Чтение онлайн

Время от времени Айна принималась гадать, кто эта молодая женщина с глазами холодными, как лезвие клинка, отчего она готова поспешить на зов старой настоятельницы и выполнять работу, которая явно ей не мила... Но гораздо чаще она думала о своей собственной судьбе.

Золотая Гавань приближалась, а вместе с тем – и время, когда долгая дорога упрется в ворота Красной башни, которая наверняка разлучит их с Лианом. Рядом с Илин она не смела говорить об этом – знала, что Лиан только рассердится и замкнется, боясь хоть единым словом выдать свои намерения. Даже поздно вечером, когда они засыпали, обнявшись, на одной лежанке в общей комнате постоялого двора, Лиан ни словом не поминал свою цель путешествия и не заговаривал с Айной ни о чем, что было бы серьезней минувшего ужина.

И когда к обеду шестого дня на горизонте показались шпили Золотой Гавани, Айна не знала, то ли радоваться, то ли плакать. Где-то там, в замке над морем жил Риндон Берг, и не думать о нем она не могла. Где-то там стояла Красная башня, и о ней она старалась не думать вовсе. В душе у Айны разливалась тоска, когда она пыталась осмыслить тот факт, что эта обитель мудрости вот-вот отберет у нее самого близкого человека.

8

– Матушка Лаэта велела мне отвести вас к одному человеку... – Илин заговорила на вершине холма, на который взбегал Главные тракт, прежде чем стремительно спуститься к городу. – Я займусь его поисками завтра, а у вас будет время отдохнуть и прийти в себя. Надеюсь, вам хватит ума не наделать глупостей.

Ответом ей было молчание. Но, кажется, Илин и не ожидала иного. Она спешилась и с помощью крепкой веревки привязала уздцы кобылы к седлу своего коня. Айна на это и внимания не обратила – она смотрела на Золотую Гавань, и вид с холма открывался такой, что в голове не оставалось ни единого слова. На закате все шпили и купола города сияли нежным светом, и казалось, небо рассыпалось по земле мириадами драгоценных осколков.

А за городом до самого горизонта распахивалось море – синее, розовое, золотое. Бескрайнее и непостижимое. В жизни своей Айна не видела ничего прекрасней и величественней.

Наверное, у нее было слишком ошарашенный вид, потому что Илин вдруг усмехнулась и впервые позволила себе реплику не по делу:

– Красиво, да... Повезло вам увидеть Золотую в час, когда она и в самом деле золотая.

Еще пару минут она позволила полюбоваться видом на город, а потом решительно пришпорила своего коня.

В город въезжали в сумерках, но на улицах ярко светили бесчисленные фонари, и посему Айна могла как следует рассмотреть его размах и величие. Поначалу, конечно, улицы были попроще, но чем дальше от окраины, тем выше становились дома и богаче их украшения. Айна только успевала крутить головой во все стороны и несколько раз все же ловила себя на том, что едет с открытым ртом.

Столица была огромна. Она гудела тысячами голосов, а уж разных звуков и вовсе было без счету. Что-то звенело, стучало, падало, цокали копыта, гремели колеса, скрипели ставни и двери, а потом подал голос огромный гулкий колокол, и ему стали вторить множество других колоколов поменьше. И никто из жителей города этого даже не заметил – все занимались своими делами: куда-то шли, зазывали таверны, вели беседы... В одном месте Айна увидела драку, а в другом – погребальную процессию. Воздух был таким плотным и густым, что голова шла кругом. За минувшие недели Айна успела отвыкнуть от городской вони... Впрочем, Золотая Гавань пахла совсем иначе, чем Ройн – сквозь ароматы нечистот, жареной еды и печного дыма пробивался еще один запах, незнакомый и волнующий.

«Море, – догадалась Айна. – Это запах моря...»

Ей невыносимо захотелось соскочить с кобылы и прямо сейчас побежать в сторону неохватной воды. Но, конечно же, она этого не сделала – слишком велика была усталось и слишком ясно звучал голос разума, велевший спокойно следовать за Илин.

В какой-то момент дома вдоль улиц снова стали попроще, а запах моря сильней, и Айна поняла, что Илин сама ведет их в сторону причалов. Очевидно, в этом части города брали меньшую плату за ночь на постоялом дворе. Оно и понятно – в порту всегда полно желающих приклонить где-то голову, и далеко не всегда это состоятельные господа.

Когда она уже едва держалась в седле, Илин спешилась у ничем не примечательной двери, из-за которой даже не доносилось хмельных песен, и коротко постучала. Открыла им пожилая дородная тетка в скромном чепце и с половником в руке.

– Здравствуй, Нима, – едва заметно поклонилась «рыцарша». – Найдется ли сегодня местечко для троих путников?

Грудастая Нима радушно ухмыльнулась и щедро простерла руку вглубь дома.

– О тож, детка! Для тебя завсегда найдется. А ктой-то с тобой, не разгляжу я что-то... Дети какие?

– Дети, Нима. Они устали и голодны. Это брат с сестрой, им хватит одной постели на двоих.

Хозяйка странного неброского постоялого двора распахнула дверь пошире и кивком головы дала знак войти.

Айна с трудом сползла с кобылы, ноги у нее подгибались, а зад и вовсе онемел. Лиан тоже выглядел уставшим. Этот переход был самым длинным и порядком измотал их всех.

«А куда же лошадей денут? – вяло озадачилась Айна, когда Илин, не церемонясь, подтолкнула ее к двери. Но их проводница взяла обоих животных под уздцы и повела куда-то в темноту ночи. – Она что, одних нас тут оставит?»

Словно читая ее мысли толстая Нима пояснила, что стойло тут в соседнем доме и Илин вернется, как только позаботится о лошадях. «А я позабочусь о вас, – добавила она», – кладя руки им с Лианом на плечи.

Общая зала в доме была совсем небольшая, и здесь уже трапезничали несколько человек. Айна насчитала меньше десятка гостей, сидевших за одним длинным деревянным столом. Кто-то сосредоточенно отправлял в рот еду, кто-то негромко разговаривал. Похоже, тут было местечко «для своих», проверенных людей, которые не доставляли хозяйке особых хлопот.

Нима усадила их на лавку в том конце стола, где было меньше едоков и спустя пару минут какая-то расторопная девица уже поставила перед ними пару добрых мисок с густой наваристой похлебкой. От запаха у Айны даже в глазах потемнело – она, оказывается, знатно проголодалась. К тому моменту, когда они с Лианом дочиста опустошили эти посудины, в зале, наконец, появилась и Илин. Взглянув на своих спутников, едва державших ложки в руках, она осведомилась у хозяйки, нельзя ли отвести их к постелям прямо сейчас.

И вот уже под ногами у Айны заскрипели ступени старой лестницы, ведущий на верхние этажи дома. Их комната – целая отдельная комната! – была прямо под крышей. Здесь стояли две широкие лежанки с пышными соломенными матрасами, и сверху их даже покрывали чистые полотнища простыней. На такой постели Айна в последний раз спала еще в родном замке... Не помня себя, она стянула кожаные туфли, уронила на пол плащ и сама упала ничком на широкое ароматное ложе. И уснула в тот же миг.

9