Агнесс и серебряные швабы
Шрифт:
– Граф подхватил во время паломничества в Святую землю лихорадку, и нам стоило огромного труда поставить его на ноги!
Интересы фон Аренбергов и фон Геттенберга никогда не сталкивались, но он всё-таки рассеянно поинтересовался:
– Вальтер всё такой же странный?
Аббатиса замялась с ответом:
– Граф - человек верующий и благочестивый. Он щедро одарил обитель милостыней, а в остальном... не берусь судить! И вообще, чем без толку гоняться за девицей фон Крайц, лучше бы помогли монастырю справиться с напастью: с недавних пор крестьяне стали жаловаться на огромного волка! Зверь режет овец десятками!
Геттенберг изумленно переглянулся с дядюшкой.
– Клянусь шляпой св. Иосифа, - загудел мессир Фриц, - это, наверняка, то же самое сатанинское отродье, что шлялось вокруг Вацбурга! И чего этот волчище бродит за нами, как привязанный?
Граф не стал озвучивать свои мысли по этому поводу, сухо пообещав сестре организовать охоту, как только закончит поиски сбежавшей пленницы.
Даже в царящем на ярмарке столпотворении люди графа действовали скрупулезно и педантично, опросив всех лавочников: не видели ли те двух искомых дам? Женщин видели, но никто не мог сказать ничего конкретного по поводу их исчезновения.
И только травница Лотта вспомнила похожую девушку, пришедшую на помощь неизвестному пожилому рыцарю, когда того скрутил прострел.
– То молодой рыцарь, то старый, - ворчал Фриц, - не многовато ли рыцарей? И куда этих двух бестолковых куриц понесло?
– Да куда угодно!
Геттенберг после недолгого раздумья вдруг приказал свернуть поиски.
– Куда бы Агнесс ни направилась, - пояснил он неожиданное решение дяде, - рано или поздно она вернётся в Крайц! Это замок для неё значит едва ли не больше, чем спасение души!
– Зачем?
– не понял тот.
– От него же вскоре останется груда мусора!
– Но фройляйн-то об этом не знает!
Теперь можно было заняться и волком. Но сколько ни прочёсывали люди фон Геттенберга окрестности, зверь как сквозь землю провалился...