Чтение онлайн

Если честно, спасать этого зануду и циника у меня не было никакого желания. Может, я его Императорское величество уговорю после отправить в ссылку этого злобного старого хрыча? Это было бы замечательно! А пока что, мы, к сожалению, собирались его спасать, так как были, по существу, по одну сторону баррикад.

Поэтому, пробравшись в портал со спины я вначале влепила в соседушку сонным заклинанием, а потом ещё и малым парализующим припечатала.

И все бы ничего, отравиться соседушка еще не успел, это было первое, что я проверила, после того, как убедилась, что злобный старикан дышит, подбежав к нему и опустившись на колени перед недвижимым, осевшим с кресла грузным телом. Если бы в это самое мгновенье в столовую на втором этаже не вошла странного вида одетая мадам.

Как оказалось, скряга сосед слуг почти не держал. А за все про все у него была кухарка. И уборка особняка, и закупки, и приготовление пищи были на ней и даже садовые работы. Лишь конюшня соседушки была вотчиной такого же злобного старика, как и его хозяин.

Правда, возможно, я была пристрастна. Быть соседями с многодетным семейством со множеством пронырливых, любопытных, непоседливых отпрысков с нестабильной магией (а она у детей почти всегда нестабильная) наверняка так же напрягало старого графа, как напрягало нас иметь в соседях его самого, видевшегося нам ненавидящий магов злобным хмырём.

Вначале кухарка зажала рот кулаком. Я уже решила, что следующим будет дикий визг о приведениях (так как мы, как оказалось, могли применять магию и передвигаться, а вот как-то передвигать материальные тела не представлялось возможным). Заодно наш вид был полупрозрачным. Поэтому я, понятное дело, ожидала визга и последующего стратегического отступления кухарки. То есть, панического бегства женщины "от злобных приведений". Не на ту нарвались! Кухарка нашего соседушки меня удивила.

— Ах вы аспиды малолетние! Никак вам неймется! Да что ж это делается то? Вы ж хозяина убили! Каэри, ах ты бесстыдная девчонка! Так опозорить родителей! Чем тебе не угодил мой хозяин, что ты его так зверски замучила? Я мессиру графу твоему отцу и матушке твоей пожалуюсь! Уж я им обоим открою глаза на то, что за юная леди у них подрастает! Я до Императора дойду! — кричала в отчаянии кухарка.

Не стала я кухарку в известность ставить о том, что если бы я действительно кого-то убила, а свидетель пошёл жаловаться моей матушке… То никому больше он пожаловаться бы уже не смог. Не успел бы. Слишком хорошо я знала свою матушку. Нечаянного свидетеля матушка прикопала бы где-нибудь в гиблых болотах и сделала бы вид, что "а ничего и не было".

Но я внимательно выслушала кухарку, а когда она выдохлась, и заплакала, спокойно сказала: "Ваш хозяин жив, глубокоуважаемая управляющая! Я никоим образом не собиралась прервать его жизнь. Наоборот, хочу попытаться спасти его от смерти. Та юная девушка, на которой женился ваш хозяин не настолько юнная, и совсем не девушка даже. А старый маг под личиной и консумировать брак этот маг совершенно точно не собирается. Он простсостояниистоянии это сделать. Ему просто нужно легитимизироваться в Империи.

И так как кухарка недоумевающе посмотрела на меня, я пояснила: "Магу нужны деньги и положение в обществе мессира графа, вашего хозяина! Сегодня маг собирался отравить мессира графа. Вину за смерть графа этот маг возложил бы на вас. А сам спокойно вошёл в высшее общество, с деньгами графа и прекрасной репутацией, как вдовствующая графиня. Сегодня этот маг приговорил вас и Мессина графа к смерти, причём не самой лёгкой. И я это могу доказать, и вам, и мессиру графу. Так что считайте, что я тут по причине спасательной миссии. Так как вас, боюсь, за отравление вашего хозяина, казнили бы. Сейчас же и граф останется жив, и вы тоже. Вы знаете, насколько легко магу проверить, что в бутылке — яд? Бутылка закрыта, но вам, с вашим обонянием наверняка удастся определить, что именно это за яд.

— А почему я должна вам верить? — сварливо спросила кухарка, — Может, это вы вино отравили, а свалить хотите на девку эту гулящую? Пусть девка эта и впрямь на графиню не похожа, но зачем ей убивать мессира графа?

— Может, затем, что за ней маркиз де Релтье ухлестывает? — с невинной улыбочкой проворковала моя матушка, снова сбрасывая свою личину и возвращая себе истинную внешность, — И об этом знают и судачат все?

Под "всеми" мамочка конечно подразумевала людей её круга. Но кухарка в отвращении поджала губы. Видимо, что-то и она видела. И не одобряла это "что-то".

