Чтение онлайн

– Клянусь!
– торжественно вымолвила Роза, протягивая левую руку, тогда как правой отправляла в рот орех.

Потом, обратив внимание на оттопырившиеся карманы пальто своего собеседника, молодая девушка воскликнула:

– Господи, какие у вас карманы!.. Чего вы туда наложили!

– Там есть нечто, касающееся вас!
– торжественно произнес Дюмулен.

– Меня?

– Пышная Роза, - важным тоном заговорил Нини-Мельница.
– Желали бы вы иметь свой экипаж? Желали бы вы занимать хорошенькую квартирку вместо этой отвратительной дыры? Хотели бы вы быть одетой, как герцогиня?

– Опять глупости... Перестаньте дурачиться и ешьте оливки... а то я последние доем...

Нини-Мельница, не отвечая на приглашение молодой девушки, достал из кармана футляр и, вынув из него очень красивый браслет, начал вертеть им перед глазами молодой гризетки.

– Ах, какой прелестный браслет!
– всплеснула она от восторга руками. Зеленая змейка, кусающая себя за хвост! Эмблема моей любви к Филемону!

– Оставьте в покое вашего Филемона... Это мне мешает!
– сказал Нини-Мельница, застегивая на руке Розы браслет, чему она вовсе не противилась, заливаясь громким смехом.

– Понимаю... пузатый апостол, - говорила она.
– Вам поручено купить браслет, и вы хотите оценить эффект? Прелестная вещица, можете быть спокойны!

– Пышная Роза!
– продолжал Нини-Мельница.
– Хотите вы или нет иметь лакеев, ложу в опере и тысячу франков в месяц на туалеты?

– Заладили одно и то же!
– отвечала девушка, любуясь блеском браслета и в то же время щелкая орехи.
– И как вам не надоест?.. Хоть бы новенькое что-нибудь придумали!..

Нини-Мельница опять полез в карман, вытащил оттуда длинную хорошенькую цепочку и молча надел ее на шею Пышной Розе.

– Ах, какая прелесть!
– воскликнула девушка.
– Ну; знаете, если все это вы выбирали сами, Нини, это доказывает, что вы не лишены вкуса. Но согласитесь, я очень добра, если позволяю вам превращать себя в выставку ваших драгоценностей!

– Пышная Роза!
– все торжественнее и торжественнее продолжал Дюмулен. Все эти безделушки ничто в сравнении с тем, что вас ожидает, если вы будете слушаться советов вашего старого друга.

Роза с удивлением посмотрела на Нини-Мельницу.

– Послушайте, - сказала она.
– Что это значит в самом деле? О каких советах вы толкуете?

Дюмулен, не отвечая ни слова, снова запустил руку в свой неистощимый карман и вытащил на этот раз тщательно запакованный сверток; осторожно развернув его, он накинул прямо на плечи молодой девушки роскошную черную кружевную мантилью.

– Какое великолепие!
– восклицала с удивлением, но вполне бескорыстно малышка Пышная Роза.
– Какой рисунок! Какая вышивка!.. Ничего подобного я сроду не видала! Да что у вас, лавка, что ли, в кармане? Откуда у вас столько чудных вещей?

Затем, залившись смехом, так что ее хорошенькое лицо даже покраснело, гризетка прибавила:

– Понимаю!.. Догадалась! это свадебная корзинка для госпожи де-ла-Сент-Коломб! Поздравляю... все выбрано со вкусом!

– А где я добыл бы денег на эти чудеса?
– сказал Дюмулен.
– Ясно вам говорят, что все это ваше, если вы захотите меня слушаться!

– Как?
– с изумлением спросила Роза.
– Все это не шутка... Вы говорите серьезно?

– Совершенно серьезно.

– И предложение жить, как знатная барыня...

– Эти вещи - только задаток более серьезных предложений.

– И вы, Ними... вы, бедняга, делаете мне такие предложения от имени другого?

– Позвольте минутку!
– воскликнул с забавной скромностью духовный писатель.
– Вы должны слишком хорошо знать, чти я не способен предложить вам что-нибудь сомнительное и нечестное. Я слишком уважаю свою дорогую питомицу и себя... Не говорю, что я доставил бы огорчение и Филемону, который поручил мне быть на страже вашей добродетели!

– Тогда, Нини-Мельница, - с еще большим изумлением проговорила Роза, я уж ровно ничего понять не могу, честное слово.

– А дело очень просто... Я...

– Ага, понимаю...
– прервала его молодая девушка.
– Какой-нибудь господин предлагает мне через вас свою руку, сердце и еще кое-что в придачу!.. Что же было не сказать мне это сразу?

– Сватовство? Как бы не так!
– отвечал Дюмулен, пожимая плечами.

– Значит, речь идет не о свадьбе?
– с удвоенным удивлением продолжала Роза.

– Нет.

– А ваши предложения вполне честны, толстый апостол?

– Как нельзя более честны.

Дюмулен говорил правду.

– И мне не надо будет изменять Филемону?

– Не надо.

– И не надо хранить кому-либо верность?

– Абсолютно.

Роза явно растерялась. Затем продолжила:

– Надеюсь, что вы не принимаете меня совсем за дуру?.. Довольно шутить!.. Могу ли я поверить, что мне предлагают жить как герцогине... ради моих прекрасных глаз?.. Если мне будет позволено так выразиться, скромничая, заметила плутовка.

– Ну, это-то вам будет позволено!

– Но, однако, должна же я буду за все это чем-нибудь платить? допрашивала все более и более заинтригованная девушка.

– Решительно ничем.

– Ничем?

– Ни-ни.

– Ни вот столько?

– Ни вот столько.

И Нини прикусил кончик ногтя.

– Что же я должна буду делать?

– Наряжаться, веселиться, нежиться, кататься в карете... Как видите, не трудно... да еще доброе дело сделаете!

– Живя герцогиней?

– Ну, да. Однако не спрашивайте меня больше... Я ничего не могу сказать... А лучше решайтесь скорее... тем более что силой вас держать не будут. Попробуйте... Понравится так жить - хорошо, а нет - так вернетесь под кров Филемона!.

– Пожалуй...

– Попробуйте... Риска никакого нет.

– Положим, что так. Только я никак не могу этому поверить... а потом не знаю, должна ли я...

В это время Нини-Мельница подошел к окну, отворил его и сказал подбежавшей Розе:

– Поглядите-ка... у ворот...