Чтение онлайн

– Ты ведешь дела сама.
– Спокойно напомнил он.
– От меня тебе нужна только подпись и изредка несколько советов.

– Но я же где-то тренировалась? Теория одно, а практика с реальными результатами другое.
– Довольно весомый аргумент, который очень сложно оспорить.
– Да и мы оба прекрасно знаем, если бы моим опекуном не был самый коварный темный маг Даира, я давно нашла способ обвести его вокруг пальца и спустила целое состояние на отдельную лабораторию. Просто потому, что у меня есть деньги, и я не знаю им цены. Ви, мы можем бесконечно спорить, но я такая, как есть. И если совсем откровенно, я хочу принять душ и просто лечь спать.

– И не смущает, что спать ты будешь со мной?
– наконец, маг снова смог выдавить улыбку.

– Ты сам посоветовал сделать выбор.

Но, скрывшись в ванной, я все равно смутилась. А после душа и переодевшись в сорочку, ведьма долго созерцала залитое краской лицо леди в отражении. Потому что сорочка хоть и была до пола, но, по мнению леди, все равно откровенной, а, по мнению ведьмы, очень даже соблазнительной, ведь у нее оказалась не только открытая спина, но и довольно глубокий вырез спереди, а еще мастерица забыла предупредить о разрезах по бокам. Виан прав. С такими разногласиями внутреннего мира жить очень непросто. И если выбирать сторону приличной леди, то двенадцать лет мучений пойдут под дракону хвост. Ладно, не совсем. Знания-то останутся, но далеко на них как ведьма я не уеду. К тому же, ведь меня действительно не переделаешь, нарушать правила и границы уже вошло в привычку. И выбор остается только один. Впрочем, вот это не удивляет. Да и уже в принципе поздно, потому что у ведьмы появился в глазах нездоровый блеск от предвкушения реакции коварного в своем благородстве мага. Даже не смотря на кольнувшую ревностью мысль, что как будто он в жизни ничего подобного не видел.

И реакция была восхитительной! Ожидающий на кровати мужчина моментально переменился в лице, пожирая жадным и восторженным взглядом, и продолжал меняться с каждым моим шагом, даже пытался бороться с чувствами и закрыл глаза руками. Вот только все равно сквозь пальцы наблюдал.

– Жестоко.
– Везувиан выдохнул в сторону, стараясь не обращать внимания на забравшуюся под одеяло меня.

– Что именно?
– удивилась ведьма с игривой улыбкой.

Рано радовалась. Потому что в одно единственное мгновение Везувиан навис надо мной и накрыл губы очень жарким поцелуем. Грубым, настойчивым, таким ярким, путающим мысли, что становилось несколько страшно, но и возбуждающе. В душе адепта БДиМ всколыхнулось любопытство, к чему это может привести, и именно оно заставляло отвечать на страсть страстью, запустить пальцы в жесткие волосы, подаваться на встречу, каждому прикосновению, гореть от желания вместе с Везувианом, подставлять шею, когда поцелуи переместились ниже, и разочарованно выдохнуть, когда они прекратились. Виан поглаживал ключицы и открытый участок кожи на груди, не отрывая тяжелого, обреченного и по-прежнему жадного взгляда, прежде чем серьезно посмотреть мне в глаза.

– Ты же понимаешь, что мне этого мало?

Я кивнула, прекрасно понимая, какая это ужасная пытка. Смотреть, но ничего не делать. Потому что и сама совсем недавно могла лишь смотреть, без надежды на ответ. А Везувиану приходилось явно сложнее. Он взрослый мужчина, что не привык отказывать себе в желаниях, но, тем не менее, уважал мои и понимал, что я не готова к своим первым серьезным отношениям.

– Прости.
– Только и промямлила я.

– За что?
– он лукаво улыбнулся, все так же нависая.
– Мне все нравится. И ты права, нам следует узнать друг друга лучше. Привыкнуть к скверности характеров. Кстати, я освободил время до обеда. Проведешь его со мной?

И такая надежда во взгляде, что ведьма почти согласилась.

– Я не могу.

– Но в летную школу тебе не надо.
– Мужчина несколько напрягся.

– Зато надо в библиотеку. Мы с Ритой договорились.

– А если ты проспишь?
– хитро сверкнули зелено-желтые глаза.

– Никакой магии, Везувиан!
– предупредительно зашипела ведьма.

И на меня обиделись. Маг перелег на подушку и недовольно смотрел в потолок. Ведьма виновато закусила губу. В голове роились мысли, что до полудня в обычных обстоятельствах я бы все равно в библиотеку не попала. И чувство вины уже грызло сердце. Виан старался, график свой поправил, а ведь не отдыхает практически. Я перелегла на бок, положила голову на его плечо и долго-долго виновато смотрела, и все же согласилась провести утро с ним, не выходя из номера и только до полудня. Маг без лишний разговоров заключил в теплые объятия, снова осыпая легкими поцелуями, как счастливый ребенок радуясь согласию. Я была не против и тоже счастлива.

