Чтение онлайн

Рина, я так тебя люблю! Я знал, что у нас всё получится и справедливость восторжествует! Только эта справедливость в черном плаще была уж слишком страшной. Брр. Надеюсь, никогда её больше не встречу.

Ну что ещё? Ах, да! Мне пришло письмо из гвардейской школы Адамандер с согласием принять меня в это учебное заведение. Я был удивлён, ведь папа никогда не одобрял моей тяги к воинским делам и политике, да и к тому же обучение стоит немалых денег, видимо родители решили пожертвовать своими сбережениями. Хотя когда я спросил у мамы, она ответила, цитирую «Что за больные фантазии, Лем?». Наверное, папа втайне от неё всё провернул. Конечно же, я согласился. Кстати, пишу я из своей комнаты. Сосед у меня так себе, я не могу толком уснуть из-за его храпа, а так, не считая этого, мне здесь очень нравится. Я всё разузнал, сестричка. «Адамандер» от «Альнара» находится всего лишь в пяти часах езды на дилижансе, так что жду тебя в гости!

Я говорил, что очень сильно люблю тебя?»

***

Не знаю, сколько проходит времени. Я просто глупо пялюсь на листок, пока в моей голове творится хаос.

С каждой новой минутой пространство в комнате кажется мне всё теснее.

Это был он. Чудовище.

 - О, Тьма...
– Я закрываю лицо руками.

Мне хочется залезть под кровать и умереть. Я чувствую угрызения совести. Каково было лорду Бриазу выслушивать от меня упрёки, зная, что я в какой-то мере не права. Знал ли он о том, что я и понятия не имела о его помощи? Что он сейчас думает обо мне?

Вопреки здравому смыслу я ощущаю стыд, который покрывает меня с ног до головы, в то время, как я должна радоваться обретению свободы. Я не могла поверить в то, что теперь я могу сама распоряжаться своей судьбой, и в этом заслуга лорда Бриаза.

Я представляю, как скажу ему «спасибо». Как отблагодарю, после слов «я вас ненавижу». Панику дополняет мысль о деньгах. У меня не было сомнений в том, что именно директор оплатил учебу Лема. Надо обязательно съездить в «Адамандер» и спросить, сколько именно я должна лорду.

Легче было бы спросить у него самого, но вряд ли я смогу вымолвить и слово, при этом не покраснев от макушки до пят. Как лучше поступить? Выплачивать постепенно или сразу? У меня не было такой большой суммы. Радовало одно: мне не нужно больше откладывать деньги на то, чтобы откупиться от брачного договора, следовательно, те накопленные крохи я уже могу предоставить лорду Бриазу. Немного, но лучше, чем ничего...

И смогу ли теперь я смотреть ему в лицо? Я не верю наверняка, что намеренья лорда Бриаза были добрыми, мои раны ещё свежи. Но, тем не менее, он помог. Помог тот, от кого я в последнюю очередь ожидала помощи.

Я в смятении, и меня терзают вопросы...

Чего стояло бояться больше? Брака с герцогом?..

Или темного мага Асакуро де Бриаза?..

Я торчу в ванной комнате так долго, как только могу. Стою под теплыми струями воды, чтобы те смыли все терзающие меня чувства. В душе поднимается пар и окутывает всё тело. Как бы я не старалась, вода не помогла мне расслабиться. Не представляю, что необходимо для того, чтобы я, наконец, ощутила спокойствие, которое кажется мне давно позабытым чувством.

С одной стороны, мне ужасно стыдно из-за своих слов. Но с другой...

Я совершенно не понимала, зачем лорду понадобилось помогать мне. Была ли в этом какая-то подоплёка. Быть может, Асакуро де Бриаз всего-навсего нашёл в сложившейся ситуации выгоду?

– И куда тебя унесло?
– Гневно восклицает Лизи.
– Я искала тебя чертову уйму времени! Как дура, наматывала круги по клубу. Ты хоть представляешь, как я волновалась за тебя?!

– Прости, - я смотрю перед собой, не желая встречаться взглядом с подругой.
– У меня возникли проблемы.

– Проблемы?
– Закричала фея, уперев руки в бока.
– Ты хоть раз можешь просветить меня? Иногда мне кажется, что я для тебя ничего не значу, и наша дружба - пустой звук.

Я горблюсь. Мне нечего сказать в оправдание.

– Мне пора не пары, - уже тихо говорит Элизабет.
– Скажи мне, когда вернется моя лучшая подруга.

Лизи бросает на меня короткий взгляд и выходит из комнаты. Когда в наступившей тишине громко хлопает дверь, я вздыхаю, стараясь сдерживать слезы, и начинаю собирать вещи на тренировку.

***

Выбора у меня не было, и за неимением лучшего пришлось надевать свою старую форму. Никто ко мне больше не пристаёт, а даже наоборот испуганно отшатываются, будто я больна каким-нибудь смертельным вирусом, и при этом противно перешептываются. Нетрудно догадаться, о ком именно ведётся разговор. Мне было все равно, пусть себе зубоскалят.

Как только я вижу директора на полигоне, то сразу понимаю: он не в духе. Хотя когда Асакуро де Бриаз вообще был в хорошем настроении?

На протяжении всех тренировки я стараюсь на него не смотреть, лишь во время передышки, сидя на скамейке, позволяю себе наблюдать из-под полуприкрытых ресниц. Его черная аура окутывает всё окружающее пространство. Студенты выполняют приказы беспрекословно, боясь потерять расположение лорда. Откровенно говоря, я не понимала такое раболепие. Хоть я и боялась Асакуро де Бриаза до дрожи в коленках, но никогда бы не смогла быть послушной игрушкой.

– Тадериус. Очень плохо. Еще один круг, - раздаётся над полигоном сухой приказ.

Одногруппник, не смотря на усталость, понуро побежал дополнительную дистанцию. Скоро настанет очередь девушек...

Спустя полчаса бега, я думаю, что мне очень плохо. Когда проходит час, осознаю, что тогда мне было еще хорошо. В глазах бегают мушки, а лёгкие, как обычно, жжет огнём, но я не позволяю себе остановиться. Когда слышу ледяное «закончили», я еле могу передвигать ногами и чувствую себя так, что вот-вот умру.

С громким выдохом я сваливаюсь на траву и растягиваюсь в позе звезды, восстанавливая дыхание. Ветер остужает мою пылающую физиономию, а солнечные лучи приятно щекочут глаза. Сегодня было на удивление солнечно и весьма тепло. Я щурюсь, улыбаясь от уха до уха, и радуюсь солнечной погоде.

Вдруг становится холодно, и, открыв глаза, я понимаю, что солнце перекрывает тень.

 - Мне, несомненно, нравится, что ты валяешься в моих ногах, - усмехается директор.
– Но у тебя пара через несколько минут.

Его тон изменился.

Так сильно ощущалась разница. Он разговаривает со мной так равнодушно и презрительно, что я вздрагиваю и нервно вскакиваю с места.

– Нервы, Тарин? Так нельзя, надо с собой бороться.

Я боюсь поднять на него глаза. Не смогу сказать «спасибо», смотря в черные омуты, в которых застыл лед. Передёргиваю плечами, пытаясь стряхнуть неприятное чувство стыда. Директор же подходит ко мне ближе. Расстояние между нами становится неприличным. Неловко делаю шаг назад.