Афродита и её жертвы
Шрифт:
– Шурик сегодня только к тебе ушёл, – продолжила Наталья Григорьевна, видно собравшись с мыслями, – так его сразу же искать начали. С работы. Случилось какое-то жуткое преступление в известной косметической клинике, забыла только, как она называется. Врача, медсестру и пациентку обнаружили бездыханными. Думали, что убиты. Дело серьёзное – три трупа, да и больница очень известная, – я никак не припомню, как называется. Этой косметической хирургией не больно интересуюсь. Да и не до того мне было…
– Может, «Секрет Афродиты»?
– Какой ещё секрет?
– Да клиника, говорю, наверное, так называется.
– Может и называется, дело-то не в том… Шурик, говорю, прибежал, перекусил на ходу, переоделся мигом и опять убежал. Успел рассказать наскоро, что там стряслось. Потом оказалось, что просто их чем-то … отравили что ли. Вроде этого… Уколы какой-то дрянью сделали, ещё спасибо, что не насмерть.
Странно, что капитан матери все рассказывает. Я полагала, что им не положено, да и зачем волновать женщину попусту.
– Обычно-то он мне не говорит, что у него там, на службе происходит, – заметила Потапова, словно прочитав мои мысли. – Но тут особый случай вышел. В приёмной косметолога, под столиком регистраторши обнаружили документы Фёдоровой Флоренции Сергеевны, проживающей в городе Саратове на улице Комсомольской. А она-то приходится Шурику двоюродной сестрой, племянницей покойному Николаю Ивановичу, стало быть. Вот оно, какая беда приключилась! Как раз на этой Комсомольской улице наша Флора и проживает.
– Да-а, Флоренция – имя действительно редкое, – только и смогла вымолвить я, слегка обалдев от вылитой на меня странной информации.
– И адрес ведь совпадает полностью, тут уж ошибки быть никак не может. А Флоренцией назвала её мать, сестра покойного Николая. Совсем свихнулась от счастья, бедняжка, когда дочка-то родилась. Она ведь долго родить не могла, все не вынашивала детишек. Двое у ней родились недоношенными до Флоры, так один сразу мёртвым был, а девочка первая два дня прожила. А тут счастье привалило такое, Верочка головой и повредилась от радости. Господи, прости мою душу грешную, она ведь не дожила до нынешнего несчастья, умерла уж три года как.
– Так эта женщина-пациентка из клиники действительно ваша племянница? Что ж с ней случилось такого, что и узнать её Шурик не смог? – спросить о состоянии лица предполагаемой Потаповской родственницы, я не решилась, уж больно страшно было выговорить такое вслух.
– Но эта женщина, которую считают пациенткой, исчезла, пока охранник «скорую» вызывал. Вроде как ушла своими ногами, хотя на взгляд у неё голова была повреждена. Кровь так на полу и осталась, где она об угол шкафа ударилась, когда падала.
– Как это «считают пациенткой», а что хирург с ассистенткой говорят.
– Ничего и не говорят. Немного, вроде, оклемались, но ничегошеньки не помнят. Так их сильно чем-то одурманили, что пока в память не приходят. А документы врачебные все похитили: и журналы, и карточки в регистратуре, и даже компьютер так ловко сломали, что совсем ничего узнать из него нельзя. Только Флорины документы во всей клинике и нашли… Но Бог даст, может, с нашей девочкой ничего и не случится. Вот только где она, и почему её документы в этой лечебнице оказались? Ведь не только паспорт под столом нашли, справки какие-то с результатами анализов там же валялись. И ещё что-то, Шурик говорил, да я забыла. И куда могла исчезнуть Флора? Она ведь должна быть на работе, у себя, в Саратове. В отпуск не собиралась приезжать, в командировку – тоже. Она всегда к нам сразу же приходила, даже если останавливалась у подруги.
– Так нужно просто позвонить ей домой. Может сразу всё выяснится, – высказала я посетившую меня гениальную мысль. – Телефон ведь у неё есть, в Саратове?
– Звонила уже по домашнему, сразу как узнала обо всём, – разочаровала меня Наталья Григорьевна. – Мобильный не отвечает… А Толик, – это муж Флоры, – говорит, что она уехала куда-то по своим делам. И все документы при этом у неё были в порядке. А если кто-то подделал паспорт Флоры, то пусть, мол, ищут того, кто этими фальшивками занимается. Ещё он сказал, что мы лезем не в своё дело, ухудшая и без того плохие отношения между ними. Они не ладят в последнее время. Совсем одна она, бедняжка, осталась. Матери нет, отец снова женился… А теперь вот ещё с мужем в ссоре. Что-то у них там происходит в Саратове неладное, я чувствую. И Толик это намеренно скрывает.
И моя собеседница тяжко вздохнула, покрутила в руках так и не надкушенную сушку, вынула из кармана скомканный носовой платок и принялась вытирать вновь хлынувшие слёзы. В комнате воцарилось молчание. Часы показывали десять минут второго.
– Чем же мне вам помочь! Я ведь семейные тайны разгадывать не умею. Да и кто мне их расскажет!
– Но больше-то мне обратиться не к кому, Маришенька! – взмолилась Шуркина мама. – И отпуск у тебя начался очень кстати. Меня-то ведь не отпустят, у нас как раз объект очень серьёзный в работе.
Потапова трудилась архитектором в какой-то крупной фирме. Подозреваю, что её заработки всегда были самыми весомыми в их семье.
– А охранник? Есть же свидетель – мужик, который «скорую» вызывал. Он ведь девушку в беспамятстве видел, мог лицо разглядеть, и словесный портрет с его помощью сделать можно, – предположила я, чтоб хоть как-то обозначить свою готовность помочь встревоженной женщине. Огорчать её не хотелось, но толку от моего вмешательства в странные события прошедшего дня я нисколько не ожидала.
– Охранник оказался таким трусом, что сразу же сбежал с места преступления, как только увидел бесчувственные тела на полу приёмной. Говорит, разглядывать не стал, чтоб драгоценное время не терять. Побежал, мол, скорее за помощью.
– Выходит, преступник мог затаиться там и уйти уже следом за охранником, прихватив с собой тело неизвестной женщины.
– Так-то оно так, но мужик настаивает, что лежавшая на полу девушка была небольшой и хрупкой. А Флора наша – дама высокая и крупная.
Потапова помолчала, задумчиво перекладывая сушки из вазочки на столик, затем сказала безо всякой видимой связи с предыдущим разговором:
– А Шурик как раз получил представление в бюро Интерпола, это, наверное, его последнее дело в Управлении… Да он, небось, тебе успел рассказать про Интерпол.
– Не успел, его так внезапно вызвали…
– Шурик, конечно, пошлёт официальный запрос на работу Фло. Но кажется мне, что ответ ничего не прояснит. Если никто не знает, куда она уехала, то где искать её непонятно. А ты сможешь подружек Флоры расспросить, может там что-то личное, секреты какие-то. Тебе они скорее скажут, если мои предчувствия верны. Да ещё прикинься, что ты частный детектив…