Чтение онлайн

Пусть хотя бы несколько точек… пусть вода перенесет всю эту пакость в несколько определенных точек… получится?

Нет?

Почему?

Анна-Лиза пригляделась. Вода и заклинания отлично считывает.

С-садорен!

Дураками жрецы не были.

При первой же попытке вытащить заряды, они попросту взорвутся — и цепная реакция начнется намного раньше. Надо каждый заряд изолировать, заключать в кокон…

Сволочи!

При всей ее силе, ну, зарядов пять она вытащит.

Шесть.

Остальные-то останутся! И преотлично взорвутся. Картина сильно не поменяется, только в нее добавится один беспомощный маг. Нет, так дело не пойдет.

Анна-Лиза скрипнула зубами, поднялась и отряхнулась.

Вытащить — не выйдет. Остается только ждать…

Как же это отрицательно!

***

Императорский склеп — это вам не кладбище для бедноты. Это основательное такое мраморное сооружение — наверху храм, под землей несколько этажей с усыпальницами. На любой вкус и цвет.

Надо?

Новую выкопаем! На две комнаты, на три, сводчатую, с арками, отделанную по вкусу покойника или его близких…

Конечно, верхний храм тоже шикарно отделан! Мрамор, золото, фрески, изображающие богов, дорогие курильницы с благовониями, жрец, в расшитой золотом рясе, который тут же поспешил навстречу гостям, и склонился в низком поклоне.

— Ваше императорское величество! Ваше величество. Ваше высочество…

Кланялся он вполне усердно. Линда ему даже посочувствовала.

Оно-то да, жрецы служат богам. Но живут на земле. И получать тоже на земле будут. Молись, не молись, а если Далларен его из храма погонит, вряд ли боги с небес выглянут и заругаются.

Потому Линда вела себя вежливо и корректно.

Жален и Адела — те смотрели снисходительно и пытались что-то из себя изобразить.

Линда и им сочувствовала.

Сложно это — жить и расти в тени влиятельного и властного отца. Такого, как Жамон. Линда со своим отцом выросла — и лучшего не хотела. Но ведь застава! Такого насмотришься — и как люди каются, и как маются…

Домашних тиранов Линда видела немало, и распознавала легко. Хоть в короне, хоть в свинарнике… Жамоон был именно что домашним тираном. Пусть крупным и не слишком гнусным, но под граничной плитой жить тяжко. Только и думай, как бы не придавило… или уже расплющило?

Он и Жалена таким же вырастит. Уже сейчас мальчишка на сестру покрикивает, потом и того хуже будет. Жена от него наплачется, дети… И сделать с этим ничего не получится. Маленькая прививка (по ушам) получена была — только ведь не поможет! Это надо регулярно повторять, да с фантазией, с импровизациями, а по-простому — пороть!

Без сексуального подтекста, но на постоянной основе.

Так что она подошла под благословение, поблагодарила, пожертвовала на храм — обычно маги этого не делают, но Линда к храмовникам как раз относилась неплохо.

Пограничная крепость, знаете ли…

И жрецы там своеобразные. И по лекарской части помочь, и в бою не оплошать, а уж сколько им всего выслушать приходится… люди в храм со всеми своими проблемами идут. Поневоле помогать будешь…

Есть и другие. Но они на заставах долго не задерживаются. Или гибнут — всякое бывает, или их куда-то переводят. Чаще всего — с повышением.

Жрец одобрительно посмотрел на девушку, сделал благословляющий жест — и подмигнул. Он и сам был магом.

Давняя конкуренция между Академиями и храмом. Маги везде нужны, а рождается их не так много. Кто туда идет, кто сюда…

Конкуренция, конечно…

Вот и спуск вниз.

Первым спускался жрец.

За ним шел Далларен, как и полагается хозяину. Он предложил руку Аделе, и та ее приняла. Это тоже было обговорено заранее. Сам Рен предпочел бы вести Линду, но — сразу две беззащитные спины, подставленные врагу?

Лучше не провоцировать.

Вслед за парой 'Рен — Адела' шел его величество Жамон, довольный, как гусак. Конечно, Линде он руку не предложил, и пришлось Жалену жертвовать собой. С таким видом, словно он до слизня дотрагивается, а не до красивой девушки. Они процессию и замыкали.

Как меняет мировоззрение хорошая затрещина! А вчера еще под юбку лез!

Склеп был освещен магическими светильниками. Ровный золотистый свет не резал глаза, лился словно бы со всех сторон и практически не давал тени. Так, чуть-чуть, под ногами у идущих.

Линда словно ненароком дотронулась до стены.

Маг земли.

Склеп…

Вот уж кто-кто, а она себя чувствовала замечательно. По напряженной спине Аделы, по недовольному лицу Жалена было видно, им здесь не нравится. Плохо им, земля давит. А Линде — только в радость. Она себя под землей чувствовала, как Анна-Лиза под водой. Хоть поселиться и жить.

А в этом склепе ей вообще было чудесно.

Строил его давным-давно тоже маг земли, это Линда чувствовала. Магия подсказывала. Такая родная, такая знакомая, она плескалась вокруг, она была щедро вложена в каждую плиточку, каждую ступеньку, она пропитывала землю и сочилась в воздух, она пела и звенела, словно предвещая грозную лавину, готовую сорваться по одному щелчку сильных пальцев.

Магия земли…

Магия крохотной пылинки — и могучего камнепада, магия всего растущего и цветущего — и магия смертного праха, все в горсти дорожной пыли. Все там — и кости древних королей, и частички великой пустыни, и камни, которые помнят вечность…

Все в ней, и все это надо уметь услышать.

Линда слышала.

И успокаивалась.

Что бы с ними не хотели сделать — здесь она не безоружна.

А вот и нужная усыпальница.

Тяжелая дубовая дверь, небольшая комната, отделанная серым мрамором, пол вообще каменный, из таких мелких круглых булыжничков и под ними земля, ниша в стене — в нише мраморный сосуд с прахом. Рядом имя и даты.

Алтарь с символами богов.

Больше — ничего.

Жрец занял стратегическую позицию рядом с маленьким алтарем. Сейчас будет молиться.

Жамон первый опустился на колени.

— Дочка…

Почему-то Линда ему совершенно не верила. Вообще.

Далларен последовал примеру бывшего тестя, потом на каменный пол опустилась Адела, предусмотрительно подвернув платье так, чтобы не было больно коленкам. Пол-то жесткий, каменный, ноги через пять минут затекут.

Жален помог опуститься Линде и последовал ее примеру. Но молиться не стал. Вряд ли молитвы были написаны у Линды на груди, которую откровенно обрисовало натянувшееся платье.