Чтение онлайн

Но дни шли, и пока новостей не поступало. Насколько я слышала (источником была заинтересованная в поимке преступнице леди Уорнер), Дженнифер Бертран как сквозь землю провалилась. Сыщикам не удавалось напасть на ее след. Никто пока даже не мог сказать, в какой именно мир она открыла портал из Академии. Я надеялась, что ее никогда не найдут. Ей ведь не впервой начинать жизнь сначала. А еще она сильный маг. Способна спрятаться и замести следы.

Через полторы недели после памятных событий в Академию вернулась Айви. Леди Бертран сдержала обещание. На имя Томпсона пришло письмо с подробным описанием всех ее действий. Это стало подтверждением невиновности Айви. Моей соседке разрешили снова приступить к обучению в Академии. С одним условием. Ей, как и Мэри с Ризом, было велено посещать особые занятия, где их собирались научить противостоять попыткам проникновения в сознание. Раз уж оказались столь восприимчивы.

Я старалась быть милой с соседкой, показать, что очень рада ее возвращению. Хотела поддержать. Но Айви была очень тихой и предпочитала, чтобы ее оставили в покое. После уроков бродила по округе в компании лика — белки Рут. Спала она плохо. Крутилась, что-то бормотала, неизменно будя меня. Но я не жаловалась. Страшно даже представить, что она пережила в темнице верхнего мира. Требовалось время. Хотя я подозревала, что прежней Айви никогда не станет.

Вот вам и не трогать невинных. Вера Фэрли, ставшая Дженнифер Бертран, мечтала наказать обидчиц, а причинила вред той, кто этого даже близко не заслуживал.

Да, она сожалела. Но какой Айви толк от ее сожалений?

И всё же возвращение соседки ослабило узел в груди. Хоть что-то хорошее случилось. Еще бы Кейт очнулась, и я была бы почти счастлива. Но, увы, каждый раз навещая вторую соседку, я заставала всю ту же удручающую картину. Кейт не выглядела живой. Будто тень самой себя, которая по ошибке или чьему-то недосмотру оставалась здесь. Никакого просвета. Я это видела и по самой Кейт, по лицам лекарей. Они сделали для нее всё, что могли. Оставалось только ждать. Конца.

В один из дней я столкнулась на прогулке с леди Клейторн. Она шла от озера и, заметив меня, тяжело вздохнула. Я решила, что ректор не рада моему появлению. Но всё оказалось сложнее.

— Давно хотела с тобой поговорить, — она кивнула на бревно под березами, предлагая присесть. — Откладывала и откладывала разговор. Но, видно, пора.

— Речь о печати? — напряглась я.

— Нет. О твоей лжи.

— О чем? — по телу прошла дрожь.

Что имелось в виду? Мои походы к забытой башне? Помощь Кирану? Вдруг его поймали, и парень меня сдал? Или леди Клейторн допросила Симона, и тот не выдержал давления? Он ведь знает, что произошло в тот день, когда хозяин покинул Академию.

О леди Бертран я даже не подумала.

Но дело оказалось именно в ней.

— Сердж не знает, что именно произошло у озера в тот памятный день. Он не мог видеть и слышать. Однако уверен, что ты не теряла сознания. Только Мойра и Тина. Их обморок он почувствовал. Но не твой, Кира. Еще Сердж считает, что произошел некий магический всплеск. И это была не Вера Фэрли.

— Неужели… — пробормотала я, отметив мимоходом, что она назвала жену бывшего заместителя не нынешним именем, а прежним.

— Не советую отпираться, — взгляд ректора прожигал насквозь, захотелось даже прикрыть лицо ладонями. — Я не собираюсь тебя сдавать. Но мне нужно знать, что тогда произошло. Иначе не смогу тебя подстраховать, коли дойдет до очной ставки с Верой.

Я вздрогнула.

— Ее поймали?

— Нет. Но это вопрос времени. Она не сможет прятаться вечно, — леди Клейторн сделала паузу и добавила довольно жестко: — Даю тебе один шанс, Кира. Сейчас или никогда.

Я развела руками.