— Ох, если давняя вражина спасать тебя придёт, жди беды, — тихо сказала кухарка ни к кому не обращаясь.

Сиерлену надоело стоять истуканом и слушать "вздорную бабу", как он сообщил мне, поэтому он просто передал в мозг кухарки мою память о том, что эту женщину казнили. С подробностями, как именно.

Наконец-то недоверчивость прислуги графа как рукой сняло. Кухарка упала мне в ноги и начала бормотать слова благодарности и уверения в пожизненной преданности мне, дочери мессира графа-соседа, я почувствовала чувство вины перед этой женщиной. Ведь в прошлый раз мне было лень разбираться в проблемах соседа (подумала лишь, что раз этот злыдень помер — то туда ему и дорога). И кухарку тогда действительно казнили по наговору, без вины виноватую. Зато сейчас мне пришла в голову замечательная идея. Раз невиновную в смерти графа кухарку обвиняли в том, что она неровно к графу дышала, вполне возможно, так оно и есть. И если наложить на кухарку иллюзию внешности, которую использовал сумасшедший маг, как проклятие, неснимаемое… Я попыталась ухватить идею за хвост, так как она показалась мне забавной. Да, манеры у графинюшки будут не ах, но графа совсем не её манеры привлекают, а аппетитные формы. И вряд-ли мужчина из нашего времени среднего достатка обладает манерами, необходимыми графине. Тем более, что мне почему-то казалось, что сумасшедший маг из моего круга знакомых. И я никак от этого чувства отделаться не могла.

Конечно, раньше я не знала, о том, что Императорская канцелярия в криминальной магии ни бум-бум. И не разберется, что за отравлением соседа может стоять что-то большее, чем месть разгневанной кухарки за то, что мессир граф женился на молоденькой смазливой мутной девице, а не на одного с ним возраста женщине, которая десятилетиями за нищенскую плату вела на себе дом мессира графа.

Тогда я об этом не подумала. И получили мы в Империи драконью лихорадку, как следствие доступа этой "девицы" в графскую библиотеку. Зато теперь я знаю, что таинственное исчезновение мессира графа и его кухарки будут расследовать олухи. И мне пришла замечательная мысль. В чем-то это была высшая справедливость. Мессир граф хотел в постель смазливую соплюшку? Мы её сделаем из его потрёпанной жизнью кухарки!

Когда я объяснила мою идею мамочке, Рлену и… кухарке, лишь Рлен отнёсся к идее скептически.

Мамочка считала это забавным экспериментом: проклинать кого-то на всю жизнь неснимаемым проклятием красивой внешности ей ещё не приходилось. А кухарке было достаточно того, что мессир граф на этот раз действительно будет её мужем — на этот раз навсегда.

Так что буквально через несколько минут кухарка в образе юной смазливой пигалицы перетащила в наши студенческие покои мессира графа, находящегося без сознания. А я, Рлен и моя мамочка пошли искать по замку сумасшедшего мага, пока ещё находящегося под личиной такой же соплюшки. Как я помнила из сплетен моих подружек, "графиня" уверяла, что приняла в ночь убийства снотворное, и всю ночь проспала и ничего не слышала. Что брак с графом был договорным, и консумацию брака они с графом совершили уже вечером, до ужина. После чего граф решил плотно поужинать, а "графине" нездоровилось, и она, как любая мнительная женщина решила, что утро вечера мудренее.

Мне нужно было, чтобы "графиня", прихватив несколько книг из графской библиотеки покинула замок до прихода стражей порядка. А не изучала спокойно книгу за книгой в течение нескольких недель, прошедших с момента гибели графа.

А для этого нужно было, чтобы проснувшись, "графиня" уверилась в том, что теперь никогда больше не сумеет наложить на себя иллюзию.

Такие замечательные шарады у моей мамочки получались всегда превосходно.

К тому же, помимо моей мамочки, предвкушавшей, как она будет создавать волошбу неснимаемого проклятия истинной внешности для отдельно взятого мага, рядом со мной сердито сопел мой дракон, которому тоже было за что мстить.

Эти двое, оказывается, неплохо спелись на почве любви к совершению всяческих гадостей, призванных выбесить того, на кого направленно в данный момент их неуёмное желание творить.

Зато я — задумалась. А не спровоцировал ли сам Сиерлен ненависть к черным драконам, когда пришёл мстить? Или сумасшедший маг уже приступил к распространению драконьей лихорадки, до того, как я и Рлен пришли к моему соседушке-графу изменять прошлое?

Глава 34

Не прийдя ни к каким выводам и заключениям по вопросу, а что, собственно, было изначально: ненависть сумасшедшего мага к драконам, или то, что Рлен попросту попался на глаза фальшивой "графинюшке" в тот момент, когда мы с Сиерленом расстроили планы "графинюшки", я решила, что вопросом, а что было вначале, я займусь позднее.