался больной головой в один из сталактитов, после чего пыльным мешком рухнул на каменный пол, где и затих, хотя бы временно.

– Стреляй, Саша, – велела я сыну. – Чем быстрее начнем, тем быстрее выберемся отсюда. Только патроны зря не трать.

Сашка стрелял не очередью, а одиночными. Вскоре первый камень, расположенный на уровне талии, можно уже было вытолкать вперед – по крайней мере, мы надеялись, что перед нами стена, отделяющая пещеру от… чего-то еще.

Но мы ошиблись. За первым рядом кладки шел еще один. К счастью, последний. Пришлось затратить гораздо больше усилий и патронов, чем мы думали изначально, прежде чем мы пробили в обеих стенах дыры, достаточно широкие, чтобы в них мог протиснуться человек.

Когда очнулся телеведущий, его тут же подключили к работе. Зачем нам самим ломать ногти, если есть козел отпущения? Телеведущий матерился, но работал, подгоняемый Серегиными и Витькиными пинками. Верка тоже пару раз ему поддала. В процессе мы вспоминали его передачи и думали – что бы с ним сделали его герои, окажись они сейчас на нашем месте? Телеведущий больше с комментариями не выступал. К физическому труду, как мы заметили, он был не приучен. Привык сидеть перед телекамерой на своей московской заднице, рассуждая с умным видом о мнимых пороках общества, считая его реальные пороки добродетелями.