— Обморока не было, — призналась горько. — А выброс… Это была я. Сама не знаю, как так получилось. У меня из рук вырвалась магия. Без палочки. Она ударила в леди Бертран. Вышибла нож. А она сама упала. Потом…

— Вера ушла, — подсказала ректор.

— Верно, — я кивнула, не смея на нее смотреть. — Наверное, я могла попытаться ее остановить. Магией. Но я… Я не была уверена, что… не случится ничего дурного. Я застыла, не смея шевельнуться. В первый раз магия вырвалась, когда Мойра находилась в смертельной опасности. А во второй…

— Никому ничего не угрожало, — протянула ректор.

— Наверное. Я сама не понимаю всего.

Я покривила душой. Там — у озера — мне просто хотелось, чтобы всё закончилось. Чтобы кровь больше не проливалась. Даже преступницы, которая тоже когда-то была жертвой. Во мне боролись злость и жалость. Победила вторая.

Леди Клейторн тяжело вздохнула.

— Если когда-нибудь придется отвечать на допросе, не отступай от прежней версии, — велела она. — Ты была без сознания. Точка. Кто бы что ни говорил, повторяй это, как попугай. А лучше сама в это поверь. Перепиши историю в голове. Считай ее правдой. И больше никому и никогда не рассказывай другой вариант событий.

— Хорошо, — пробормотала я, гадая, почему она мне помогает. Дело в моей особенности? Или есть и иные причины? Некая выгода?

Мне теперь с трудом верилось, что кто-то совершает добрые дела бескорыстно. Леди Бертран так старательно пыталась доказать невиновность Айви! Я даже ей сочувствовала, когда ничего не вышло. А дело оказалось вовсе не в желании помочь. Ее действия привели к аресту моей соседки. Она исправляла то, что натворила.

— Не знаете, у сыщиков есть… новости? — спросила и поежилась, опасаясь гнева леди Клейторн. Но когда его не последовало, добавила: — Леди Бертран ведь прислала письмо Томпсону. Известно, откуда оно отправлено?

— Нет. Оно путешествовало по мирам. Весь путь проследить не удалось. Эта женщина в чем-то безумна, но отнюдь не глупа.

— Теперь профессор Бертран покинет Академию?

Вопрос вырвался сам собой. Этого точно не стоило спрашивать у леди Клейторн.

Впрочем, ее лицо осталось спокойным.

— Нет, — ответила она. — Стефан остается здесь. На какое-то время. Так решили сыщики. Опасаются, что он попытается помочь Вере. Этот маг тоже чертовски силен. А здесь можно наложить некоторые ограничения, чтобы Стефан не мог перемещаться из мирка. Мне же приказали закрыть территорию от сети порталов. Теперь без моего разрешения даже педагоги не могут перемещаться.

— А если случится что-то экстренное? — насторожилась я.

— Мне тоже всё это не нравится, — призналась леди Клейторн. — Но сыщики верхнего мира всё решили вместе с попечительским советом Академии. Я бессильна что-либо изменить. Придется привыкать к новым реалиям. Впрочем, есть и плюс. Стефан знает о твоей печати. И может тебя тренировать без ущерба. Поглядим, как будут развиваться события, и однажды, я надеюсь, узнаем, что в тебе такого особенного. Ну же, не хмурься, — улыбнулась она, заметив, что я не пришла в восторг от ее слов. — Развитие нашего вида — это хорошо, кто бы что ни говорил.

— Поверю на слово, — проворчала я.

А что оставалось? В этом вопросе бессильна была я.

Жизнь в Академии постепенно возвращалась в привычную колею. Правда, педагогов по-прежнему не хватало. Особенно теперь, когда мы лишись леди Бертран, а ее супруг перестал вести уроки по собственному желанию. Он не мог покинуть мирок, но и жить по его правилам отказывался. Говорили, профессор не выходит из дома, где еще недавно жил вместе с женой. Так что практики по высшей магии у нас пока не было. Практику обычную, где мы занимались вместе с ликами, продолжала вести Валери Симс. Джорданна так и обитала в целебном блоке, а судьба ее лика Лауры оставалась неизвестной. Говорили, леди Клейторн ищет дополнительных педагогов, но пока тщетно. Академия двуликих — не то место, куда выстраиваются очереди из наставников.