Чтение онлайн

Я пятился почти до конца ринга, стараясь выиграть время и хоть немного свыкнуться с болью. Я мог бы использовать зеленый поток, но правилами это было запрещено. Пришлось терпеть и стараться не свалиться раньше времени. Внезапно я почувствовал действие стороннего потока.

«Ага, – понял я. – Вот и подмога…»

Похоже, что кто-то из инструкторов решил вмешаться в ход боя. Боль немного ослабла, и я снова пошел по направлению к центру, где меня ждал Вэй, уже уверенный в своей безоговорочной победе.

Я ещё немного поизображал из себя умирающего лебедя, в надежде, что инструкторы добавят обезболивания, но, видно, они были не на моей стороне. Просто им захотелось продлить зрелище. Вэю можно было устроить показательное избиение, но он избрал тактику блицкрига. Рывком сократив дистанцию он бьёт меня одной ногой, потом другой и, видя, что я снова поплыл, в прыжке делает контрольный в голову.

«Вот и всё, – подумал я. – Прощай, свобода».

В глазах потемнело, но я не теряю сознание, просто опускаюсь на ринг, совершенно не чувствуя тела. Я смотрю по сторонам. Всё словно в кровавом тумане. Мысли путаются. В голове неприятный гул.

Да, Вэй очень хорош, я даже не смог его ни разу атаковать. Все на что меня хватило это защита, а он свалил меня, практически с двух ударов.

Как сквозь ватное одеяло слышу голос инструктора, но не сразу понимаю смысл сказанного.

– Достаточно! Вэй победил!

И через мгновенье, словно по щелчку пальцев, ко мне возвращается слух и вместе с тем приходит боль. Но кажется кому-то рядом намного хуже, чем мне.

– ААААА, – над плацем слышится полный боли вопль.

Я пытаюсь приподняться и повернуть голову в сторону соперника. Но он почему-то не торжествует, а лежит на плацу и воет. Я сфокусировал взгляд и увидел, что его правая нога неестественно вывернута, и к нему спешат охранники с носилками.

Два инструктора подошли к Вею, о чем-то переговорили и вскоре вой прекратился. Стараясь не трогать травмированную ногу, охранники погрузили Вея на носилки и унесли в лечебный корпус.

Прозвучал гонг, обозначивший время ужина. Все зрители отправились в столовую, и я неловко поднимаюсь с плаца и шатающейся походкой пытаюсь добраться хотя бы до скамейки. С горечью отметил, что никто даже не попытался мне помочь. Видно, проигравших оставляют за бортом. И что теперь со мной будет? Судя по всему, лечить меня не собираются.

– Михаил, подожди, – властный голос по всей видимости принадлежит инструктору. – Подойди.

Я пожал плечами и обернулся. Инструктор поманил меня рукой и, терпеливо дождавшись пока я подойду, скомандовал:

– Следуй за мной.

Мы пошли по направлению к одному из зданий персонала, поднялись на второй этаж и по узкому коридору, в котором с трудом могут разминуться двое людей среднего телосложения, дошли до третьей двери.

Тренер без стука открыл её, втолкнул меня внутрь и вошел следом.

По сравнению с убогим состоянием коридора, эта комната поражала своей нарочитой роскошностью. Добротная резная мебель из светлого дерева, диван и два кресла из красной кожи, у окна, напротив двери большой стол с инкрустацией из такой же красной кожи с позолотой и рабочее кресло, в котором восседал хозяин всего этого великолепия.

У противоположной стены за драпировками я увидел ещё одну дверь. Понятно, меня доставили с черного хода. А то я, увидев этого упитанного человека представить не мог, как он протискивался в тесном коридорчике.

– Как прошел бой? – поинтересовался хозяин, обратившись к инструктору. – Я вижу ты привел с собой Михаила. Он победил?

– Нет он проиграл, – пояснил тот. – Но Вэй не сможет участвовать в турнире, поэтому мы вынуждены заменить его Михаилом.

Хозяин нахмурил брови и тщательно скрывая своё беспокойство уточнил:

– Что случилось с Вэем? Надеюсь он жив. Его дядя очень большая шишка в столице и мне не простят, если с ним что-нибудь случится.

Произнеся это, он показал рукой на диван, предлагая нам устроиться там. Похоже, разговор будет долгим. Я постарался как можно комфортнее устроиться на диване, но так, чтобы это не выглядело вальяжным. Боль беспокоила меня, но, похоже, всем было на это наплевать. Никто не поинтересовался моим самочувствием. Так что, вспомнив классику, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих, осторожно активировал зеленый поток и, пока на меня не обращали внимания, занялся самолечением.

Я не прислушивался к их разговору, полностью сосредоточившись на своих внутренних проблемах, но слова инструктора заставили меня отложить окончательное выздоровление и вернуться к беседе.

– Придется его заменить Михаилом, так как этого возраста у нас нет бойцов сильнее Вэя и Михаила.

Хозяин кивнул.

– Но по Михаилу у меня есть предложение, – продолжил инструктор.

– Да, я слушаю, – глаза хозяина сузились.

– В ближайшем городе через три дня состоится один из турниров, имеющих статус официального. Я предлагаю заявить Михаила в качестве одного из участников. Ему будет полезно перед главным турниром набраться опыта.

– А если там ему нанесут серьезную травму? – уточнил хозяин.

– Мы переговорим с организаторами чтобы они следили за поединками.

После этих слов возникла пауза. Нарушить которую никто не решался. Мне как-то не верилось в это самое «следить за поединком». Что это в реальности, я уже убедился на себе совсем недавно. О чем думали хозяин и инструктор я даже не задумывался. Просто понимал, что сейчас решится моя судьба.

– Я услышал тебя наставник, – нарушил паузу хозяин. – А теперь выйди, я хочу переговорить с Михаилом наедине.

Инструктор спешно покинул кабинет, а хозяин показал на стоящее рядом с ним кресло и сказал:

– Присядь поближе, я не хочу повышать голос.

Я пересел поближе и наши взгляды встретились. Сначала мне показалось, что хозяин пытается прочитать мысли, но, включив сканирование, понял, что он не обладает потоком и расслабился.

– Михаил, хоть ты и раб, я ценю тебя, – сказал он после длительной паузы. – К тому же ты не только достался мне очень дорого, но и успел ввести в убытки. Да-да! Ты в первый же день смог убить хоть и не молодого, но опытного бойца. И проблема в том, что это был уже освобожденный раб, возжелавший напоследок почувствовать себя триумфатором. Не буду говорить, сколько мне стоило замять это дело. Я вообще-то пытался объяснить, что ты невольно свершил большое дело, не дав профессиональному убийце вырваться на свободу. Ещё неизвестно, что он натворил бы на воле. Но меня слушать не стали. За убийство вольного человека пришлось основательно раскошелиться.

Я внимательно слушал откровенный монолог этого человека и во многом соглашался с ним. Но какое-то сомнение закралось в душу: откровенен ли он со мной, или просто хороший психолог и хочет усыпить мою бдительность? Ага, вот оно, то самое!

– Этот турнир очень важен для меня, – откровенно сказал хозяин. – Он проходит раз в пять лет и в нем участвуют бойцы не старше пятнадцати лет. Так получилось, что выставить кроме тебя некого. Так что тебе будет полезно участвовать до главного турнира еще где-нибудь.