Чтение онлайн

Оказалось, что бургомистр со своей семьёй живёт в том же здании, где располагался и городской Совет, на втором этаже в двух небольших комнатках с крохотной кухней и окнами, выходившими в уютный сад за низкой каменной оградой.

Чэнь Хао немало удивился нашему неожиданному визиту, но был приветлив и гостеприимен.

— Спасибо, Анару, что проводил этих людей, — поблагодарил он нашего провожатого. — Думаю, теперь ты можешь вернуться к исполнению своих обязанностей.

Молодой дружинник попрощался с нами и ушёл. Чэнь Хао сложил на животе руки и выжидательно посмотрел на нас.

— Итак. Чем могу быть вам полезен?

Он был не очень высокого роста, слегка полноват. Широкое лицо его, с глубокими складками около губ, морщинами на лбу и вдумчивым взглядом зеленоватых глаз под припухшими веками, походило больше на лицо старого университетского профессора, чем на лицо важного сановника.

— Хотелось бы обсудить с вами ряд вопросов, касающихся наших общих интересов и судеб гивейского народа, — начал Юлий Торрена.

— Ого! Какой серьёзный разговор! — сдержанно усмехнулся Чэнь Хао. — Может быть, чаю с дороги? — любезно предложил он.

— Если это не затруднит вас, — вежливо кивнул Торрена.

— Ну, что вы! Какие трудности? Мы всегда рады добрым гостям! Цю! — позвал он. — Выйди к нам, пожалуйста!

В соседней комнате послышалась негромкая возня и раздались шаркающие шаги.

— Это моя жена, Цю Хао, — пояснил бургомистр, подходя к добротному круглому столу, стоявшему возле окна. В движениях его тоже просматривалась сдержанная неторопливость и даже кошачья вкрадчивость.

В комнату вошла уже не молодая женщина с глубокой проседью в густых волосах, собранных на затылке в тугой пучок, и живым огоньком, светившимся в узких глазах.

— Дорогая! У нас гости с Земли. Приготовь нам, пожалуйста, чаю, — попросил Чэнь Хао и повернулся к нам. — Вы пьёте с молоком?

— На ваше усмотрение, — наклонил голову Юлий Торрена.

— Тогда с молоком! — улыбнулся Чэнь Хао. — Признаться, люблю такое сочетание.

Он снова посмотрел на жену.

— С молоком, дорогая!

Женщина ушла на кухню.

— Присаживайтесь! — любезно предложил Чэнь Хао, опускаясь на стул с высокой спинкой.

Мы расселись вокруг стола на таких же старинных стульях.

— Так что вы говорили о судьбах гивейского народа? — напомнил Чэнь Хао, переводя взгляд с меня на Торрену, а затем на Артура Порта.

— Их пора менять к лучшему, — твёрдо сказал Юлий.

— Это да, — вздохнул бургомистр и посмотрел в окно. — Вот только как это теперь сделать?

— Необходимо установление справедливых законов, которые бы защищали достоинство и жизнь людей, — вступил в разговор я. — Законы, опирающиеся на общественное мнение и ведущие к истинному общественному самоуправлению — без вождей, без царей и тиранов, узурпировавших власть во все времена.

— Вы предлагаете открыто вступить в борьбу с властью Чой Чо Рена? — прямо спросил Чэнь Хао. — Пойти на него войной?

— Вы правильно поняли наши намерения, — подтвердил я. — Хотя мы уже давно вступили в эту борьбу.

— Я знаю, что ваш Камал приложил много сил, проводя здесь просветительскую работу, — задумчиво произнёс Чэнь Хао. — Но я не слышал, чтобы он стремился к войне.

— Камал — это я!

Бургомистр посмотрел на меня с лёгким недоумением.

— Так вот вы какой? Тогда позвольте выразить вам моё почтение!

Мы обменялись крепкими рукопожатиями.

— Вы правы, раньше я не стремился к большой войне с режимом Чой Чо Рена. Но сейчас ситуация изменилась. По нашим данным, ваш вождь сам готовится к такой войне и вскоре может отправить свои войска сюда, на Южный материк, чтобы положить конец всем свободным территориям. Под его удар попадём не только мы, но и ваша республика в том числе.

Чой Чо Рену совсем не нужны ростки свободомыслия и неповиновения его воле, чудом сумевшие прорасти на этой планете. Поэтому он будет стремиться сделать всё, чтобы уничтожить их, уничтожить полностью и как можно скорее. Сейчас у него для этого недостаточно сил и средств. Его армия пока слаба. Но мы знаем, что богачи Севера готовы вложить большие средства в оснащение этой армии, сделав её максимально боеспособной.

Ведь Чой Чо Рен — всего лишь верхушка пирамиды, в основании которой стоит прослойка людей, сумевших за годы революции нажиться на беде народа, не только сохранив, но и преумножив свои прежние богатства. Именно их интересы защищает ваш вождь, топя в крови и унижении свой народ.

Чень Хао согласно закивал в ответ на мои слова.

— И вот пока его армия слаба, мы должны нанести Чой Чо Рену упреждающий удар, — продолжал я. — Такой удар, который заставит его поверить в нашу силу. Ведь мы пока что тоже слабы, слабы своей разобщённостью. Нанеся же поражение армии Чой Чо Рена, мы покажем и всем остальным нашу силу и побудим их к объединению под общими знамёнами. Это и будет началом пути к объединению всей планеты, к разрастанию отдельных мелких коммун до размеров всеобщего бесклассового мира, основанного на социальной справедливости и вере в людей.

— Я всегда считал, что противодействовать открыто силе врага не очень разумно в нашем положении, — размеренно произнёс Чэнь Хао, когда я закончил. — Разумнее ослаблять его опору постепенно. Если знаешь себя, а противника нет, один раз победить можно. В другой раз потеряешь много. Без опасности для себя можно сражаться лишь с противником, которого знаешь.

— А вы не знаете, с кем должны сражаться? — Торрена пристально посмотрел ему в глаза. — Вопрос в другом: знаете ли вы себя, уверены ли в своих силах, в своей решимости что-то изменить на этой планете? Если не знаешь ни себя, ни противника, всякий раз будешь терпеть поражение. Если знаешь противника и себя, сражайся хоть сто раз, опасности не будет.

— Но сможем ли мы победить? — засомневался Чэнь Хао. — Хватит ли у нас сил?

— Побеждают, когда умеют пользоваться и большими и малыми силами, — сказал я. — Непобедимость заключена в себе самом, а вот возможность победы в противнике. Когда он обороняется, значит, есть в чём-то недостаток. Тот, кто хочет обороняться, прячется в глубины преисподней, тот, кто хорошо нападает, действует с высоты небес. Когда поднимают лёгкое пёрышко, это не считается большой силой. Когда видят солнце и луну — это не острое зрение, а услышать раскаты грома не означает иметь тонкий слух. Хорошо сражается лишь тот, кто стоит на почве невозможности своего поражения и помнит о возможности поражения противника!

— Вы убедительны, — печально улыбнулся Чэнь Хао. — Поймите меня правильно. Мне не хотелось бы напрасно рисковать жизнями людей, доверившихся мне.

— Речь не идёт о принуждении, — покачал головой Артур Порта. — Люди должны идти на битву осознанно и по доброй воле. Поговорите с ними, расскажите о том, о чём мы беседовали с вами. Только выбирайте самых надёжных и обученных. Наши планы не должны стать известны нашему врагу. Помните об этом!

— Хорошо, — после некоторого раздумья, кивнул Чэнь Хао.