Чтение онлайн

"Можешь взяться за поставку и перевозку"? спросилъ его генералъ.

"Постараюсь", отвчалъ тотъ.

"Есть у тебя деньги"?

"Тысячъ полтораста наберется, ваше превосходительство"!

"Ну, берись съ Богомъ! Не хватитъ денегъ, — дамъ своихъ. Ты вдь понимаешь положеніе дла"?

Въ тотъ-же день изъ Чигишляра въ мирные туркменскіе аулы помчались джигиты и прикащики Громова.

На третій день у домика Скобелева толпились уже туркменскіе старшины. Среди ихъ, въ черкеск и съ толстой пачкой денежныхъ депозитокъ, выдлялась высокая фигура купца Громова. Владя въ совершенств туземнымъ языкомъ, онъ быстро заключалъ съ ними условія, раздавая при этомъ денежныя лачки. Росписокъ съ туркменъ въ полученіи задатковъ не бралось, что еще боле внушало имъ довріе.

Не прошло и недли, какъ Чигишляръ сталъ наполняться тысячами верблюдовъ.

Дло выгорло и Скобелеву вздохнулось свободнй.

Что-же касается до заправителя хозяйства, то онъ и нсколько лицъ изъ той-же породы, были удалены и замнены офицерами частей войскъ.

Съ устраненіемъ препятствій по организаціи транспортовъ на Атрекской дорог, выдвигался другой важный вопросъ — цлесообразное устройство военно-медицинской части въ экспедиціонномъ отряд, которая находилась въ крайне шаткомъ положеніи, благодаря отсутствію необходимыхъ матеріальныхъ средствъ и толковаго представителя по этой части.

Въ теченіи двухъ мсяцевъ со дня прізда новаго отряднаго врача, не было принято ни одной раціональной мры для улучшенія существующаго. Недостатокъ чувствовался во всемъ, хотя онъ и пополнялся, на сколько возможно, Обществомъ Краснаго Креста.

Слабый администраторъ, едва владвшій русскимъ языкомъ, отрядный врачъ былъ поглощенъ иными интересами, которые не замедлили обнаружиться весьма наивно въ оффиціальномъ письм его къ временно-командующему войсками. Текстъ этого курьезнаго письма *), вполн характеризующій представителя, привожу ниже:

"Чигишляръ.

2І октября 1880 г.

Ваше Превосходительство

Милостивый Государь Михаилъ Дмитріевичъ!

"Вашему Превосходительству извстно, что я по должности отряднаго врача ввренныхъ Вашему Превосходительству войскъ, вмст съ тмъ занимаю должность инспектора госпиталей, а слдовательно нахожусь въ весьма близкихъ сношеніяхъ съ чинами какъ медицинскаго, административными и Краснаго Креста мн подвдомственными. Въ числ этилъ лидъ большинство въ одинаковыхъ со мной чинахъ, а уполномоченный Краснаго Креста и оберъ-контролеръ даже выше, то, при истекающихъ изъ необходимости требованіяхъ моихъ, къ исполненію разныхъ экстренныхъ распоряженій, вызываются отъ меня такого рода бумаги и словесныя приказанія, законная форма которыхъ не совсмъ сочувственно принимается какъ отъ лица по чину равнаго, а въ отношеніи другихъ даже меньшаго и, естественно, ставитъ меня въ неловкое положеніе. Представляя изложенное мнніе, вниманію Вашего Превосходительства, осмливаюсь просить Васъ для пользы дла произвести меня въ чинъ дйствительнаго статскаго совтника и т. д.

Съ истиннымъ почтеніемъ и пр.",

Само собою разумется, письмо это вызвало только гомерическій хохотъ въ штаб отряда и осталось безъ послдствій.

Съ открытіемъ наступательныхъ дйствій, вопросъ о медицинской помощи, долженствовавшей принять боле широкіе размры, становился неотложнымъ. На первыхъ же порахъ являлась насущная потребность въ организаціи помощи въ передовомъ отряд и въ организаціи обоза, для эвакуаціи больныхъ и раненыхъ; а затмъ — устройство лазаретовъ и другихъ врачебныхъ пунктовъ по пути наступленія "Отряда вторженія". На все это требовались средства, а ихъ-то и не было у медицинскаго вдомства, хотя оно располагало и временемъ, и возможностью къ пріобртенію необходимаго.

