Чтение онлайн

Мне до сих пор не было понятно, из-за чего она переживала сильнее.

– Но Эйдан же ни в чем не виноват, – усевшись на край кровати, я погладила подругу по руке. – Риз, подумай хорошенько! Он не сделал тебе ничего плохого, наоборот, всячески пытался поддержать. Быть может, ты все-таки дашь ему еще один шанс?

– Не хочу видеть его больше никогда, – все так же уставившись в потолок, отчеканила она.

– Я бы на твоем месте все-таки не стала рубить с плеча и дала бы ему тот самый шанс, – намекнула ей.

– Зачем? – повернув голову, Риз уставилась мне в глаза. – Скажи мне, Эйви, зачем надо давать шанс принцу Нерлинга?! Эйдан пригласил меня на Бал Открытия исключительно из жалости, об этом знает вся академия. Но бал закончился, и его жалость ко мне тоже. Заодно и мой интерес к нему.

Я покачала головой, но… Промолчала.

Знала, что Риз серьезно кривила душой. Если бы ее интерес закончился, то она бы сейчас не лежала и не страдала, глядя в потолок. Заодно я помнила, как сильно переживал Эйдан, когда не смог ее остановить.

– Быть может, ты все-таки поднимешься и проводишь меня до главного корпуса? – попробовала я зайти с другой стороны. – Заодно пожелаешь мне удачи на экзамене. Мне бы это не помешало. – После чего добавила: – И ему тоже.

– Никуда я не пойду, – упрямо отозвалась Риз. – По крайней мере, до тех пор, пока не нужно будет отправляться на свой экзамен. Тебе удачи я пожелаю сейчас, а Эйдан обойдется и без этого. Он все равно попадет в команду Эльрена.

Тут Риз была права. Никто в академии не сомневался в том, что Кайден и Эйдан станут лидерами нашей будущей команды.

– Быть может, все-таки проводишь? – не сдавалась я. – А то у меня так сильно болит голова, что я могу и заблудиться. Мало ли, вдруг опять попаду в зверинец?

Но врала я настолько неубедительно, что даже ее не убедила.

Риз заявила, что меня проводят Марлин и девочки-целительницы, а она еще немного полежит, после чего поднимется и засядет за конспекты. Вот, ей принесли целую стопу за прошлые годы, и она собирается все это просмотреть перед началом своего экзамена!

Но в целом она желает мне удачи и чтобы я непременно всем показала (включая мерзкого лорда Винслера!), на что способны девушки с Суши.

Хотя она во мне уверена намного больше, чем в себе.

Тут в нашу комнату заглянули целительницы, а с ними пришла и Марлин. Уставилась на страдающую Риз, затем они дружно покачали головами.

Оказалось, по академии пошел слух, что Эйдан МакГилл бросил Риз как раз на Балу Открытия (а вовсе не наоборот), и они записали его… Нет, не во врага, а в крайне ненадежного кавалера.

Но, конечно же, Кайден Ритчер мог дать фору любому и безоговорочно занимал в их списке первое место.

Вскоре мы покинули общежитие, и подруги отправились меня провожать. Еще через пять минут я была возле главного корпуса, где меня поджидали двое кузенов, и целительницы сдали им меня с рук на руки. Заодно и уставившись с крайне недовольными, даже осуждающими лицами на Эйдана МакГилла.

Тот взглянул на них недоуменно, кажется, не совсем понимая, что вчера угодил в черный список академии.

– Как там Риз? С ней все в порядке? – спросил у них, на что Ясмина, Георгина, Айрин и Ирис, дружно фыркнув, развернулись и ушли.

– А это уже больше не вашего ума дело, ваше высочество! – заявила напоследок Марлин, после чего кинулась догонять подруг.

Эйдан выглядел крайне сконфуженным, зато Кайден усмехнулся.

– Женская логика полна загадок, кузен! – философски заявил ему. – Сколько бы я ни пытался, но так и не смог понять, чем вчера ты так сильно провинился.

– Я тоже не понимаю, – признался тот.

– Боюсь, если бы сейчас стоял экзамен по той самой женской логике, – добавил Кайден, не спуская с меня глаз, – у меня не было бы ни единого шанса его написать.

– Подозреваю, у меня тоже, – согласился с ним кузен.

– А так – всего-то высшая математика! Значительно проще, – усмехнулся Кайден, после чего они уставились на меня оба, словно ждали, что я возьму и разложу им по полочкам все завихрения ума подруги.

Но я не собиралась этого делать. Стояла и молчала, разглядывая их уверенные и красивые лица.

– Как Риз? С ней все в порядке? – вновь спросил у меня Эйдан.

– У нее все хорошо, – сказала ему. – Готовится к экзамену.

– Не понимаю, Эйвери, в чем причина ее вчерашнего срыва, но клянусь, что я не обидел ее ни словом, ни делом!

– С ней все будет в порядке, – наконец, сказала ему. – Просто Риз нужно немного больше времени прийти в себя. Не каждый день встречаешь своего родного отца, если девятнадцать лет считала таковым совсем другого мужчину.

И еще не каждый день прекращаешь отношения с кронпринцем Нерлинга, потому что Риз решила порвать с ним раньше, чем тот порвет с ней.

Но последнего Эйдану МакГиллу я так и не сказала. Подумала, что они во всем должны разобраться сами.

Нас же ждали экзамены, и мы отправились разыскивать нужный зал.

Нашли довольно быстро, но так просто внутрь нас не пропустили – на входе студентов заставляли снимать все предметы, издающие даже малейшие магические колебания.

Таких предметов у нас не имелось, так что вскоре нам разрешили проходить в зал.

Стоило рассесться по местам, как нам представили отборочную комиссию, в которую входили несколько знакомых мне магистров и парочка незнакомых. Еще был долговязый и лысоватый человек из мэрии – интересно, его-то какими ветрами сюда занесло? – и два столичных наблюдателя.

Но если лорд Винслер, сидя за большим столом, посмотрел на меня, как ядовитый паук на свою жертву, то лорд Перри Аллавей, взъерошенный, с бледным и осунувшимся лицом, присоединился к комиссии чуть позже.

Ввалился в зал, когда уже все началось. Невпопад извинился за свое опоздание, затем почему-то подошел ко мне (я как раз сидела возле прохода) и приглушенным голосом спросил:

– Мисс Эйвери Таккер? Я бы хотел спросить, как себя чувствует ваша подруга?.. Как Риз? С ней все в порядке?

На нас смотрели не только студенты, собравшиеся в зале, но еще и отборочная комиссия, поэтому я отпрянула, прижавшись к Кайдену, и нервно улыбнулась лорду Аллавею.

– Не сейчас, – сказала тому. – Давайте мы поговорим с вами после экзаменов. Хотя будет намного лучше, если вы зададите эти вопросы ей самой!

Потому что Кайден был прав – я не должна давать ни малейшего повода для сплетен или подозрений, а разговор с лордом Аллавеем как раз мог их спровоцировать.

Кивнув, придворный потащился к столу комиссии, из-за которого поднялся наш преподаватель по математике. Потряс в воздухе двумя пухлыми запечатанными конвертами, после чего произнес: