Чтение онлайн

Лида никогда не вызывала у нее особой симпатии, потому что коллега щедро раздавала колкости. Но она была частью их команды, и радости от ее желания уволиться Марина не испытала. Понадеявшись, что Гера и Лида как-то решат между собой личные дела, она спрятала заявление в папку, и вовремя, потому что к стойке подошел Макс.

– Привет, – чуть улыбнулся он. В другой момент сердце Марины обязательно сделало бы кульбит, но ее мысли все еще занимало заявление, поэтому она с серьезным видом кивнула.

– Как ты после вчерашнего?

В груди все же обожгло радостью: даже если Макс и интересуется из вежливости, его внимание было очень приятно.

– Так себе, – призналась она. – Испугалась. И слабость до сих пор.

– Тебе надо чего-нибудь сладкого. Люсинда обычно шоколад трескает. Спрошу у нее, есть ли шоколадка?

– У меня еще твоя осталась. Спасибо.

Макс кивнул, а затем спросил уже другое:

– Я не могу найти блог того парня, который назначил тебе встречу. Как его звали?

– Константин, – Марина написала на квадратном желтом листочке ник.

– Спасибо, – поблагодарил Макс, беря записку, но задержался, будто хотел что-то еще спросить, только его перебил Гера.

– Вы Лиду не видели?

– Нет, – вместе ответили Марина с Максом.

– Звоню ей, а у нее телефон отключен.

– Может, она вышла проветриться? – предположил Макс.

– Может, – рассеянно ответил Гера, покосился на дверь, но затем, будто своим мыслям, качнул головой. – Ладно, за работу. Бро, идешь?

– Угу.

– Марина, что-то ты бледная, как привидение. Понятно, почему Макс у твоей стойки околачивается: его ж призраки интересуют!

Марина вяло улыбнулась несмешной шутке Геры.

– Может, все же отпросишься? – наморщил лоб он и, оглянувшись на приближавшегося к ним Сергея Степановича, громко заявил:

– Шеф, отпусти Маринку отдыхать, а то она, похоже, на грани обморока.

– Мариш, тебе плохо? – тут же всполошился Сергей Степанович. – Гера прав, иди домой. И не возражай! Прямо сейчас. Вызови такси и езжай.

– Ладно, – не стала сопротивляться Марина и под встревоженным взглядом Макса собрала свой рюкзачок.

– Ты что-то тут чувствуешь? – спросил Макс после того, как они с Люсиндой присели на лавочку в сквере.

– Не-а. А ты?

– Тоже ничего. С моей стороны тут, похоже, чисто. Мертвые в округе не околачиваются и с косами за нашими спинами не стоят.

Люсинда хмыкнула и потерла ладони, будто они у нее замерзли.

– Если тут что и было, то уже исчезло. Или шеф убрал ставом, – подтвердила она то, о чем подумал Макс.

В офисе они так и не задержались, потому что Сергей Степанович сообщил, что нашли блогера, который не пришел на встречу с Мариной. Тело обнаружили на парковке неподалеку от сквера рано утром, но, возможно, несчастье с ним случилось еще вечером. Удивило ли известие? Скорее нет, потому что подсознательно они были готовы к такому. Сергей Степанович пообещал добиться, чтобы Максу с Люси дали возможность посетить то место, где нашли парня, но перед этим попросил осмотреть сквер.

– Не понимаю, зачем кому-то понадобилось нападать на Марину. Но в том, что на нее напали, я не сомневаюсь. И это причинило ей вред.

– Да, я тоже обратила внимание на то, что она выглядела заболевшей, – согласилась Люсинда. – Совсем как ты, когда Сергей Степанович огрел тебя ставом.

– Так, может, причина в ставе… – задумчиво пробормотал Макс. Но Люсинда, не дав ему что-либо добавить, поднялась с лавочки.

– Пройдемся маршрутом Марины до кафе и обратно?

– В кафе можно и задержаться, – усмехнулся он и мельком заглянул в свой смартфон. – Время обеда. Не думаю, что шеф будет возражать против того, что мы сделаем паузу и восполним силы. Неизвестно, с чем сегодня нам еще предстоит столкнуться.

– Ладно, – согласилась Люсинда и дернула за край верхней одежды. Сегодня на ней были кожаные брюки, белая водолазка и куртка. Выглядела она стильно, впрочем, как обычно. Макс отчего-то подумал, что со стороны они наверняка привлекают внимание, как «люди в черном». Он тоже не изменил своему стилю: черные джинсы, темная футболка, кожанка и берцы.

– Cоздается ощущение, что шеф и сам не знает, с чего начать расследование. Мы тычемся во все стороны, шуршим в офисе бумажками, но структуры у нас нет, – высказал вслух то, о чем думал, Макс. Люсинда слегка кивнула.

– Впрочем, таких дел у нас и не было, так что неудивительно. Привычный алгоритм нарушен, а нового еще не выработали.

– Мне кажется, из тебя получился бы хороший руководитель.

– Смеешься? – удивился Макс.

– Нет. Ты не теряешь самообладание в критических ситуациях, у тебя все четко, структурировано, ну и определенным авторитетом у нас ты пользуешься.

Макс покосился на Люсинду, потому что ее заявление застало врасплох. Он никогда не позволял себе критики в адрес товарищей и уж тем более шефа, но сейчас неожиданно вырвалось, может, потому что он острее всех страдал от отсутствия плана.

– Я все же человек, Люси, хоть Гера и считает меня роботом, – усмехнулся он. – И самообладание тоже могу потерять. Например, сегодняшнее собрание меня выбило из колеи. Надеюсь, Лида уже вернулась в офис.

– Не думаешь, что мы должны были ее поддержать?

– Возможно, – уклончиво ответил Макс. – Но мы еще вчера не согласились с ней. Она нас предупредила, мы приняли ее слова к сведению, но отказываться от расследования не собирались, о чем ей и сказали. У нас каждое дело опасно! И мы это понимаем. Иначе бы не отправлялись в агентство каждый день и не выезжали на объекты.

– Так-то оно так, но осадочек остался.

– Надо бы позвонить Лиде, – задумчиво произнес Макс, глядя на небо, на которое наползали темные, обещающие ливень тучи.

– Я уже позвонила ей дважды. Телефон отключен.

Макс сунул руки в карманы, поднял плечи и опустил голову, закрываясь от ударившего в лицо и грудь порыва холодного ветра. Даже погода сегодня будто была против них. А может, это Лида с ее ведьминскими способностями выплескивала горечь через тучи и ветер?

– Надеюсь, шеф не вызовет нас во время обеда, – сказал он, открывая Люсинде дверь в кафе. Тихо звякнул колокольчик, привлекая внимание официантки к новым посетителям, Макс шагнул следом за Люси в теплое, наполненное ароматами выпечки и чего-то жареного помещение и почувствовал облегчение, будто выбрался из темного сырого подвала на свет.