Чтение онлайн

В сентябре 1941 он писал: "Последние три года я, за коротким исключением, провел за границей, объехал все страны Европы, особенно крепко изучал Германию".

Весной 1942 Кузнецов под именем немецкого офицера Пауля Зиберта вел разведывательную деятельность…».

Из этих бравурных реляций усматривается, что родившийся в семье дореволюционного крестьянина Кузнецов Н.И. при советской власти закончил техникум, затем Свердловский индустриальный институт, стал инженером, работал в Свердловске и Москве, стал коммунистом, затем чекистом, а когда пришла война — пошёл в партизаны и подвигов насовершал дай Бог каждому, за что о нём и книжек написали.

Примерно то же самое, только в развёрнутом формате, написано в значительном количестве трудов казённых писателей, изобразивших Николая Ивановича эдаким архангелом Михаилом, сошедшим с небес и если не победившим, то здорово напинавшим семиглаво-десятирогового фашистского дракона…

Но в жизни всё было не совсем так, а во многом — даже совсем не так.

Действительно, в деревне Зырянка Камышловского уезда Пермской губернии (сейчас — село Зырянка в Талицком районе Свердловской области) проживал старообрядец Иван Павлович Кузнецов. При царе-батюшке семь лет отслужил он в столичном гренадерском полку. За добросовестную службу и меткую стрельбу пожалован был целковым, часами и голубой кружкой с портретом Императора.

И родила жена его Анна Петровна четверых детей, коих деревенский поп окрестил Агафьей, Лидией, Виктором, а нашего героя — Никанором.

Домашние и друзья звали его Ника, или Никоша, однако имя это пострел невзлюбил, и сам себя стал называть Николаем. В 1931 году он официально сменил имя Никанор на Николая, что и было оформлено постановлением ЗАГСа города Кудымкара.

Ника рос мальчуганом смышленым, до знаниев и книжек шибко охочим. Справедливо будет отметить, что Никуше повезло со школьными педагогами.

Учительница русского языка Фаина Александровна Яблонская привила своему воспитаннику любовь к литературе и искусству. К восьми годочкам Никоша стал вести запись прочитанных книг, выучился играть в шахматы и шашки, самостоятельно решал шахматные задачи; к двенадцати — начал вести характеристику героев прочитанных книг и составлять планы собственной жизни — намеченное обязательно выполнял.

Нина Николаевна Автократова, учитель немецкого языка, раскрыла лингвистические способности Никонора и привила интерес к своему предмету: не ограничиваясь школьным курсом, Ники упражнялся в разговорной практике, общаясь с преподавателем труда Францем Францевичем Явурек (бывшим военнопленным чехом) и провизором местной аптеки австрийцем Краузе.

В школьном же кружке, который вел преподаватель пения, музыки и каллиграфии Иван Михайлович Угрюмов, Ники научился играть на гармошке и балалайке, танцевать вальс, польку, кадриль, русскую и лихо отбивать чечётку, охотно пел и даже солировал в школьном хоре.

К пятнадцати годам одинаково владел обеими руками, имел прекрасные успехи в математике. Его чертёжные работы шли на выставки. Был аккуратен и точен, никогда не врал, даже по мелочам.

11 декабря 1926 года Кузнецов Н.И. был принят кандидатом в члены ВЛКСМ сроком на полтора года, а уже 27 декабря 1927 года, то есть досрочно, приняли его в члены Всесоюзного Ленинского Коммунистического Союза Молодёжи и избрали членом бюро комсомольской ячейки. [341] Этот факт многое говорит о личности Кузнецова Н.И., ибо ВЛКСМ 20-х годов прошлого столетия — это вам не Всероссийская общественная организация «Молодая Гвардия Единой России».

Способность к перевоплощению Никанор развил в школьном драмкружке, которым руководила Яблонская Ф.А.

«Настоящим событием для всей округи, — писал Теодор Гладков, — стала постановка на школьной сцене отдельных эпизодов из знаменитой пьесы Константина Тренева «Любовь Яровая». Разумеется, все кружковцы рвались к героическим ролям своих — «красных», особенно матроса Шванди. Семиклассник Ника Кузнецов несколько раз сыграл роль комиссара Кошкина. А потом просто поразил всех тем, что сам вызвался сыграть… врага, умного и неординарного поручика Ярового. И сыграл… Да так, что дожившие до наших дней участники и зрители того непритязательного спектакля, повидавшие в последующие годы и свердловских и московских артистов, и поныне помнят Нику в этой совсем необычной для подростка (к тому же деревенского) трудной роли». [342]

В 1926 году, окончив семилетку, Никанор поступил на агрономическое отделение Тюменского сельскохозяйственного техникума. Однако из-за смерти отца от туберкулёза вынужден был вернуться в родную деревню, а с 1927 года продолжил учёбу в Талицком лесном техникуме.

В «год великого перелома» комсомолец Кузнецов Н.И. личным примером агитировал за коллективизацию: в мае

1929 года его семья вступила в коммуну «Красный пахарь», передав в общее пользование весь сельскохозяйственный инвентарь, скот, надворные постройки. Однако секретарь комсомольской ячейки техникума Копейка инициировал исключение Кузнецова из ВЛКСМ «за сокрытие своего кулацкого происхождения». В этой связи 20 апреля

1930 года Никанора отчислили из техникума.

Незаслуженно униженный Ники вернулся домой, несколько месяцев поработал в коммуне «Красный пахарь» и подался в Кудымкар, [343] где трудоустроился на должность помощника таксатора [344] по устройству лесов в окружном земельном управлении, а по совместительству руководил кружком политграмоты.

2 декабре 1930 женился на Чугаевой Елене Петровне, 4 марта 1931 года развёлся и более себя семейными узами не обременял.

Тем временем челобитные Никанора достигли цели —19 ноября 1931 года президиум Уральской областной конфликтной комиссии ВЛКСМ (протокол № 35), учитывая, что предъявленное Кузнецову Н.И. обвинение опровергнуто (Ники представил документы о службе его отца в Красной Армии), восстановил его в комсомоле.

Как известно:

Жизнь для нас — что игра в орла и решку:

Смех и слезы вперемешку.

И порой не понять, за что мы любим

Ах, не надо зря портить нервы —

Вроде зебры жизнь, вроде зебры.

Черный цвет, а потом будет белый цвет -

Вот и весь секрет.

Этот незатейливый куплет «Полосатой жизни» [345] напоминает, что за чёрным цветом следует белый, а за белым…

Вот и жизнь Николая Ивановича шла по такому же сценарию…

В процессе работы в окружном земельном управлении Нике стало известно, что его непосредственный начальник и несколько сослуживцев расхищают денежные средства и товарно-материальные ценности путём составления подложных документов. Движимый гражданским долгом, комсомолец Кузнецов Н.И. сообщил об этом в милицию. Дело приняло такой оборот, что 4 июня 1932 года милиционеры произвели обыск в доме № 8 по улице Ленина в комнате, где проживал Кузнецов, затем его арестовали, а через неделю освободили под подписку о невыезде до суда. [346]

Как при этом взаимодействовали Кудымкарская милиция и Коми-Пермяцкий окружной отдел ОГПУ — сказать трудно, но, судя по всему, в период содержания Николая Ивановича под стражей родился документ следующего содержания:

«Я, нижеподписавшийся гр-н Кузнецов Николай Иванович, даю настоящую подписку Коми-Пермяцкому окр. отд. ОГПУ в том, что я добровольно обязуюсь сообщать о всех замеченных мной ненормальных случаях как политического и так же экономического характера. Явно направленных действий к подрыву устоев сов. власти от кого бы они не исходили.