Чтение онлайн

Как только старушка показалась на пороге, парень испытал облегчение, видя знакомое лицо. И еще привычное беспокойство, когда она доставала свои серебряные иголки. В его глазах засветилась слабая надежда. Пусть будет немножко больно, пусть опять искры из глаз – лишь бы эти мучения поскорее закончились. Хоть как закончились, хотя бы там, где вообще все заканчивается.

Бабушка придирчиво осмотрела парня и удрученно качала головой.

– До чего довели ребенка! Он уже одной ногой в могиле. Все время тянете до последнего часа! – ворчливо бормотала целительница.

– Все так плохо? – с тревогой спросила Нина Александровна.

– Придется повозиться! Привет дружок, узнаешь меня? Давай, только не пугайся. Все будет хорошо!

– Я вам верю.

Старушка развесила кругом колокольчики и странные сооружения из трубочек. Потом заставила переставить мебель в квартире.

– У вас такой отвратительный фен-шуй! Непонятно, как вы сами тут еще не вымерли!

Не удивительно, что мальчик заболел. Это же надо так безобразно спланировать квартиру! – ворчливо выговаривала старуха.

Хозяйка квартиры только успела вспомнить, как нахваливали молодого смелого архитектора, как сухонькая бабушка начала подробно, и в довольно нелестных выражениях прохаживаться по этому художнику и по его произведению.

Нина обиделась, и зашептала на ухо мужу, чтобы он попросил эту бабку не выражаться непонятными словами. Все-таки Нина воспитывалась в советской школе, в духе научного атеизма, и в ее сознании не было места таким вещам. Муж начал тихонечко объяснять, что оно означает – искусство здорового и правильного устройства своего окружения, с целью привлечения любви, удачи и здоровья. Даже попытался сформулировать его основные постулаты. Женщина была с этим не согласна.

Нина Александровна не понимала, как расположение мебели поможет больному парню.

И уже думала, что муж привел в дом просто сумасшедшую старуху. Для женщины, которая сначала была пионеркой, потом комсомолкой все это было очень дико. В ее голове плохо укладывались понятия, не объясняемые естественными науками.

Максим за свою жизнь сталкивался со многими необъяснимыми вещами. Даже с такими, которые инструкцией ВЦСПС не оговариваются. И поэтому советы старушки воспринимал очень серьезно. И рекомендации выполнял тщательно. Сама целительница очень уважала Максима. Этот белый мужчина поразил ее своей мудростью (которую редко встретишь у белых, тем более у мужчин), огромной жизненной силой. Бабушка была из тех восточных женщин, которые позволяли мужчине думать, что именно он – господин и повелитель, не забывая при этом, кто на самом деле в доме хозяин.

Старенькая целительница и разведчик разговаривали на равных. Оба явно говорили меньше, чем знали. И при этом отлично понимали друг друга.

Если бабушка лечит только тем, что демонстрирует, зачем она тогда наполнила опустевшие пузырьки. Старушка что-то еле слышно прошептала, щелкнула пальцами. И вдруг пустые баночки наполнились лекарством -тем самым, который придумал друг засекреченного доктора.

Вскоре и Нина перестала на них дуться. Тем более, что Нику на самом деле стало легче. По крайней мере, юноша уже не смотрел в угол с тоской и безысходным страданием. Не призывал смерть, как единственную избавительницу. И уже с надежной, пусть самой слабенькой, ожидал завтрашний день.

Потом бабушка занялась непосредственно самим страдающим. Она попросила всех выйти. Из-за закрытой двери иногда слышались приглушенные стоны и негромкие вскрикивания, и тихий голос целительницы, которая что-то говорила про засоренные каналы и циркуляцию энергий. Так проходило несколько часов. Потом сухонькая старушка обессилено покидала комнату, оставляя курящиеся благовония. Ник крепко спал без сновидений. Несколько дней ходила бабушка к юноше. Боль стала уже терпимой. Две ампулки – рано утром и перед сном, хватало для целого спокойного дня. По сравнению с тем, что было – курорт! Максим случайно подслушал разговор старушки и молодого человека.

Бабушка сказала, что основные проявления болезни удалось победить, а вот причина всего этого – сидит где-то глубоко внутри. Она будет терпеливо ждать. Стоит только слегка простыть, чуть-чуть понервничать – и все вернется. И с каждым разом будет все хуже!

– Что делать? – Нику очень не хотелось всю жизнь беречься и оглядываться.

– Надо подумать…

Бабушка на некоторое время сосредоточенно ушла в себя. Вернувшись, он сказала: "Я вижу ее! Вижу обиженную женщину!" Она расспрашивала его про то, кого он мог обидеть. Ник затруднялся ответить – этот список был настолько длинен.

– Да ты у нас, оказывается, малолетний донжуан – усмехалась старушка.

– Только у плохого агента всего два недоброжелателя – повторил парень шутку Александра Викторовича, – жена и теща.

Бабушка укоризненно покачала головой, однако продолжила разговор.

Ник по очереди называл имена своих бывших подружек. И вдруг бабушка остановила его. Парень долго мялся и жался. А старушка стала собираться, обижено выговаривая:

– Или ты говоришь мне всю правду, или я ухожу. И больше не приду.

Максим разрешил говорить.

Чемодан без ручки, или проклятие старой узбечки.

Это было еще тогда, когда Ника только что вернулся от морских разведчиков, и с упоением рассказывал дяде Пете и Алеше с Дашей о друзьях-дельфинах, о строгом капитане, и даже о мимолетном романе с морской девой Клавой. Ник даже не мог вспомнить, откуда взялась эта южная красавица с пышными формами.

Кажется, это она пригласила на танец красивого парня с удивительным голосом на одном из праздничных вечеров для молодых комсомольцев, куда дядя Петя отправлял Ника, чуть ли не в приказном порядке. И обязательно в сопровождении Алеши и Даши, которым тоже хотелось повеселиться. Собственно ради своих друзей он и посещал эти мероприятия. Озорная девчонка подошла к своему избраннику и озорно спросила:

– Вас можно?

– Можно, – ответил ей парень несколько удивленно, – но сначала потанцуем.

Веселая девушка рассмеялась и закружила растерявшегося Ника в танце под удивительно прекрасную мелодию. От ее веселого смеха кружилась голова, запаха и шуршание платья навевали мысли о чем-то запретным, но таким желанным и уже давно забытым.

В отличие от Олеси, у которой все шло от сердца, она была слишком умелой и расчетливой. Олеся была как летний ветерок в лесу, а эта пышнотелая красавица – подобна удушливым благовониям гарема. Она так старалась затащить Ника в постель, и очень обижалась на его отказ. Это отталкивало.

Но девица изображала такую любовь, такую преданность, так натурально сопереживала его горю, что Ник не устоял. Особых чувств к этой девушке не испытывал. Встречался так, как бы по привычке. И с каждой встречей общаться становилось все тягостнее.

Ник тщательно следил за тем, чтобы не стать отцом. Юноша однажды уже проявил слабость, поддался искушению. Бог его жестоко наказал за это. Вероятно затем, чтобы подобное больше не повторилось. Молодой никс со злостью отталкивал руки жаркие девицы, которые пытались заключить его в страстные объятия. Решительно выпроваживал красавицу из квартиры и отправлял ее домой на такси (расплатившись с шофером заранее), если она становилась чересчур назойливой. Однажды плачущая девушка заявилась к нему ночью, рыдая, сообщила, что ее выгнали из дома.