– Ви, а почему вас называют хирилловой тройкой?
– уже потом, засыпая и позевывая, спросила я.

Виан усмехнулся, но на вопрос ответил.

– Потому что мы были, как вы с Ритой, только трое и раза в три хуже.

И узнать бы, что это значит, и как Везувиан мог быть еще хуже, чем я, но хотелось спать. Очень хотелось.

На лицо легли теплые солнечные лучи, заставляя проснуться. Но едва я разлепила веки, как Брагденвиль склонился надо мной, целуя в висок. В брюках и распахнутой рубахе, он просто лежал рядом поверх одеяла и изучал какие-то бумаги. Даже в свой так называемый выходной Виан всегда чем-то занят. Меня окончательно перестала мучить совесть, что я опоздаю в библиотеку заниматься нашим непонятным расследованием. И пока он убирал бумаги, я посмотрела на часы, что показывали половину десятого, и возмутилась тем, насколько мало у нас времени.

– Ты так сладко спала, что я просто не смог. И я все равно провожу время с тобой, так что не вижу разницы.

– А я вижу.
– Фыркнула я, раздражаясь. Два с половиной часа это так мало.

– Да, я теперь тоже заметил.
– Хохотнул он, с явным намеком на мое недовольство.

А я обиделась и демонстративно перевернулась на другой бок. Реакция последовала незамедлительно. Теперь уже Везувиан виновато прижимался ко мне, терся щекой о плечо, а я таяла.

– Прости, малышка.

– Нет.
– Из чистой вредности я решила поупрямиться.

– Пожалуйста.
– Заканючил темный маг.

И снова я проиграла. Мы же темные. Для нас любовь святое. Еще конечно интриги, пакости, гадости, коварство, убийство кого-нибудь, кто очень мешает жить, месть... Но любовь самое святое и ценное. Мы же ради любимых горы свернем. Они наша сила и главная слабость. Самое уязвимое место. Самое искреннее чувство. Отнимете у темных магов любимых и наживете себя самых беспощадных врагов, ибо без них умирают все остатки человечности. Потому что любим по-настоящему лишь однажды. Живем только ими. Забыв обо всем, сходим с ума, не различаем ни друзей, ни врагов стоит только нависнуть угрозе над тем, кого мы любим. Сколько городов было разрушено из-за такой безумной любви. И как же падем к ногам любимых. Становимся безвольными куклами, выполняя все прихоти. Такой судьбы врагу не пожелаешь. А Виану я не желала и подавно. Но уже слишком поздно, и в моей власти только одно: сделать так, чтобы он не потерял свою волю, продолжал трезво мыслить и жить не только ради меня. Слишком жестоко заставлять выпрашивать прощение за такую мелочь. Все мое поведение жестоко. И надо признать, за его улыбку я душу Хириллу заложу, хоть и боюсь произнести это вслух.

– И чем ты хочешь заняться?
– довольная улыбка расползлась по лицу, и, сменив гнев, то есть вредность на милость, я повернулась обратно.

– Даже не знаю.
– Справился с изумлением Везувиан.
– Поваляться в кровати?

Предложение было воспринято на ура. Как оказывается мало надо для счастья. Всего несколько минут побыть только вдвоем, просто лежа рядом в полном молчании. Дольше любопытные адепты молчать просто не умеют.

– Ви, а когда ты понял?

– Что люблю? Сразу как вернулся.
– Такое честное и искреннее признание легло тяжелым грузом на сердце.
– И до этого только и думал, как там моя маленькая Руби, жива ли, невредима. Но когда увидел, что уже и не такая маленькая, а по-настоящему взрослая, и такая искренняя в своих чувствах, понял, что за твою улыбку отдам все, что есть, а за слезы просто убью.

– Ты рискнул всем, признавшись.

– Не скрою, - усмехнулся он, - было страшно. И все же оно того стоило, Руби. Может, ты никогда не сможешь ответить тем же. Может, полюбишь другого. Но сейчас не отталкиваешь. И знаешь, что самое ценное?

– Что?

– Ты начинаешь мне открываться. Сомневаешься, боишься, но идешь на встречу. И я бы вечно вот так лежал рядом с тобой, выслушивая какой изверг ваш лорд-директор, как защищаешь свою работу.

Два часа пролетели незаметно. И что удивительно, мы за них ни разу не поругались. Все было волшебно. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Везувиан нанял экипаж и лично доставил к библиотечной башне. Рита уже вовсю трудилась, но когда я вошла, склонила голову к плечу, расплываясь в хитрой улыбке, и долго буравила взглядом.

– Ничего не было.
– Фыркнула я, занимая то же место что и вчера.

– А украшения просто так подарил?

– За экзамен.

– Как скучно.

– Раз скучно, может, делом займемся?

– Мне нужен перерыв.
– Рита отмахнулась.
– И я требую подробностей.

Настроение все равно рабочим не было, да и с кем еще делиться радостью, как не с подругой. Рита слушала довольно внимательно, изредка покачивая головой и посмеиваясь.

– Ру, это не он изверг, а ты.