Академия Икс
Шрифт:
Поднявшись, Гермиона сделала пару шагов в ее сторону, то и дело пошатываясь. В висках все еще эхом отдавались голоса из прошлого, но она каким-то образом приглушила их, концентрируясь на фигуре впереди.
Наконец дойдя до Феромонихи, она попыталась прикоснуться к ее плечу, но, как и ожидалось, рука прошла сквозь, оставляя после себя розовую дымку.
— Черт… — на выдохе одновременно сказали Гермиона и Феромониха, словно они стали одним целым. — А-а-а!
Резкая головная боль и много ярких вспышек заставили упасть и схватиться за уши в попытках облегчить приступы. Пространство вокруг начало искажаться, сменяясь разными цветами и помехами как артефакты{?}[Артефакты — искажения, появляющиеся на экране компьютера или ноутбука. Напоминают горизонтальные и вертикальные полосы, цветные точки, блики и засветы.] на мониторе при поломке видеокарты.
— И что теперь? — послышался где-то вдали голос матери.
— Теперь ждать. Только ждать, — с тяжелым вздохом проговорил кто-то.
Этот диалог не был похож на воспоминания или фокусы Феромонихи. Это было что-то новое и очень реальное.
«Мама…» — последнее, о чем подумала Гермиона, погружаясь в беспросветную тьму.
Спустя несколько часов после ввода сыворотки
Гермиона медленно открыла глаза, щурясь от яркого света и всматриваясь в белоснежный потолок.
— Гермиона? Гермиона, ты… это ты! — Руку кто-то крепко сжал, и через мгновение она почувствовала нежное касание на щеке. — Уильям! Она очнулась! О Боги…
Ей потребовалось несколько минут, чтобы осознать, что в этот раз она находилась в больнице.
«Я выбралась? — подумала Гермиона, продолжая рассматривать потолок и концентрируя внимание на его неровностях. — Или это изощренная попытка моего сознания обмануть меня? Очередная пытка?»
— Малышка, как ты?.. — Голос матери. Он дрожал.
«Или все же нет?» — Она перевела взгляд на маму и отца.
— Дочка… — кое-как выдавил из себя отец, кажется, сдерживаясь, чтобы не впасть в чувства. — Я позову врачей и Долгопупса.
Он ушел, оставляя ее с мамой наедине.
— Скажи что-нибудь… ты… ты помнишь, кто я? — издалека начала мама, продолжая нежно сжимать ее руку.
Гермиона внимательно посмотрела на нее, пытаясь понять, была ли это реальность или очередная иллюзия. Она рассматривала лицо: красные от слез глаза, темные круги, иссушенную от обезвоживания кожу — явные признаки сильного потрясения. Такое лицо она видела только однажды, когда в детстве упала без сознания и проснулась в больнице, окруженная врачами и медсестрами.
«Иллюзия или реальность?» — задавала себе вопрос Гермиона, сохраняя молчание.
Она не спеша приподнялась на кровати, упираясь спиной в мягкие подушки. Сделать это было куда сложнее, чем ей представлялось: тело было изможденным, кожа ныла от постороннего вмешательства в виде иголок, повязок и прочих поддерживающих жизнь вещей.
Но, несмотря на физический недуг, самым странным казалось абсолютное отсутствие каких-либо эмоций. Ни по отношению к своему состоянию, ни по отношению к маме. Ничего.
Все ощущалось реалистично. И это все, что она могла сказать про окружающий мир. Ни больше, ни меньше.
— Герми… — ласково прошептала мама, напоминая о себе.
«Иллюзия или реальность?» — снова повторила Гермиона, смотря ей в глаза.
Через некоторое время в палату вошел врач и знакомый ей лаборант, который спас ее, когда она попала под препарат «Крессеция» на паре у мистера Слизнорта.
— Отлично, я все еще непревзойденный гений, — без стеснений проговорил Невилл, обгоняя врача и первым подходя к Гермионе. — Мою речь различаешь?
— Да, — впервые заговорила она, вызывая радостный вздох у мамы.
— О, даже говорить можешь, хорошо-хорошо, — протараторил он, доставая из ниоткуда блокнот и начиная спешно что-то записывать. — Какие ощущения? Голова болит? Сухость во…
— Кхм-кхм, — напомнил о себе врач, деловито отодвигая Невилла и садясь напротив Гермионы. — Как вы себя чувствуете, мисс Грейнджер?
Гермиона спокойно перевела взгляд с блокнота на врача и немногословно ответила:
— Хорошо.
Ей совсем не хотелось говорить больше, чем требовалось. Она попросту не видела в этом смысла.
— Хорошо. Это удивительно. Хм, — задумчиво произнес врач, продолжая ее осматривать. — Нужно провести ряд анализов. Я сейчас же скажу медсестре заняться вами. — После этих слов он встал и удалился, многозначительно посмотрев на Невилла.
Ей показалось, или в глазах врача промелькнула зависть?
Как только дверь захлопнулась, Невилл вновь к ней подошел.
— С его удивлением я не согласен. Все было рассчитано. Хотя ладно, ладно! Я сомневался. Как и все. — Он поднес ручку к блокноту и стал что-то черкать. — Так на чем я остановился?
«Иллюзия или реальность?» — крутилось в голове, пока Невилл продолжал задавать навязчивые вопросы о ее состоянии.
Наконец он замолчал. И только Гермиона хотела закрыть глаза и расслабиться, как он приблизился к лицу и поцеловал ее.
— Мистер Долгопупс! — возмущенно воскликнула мама, выглядя недовольной его дерзостью.
— М? — только и ответила Гермиона, не почувствовав ничего кроме легкого порыва ветра от быстрого движения к ней.
— Так я и думал, — со вздохом ответил Невилл, игнорируя недовольство ее мамы. — Ты ничего не чувствуешь?
— Верно.
Мама перестала ругаться на Невилла и с удивлением посмотрела на нее.
— Эмоции?
Гермиона отрицательно помотала головой, не понимая, зачем он спрашивал об этом, если наверняка знал ответ.
Бесполезная трата времени и сил.
— Миссис Грейнджер, нам нужно поговорить, — обратился он к маме, едва заметно качая головой.
«Иллюзия или реальность? — снова задумалась Гермиона, наблюдая, как мама и Невилл покинули палату, оставив ее одну. — Почему я ничего не чувствую? В видениях я всегда испытывала массу неопределенных эмоций, сводящих с ума. Почему сейчас ничего?»
Она осмотрела руки: повернула ладони сначала внутренней стороной, затем тыльной. Не было ни малейшего признака на розовый оттенок, что после себя оставляла Феромониха, когда касалась ее.
Значило ли это, что она наконец выбралась?
— Так это правда, — раздался голос, который она раз за разом слышала в кошмарных видениях. — Ты очнулась.
Гермиона увидела в дверях Драко. Он выглядел напряженным и потрепанным.
«Секс, не более», — всплыли в памяти последние сказанные им слова.