Прибывающія части войскъ съ западнаго берега тоже были лишены необходимой помощи. Такимъ образомъ, еще до наступленія, были сформированы Обществомъ Краснаго Креста лазареты для Ширванскаго и Самарскаго баталіоновъ, не говоря уже о перевязочныхъ средствахъ ("первая помощь") и носилкахъ, которыми Красный Крестъ снабдилъ вс части экспедиціоннаго отряда.

Въ виду такого положенія дла, въ Закаспійскій край прибылъ военно-медицинскій инспекторъ Кавказскаго округа, д-ръ Ремертъ, для "окончательнаго и соотвтственнаго устройства всего необходимаго".

Къ сожалнію, пріздъ медицинскаго инспектора не устранилъ безпорядка.

Полагаясь на силу своихъ приказаній и широкія полномочія, г. Ремертъ мало обратилъ вниманія на практическую сторону дла. Вмсто принятія энергическихъ мръ еще на мст, къ отправк нужнаго матеріала, медицинскій инспекторъ ограничивался, главнымъ образомъ, распоряженіями на бумаг. На сколько цлесообразенъ и практиченъ былъ принятый имъ образъ дйствій, можно видть изъ нижеслдующихъ фактовъ:

1) Лазаретъ 19-й пхотной дивизіи, долженствовавшій служить передовымъ лазаретомъ во время осады непріятельской крпости, прибылъ въ Закаспійскій край только посл окончанія войны. Одноколки [37] , для перевозки раненыхъ, находившіяся при этомъ лазарет, были безъ лошадей.

2) Лазаретъ 21-й пхотной дивизіи носилъ только номинальное названіе, не имя ни твердыхъ, ни мягкихъ вещей. Все необходимое дано было ему Краснымъ Крестомъ (роль обоихъ лазаретовъ исполнялъ лазаретъ Краснаго Креста, на 150–200 мстъ).

3) Обоза для эвакуаціи больныхъ и раненыхъ у военно-медицинскаго вдомства не было. Перевозкой больныхъ и раненыхъ занимался Красный Крестъ, на своихъ экипажахъ.

4) Матеріала для перевязки раненыхъ тоже не было, кром ничтожнаго количества. Все необходимое бралось ивъ складовъ Краснаго Креста [38] ) и т. д.

Прибывъ въ Чигишляръ, медицинскій инспекторъ заявилъ, на основаніи даннаго ему полномочія, о безусловномъ подчиненіи Краснаго Креста, въ Закаспійскомъ кра, военномедицинскому начальству.

Такимъ образомъ, вс склады Общества, обозъ его, также и персоналъ, должны были сдлаться, въ извстной степени, достояніемъ хозяйства медицинскаго вдомства, что, при несостоятельности его, давало возможность сдлаться сразу состоятельнымъ.

Подобное заявленіе, хотя въ этотъ разъ практическое, нарушало' въ основ принципъ Общества добровольныхъ жертвователей, находившагося подъ покровительствомъ Императрицы и было, по меньшей мр, слишкомъ смло. Тмъ не мене, критическая минута и важность самаго дла отодвигали протестъ на второй планъ, до боле удобнаго времени, уступая мсто готовности работать и при этихъ условіяхъ.

Взявъ помощникомъ къ себ отряднаго врача, г. Ремертъ поспшилъ въ, Дузъ-Олумъ, куда, въ конц октября, былъ переведенъ штабъ отряда и гд находился уже генералъ Скобелевъ.

Спустя нсколько дней посл отъзда инспектора, Красный Крестъ получилъ отъ него распоряженіе депешей;

"Немедленно поставить два лазарета, по 50 мстъ каждый, на Михайловской линіи".

Но едва только упакованныя вещи свезены были на Чигишлярскую пристань, какъ вторая депеша инспектора отмняла первую приказаніемъ:

"Оставить Михайловскую линію и поставить два лазарета, по 25 мстъ, на Атрекской".

Наконецъ, третья депеша энергическаго инспектора требовала уже:

"Поставить лазареты по Атрекской линіи, не въ 25 мстъ каждый, а въ 50 мстъ".

Вс эти противорчивыя распоряженія, къ сожалнію, указывали на малую опытность и слабую подготовку къ длу.

Къ счастію, однако, хаосъ этотъ продолжался не долго. Военно-медицинскій инспекторъ скоро былъ отозванъ обратно на Кавказъ, а дло организаціи медицинской помощи передано въ руки главноуполномоченнаго Общества Краснаго Креста.