Чтение онлайн

А сейчас? Разве сейчас она испытывала такие же чувства? Разве ей было все равно с кем, как и где? Нет…

Что-то изменилось, но она никак не могла понять что.

Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, откладывая размышления в дальний ящик.

Сейчас не время сомневаться в действиях — нужно взять себя в руки и выиграть злосчастный Кубок. Она должна получить титул. Возможно, это ее последнее мероприятие в академии, так пускай оно будет победным.

— Ладно, Чанг, раз уж Посредственность говорит, что ты можешь ее чему-то научить, то… приступай. Я даже уберу тебя из списка «Лохудры Академии Икс», если сделаешь мне приятно.

— Но… ты же сказал, что нужно будет только принести книжки… — замялась Чжоу, не в силах посмотреть на Седрика.

— Кто же знал, что Северус взял тебя в академию за умение… сосать? — как ни в чем не бывало спросил он, усаживаясь вразвалочку на стул. — Опустим часть, где ты ломаешься, и просто начинай, — скомандовал он. — А ты, — обратился Седрик к летающей в облаках Гермионе, — стой рядом и запоминай. Если она так хороша, как ты говоришь, это будет тебе отличным мастер-классом.

Гермиона с виноватой улыбкой посмотрела на Чжоу.

Нет, а что? Всем давно известный факт — хочешь понравиться парню, отсоси ему. А если учитывать, как Чжоу раздевала Седрика глазами в актовом зале, то можно спокойно сделать вывод, что она сама была бы не прочь сделать ему приятно.

— Ну хорош ломаться, ты не нарушаешь никаких ваших детских правил первокурсников, — подначил ее Седрик, нетерпеливо постукивая подушечками пальцев по столу. — Смотри, он уже ждет тебя, — хрипло проговорил он, слегка поглаживая рукой несильный стояк.

Гермиона тихо выдохнула, чувствуя каждой клеточкой тела искры нарастающего возбуждения.

Как бы она ни была близка с Драко, но верность ему хранить была не обязана. Тем более когда перед ней сидел красавчик. Да, она терпеть его не могла за скверный характер, но и не могла исключить факт, что он был чертовски хорош собой — не только следил за модой и трендами, но и за телом… за разумом.

И как бы она ни говорила себе: «Даже не думай, он придурок», — тело обмануть было невозможно.

Если Чжоу сейчас не возьмет все в свои руки, Гермиона сама удовлетворит сидящего перед ней пуффендуйца. И ей будет плевать на связь с Драко, какие-то правила или на то, что это бесящий ее Диггори. Если она хочет, то обязательно получит.

Седрик украдкой посмотрел на Гермиону и усмехнулся.

— Мм… — промычал он. — Чем больше ты тянешь, азиаточка, тем больше шансов, что Феромониха оставит тебя ни с чем.

Слова Седрика заставили Чжоу оторвать взгляд от пола и перевести его на Гермиону.

— Л-ладно, — замялась она, сглотнув. — Но только потому, что это может помочь Гермионе выиграть…

— Кто бы сомневался, — прошептал Седрик, проведя пальцами по волосам. — А ты смотри и мотай на ус, — обратился он к Гермионе. — Начнем с классического минета.

— Но… — хотела возразить Чжоу. Она уже стояла перед ним на коленях, завязывая волосы в толстый хвост.

— Без «но», азиаточка. — Смешок. — Или ты не хочешь, чтобы твоя подружка победила?

— Хочу.

— Тогда для этого нужно много чего ей показать, ты так не считаешь?

— На… начнем, — прошептала Чжоу и потянулась к ширинке на брендовых джинсах.

— Будь смелее, Чанг, — сказал Седрик, проведя рукой ей по щеке. — Не будем заставлять нашу Посредственность ждать, верно? — Он слабо улыбнулся и приподнял пальцами ее подбородок. — Знаешь, а ты очень даже симпатичная.

Чжоу невольно улыбнулась в ответ, приоткрывая пухлые губы.

— Угу, — только и ответила она, приближаясь лицом к твердому члену.

Мастер-класс для Гермионы начался. Но вот сможет ли она грамотно использовать полученные в ходе занятий знания и удивить всех на Кубке Первокурсниц — зависело только от нее.

***

Тео стоял около входа в палату, держа в руках несколько книг по общим предметам первого семестра Академии Икс.

Когда он несколько дней назад пришел в больницу к Пэнси, он хотел отметиться для галочки, показав всем, какой хороший человек Теодор Нотт, наследник многомиллиардной компании. Но, увидев некогда боевую и острую на язык Паркинсон в подавленном жалком состоянии, он ощутил еле заметную тяжесть в груди, разраставшуюся с каждым днем.

И было непонятно, из-за чего она возникала: то ли из-за разочарования, то ли из-за жалости. А может… было что-то другое?

Но одно он знал наверняка — такая Паркинсон ему совершенно не нравилась.

Как бы он ни пытался забить, просто жить дальше, получая от жизни все, чего только требовала душа, — в груди каждый раз что-то колыхалось от воспоминаний о бледном исхудавшем лице Пэнси.

И хоть Тео и не имел к ее текущему состоянию никакого отношения, он не мог больше видеть ее такой подавленной. Он чувствовал ответственность за ее выздоровление. Как физическое, так и моральное.

В какой-то момент Тео устал от этой тяжести.

Он больше не мог игнорировать внутренний голос, который так и кричал: «Сделай же что-нибудь!» — поэтому, выйдя из очередного запоя, он решил действовать. И первое, что пришло ему на ум в виде решения, — вернуть боевую Паркинсон на место.

И пускай он подпортит себе образ холодного и беззаботного парня — сейчас это было неважно. Главное — избавиться от неприятного ощущения в груди, что с каждой минутой тянуло его все глубже в пучину отчаяния.

Он постучал в дверь и, услышав тихое «входите», прошел внутрь больничной комнаты.

Пэнси сидела на кровати, что-то усердно ища в газете.

— Кхм, — подал он голос.

Она плавно перевела взгляд на Тео и закатила глаза.

— Второй раз за неделю, Нотт, — язвительно произнесла Пэнси, складывая газету пополам. — Чем обязана? Папочка прислал или сам додумался прийти?

От нее в его сторону так и веяло негативом. Но хотя бы не жалость к себе — уже радовало.

Тео неспешно подошел к ее кровати, положил учебники на стол и присел в кресло.

— Да вот сидел на паре по анализу ситуаций и думал, как же ты проебешься по учебе. А знаешь, мне не очень-то хочется, чтобы на моей совести было еще и твое отчисление.

Пэнси удивленно приподняла брови.

— На твоей совести? — Тео на мгновение показалось, что ее губы дрогнули. — Что ты им… кхм… имеешь в виду?

— Ты чего так напряглась? Просто я во всеуслышание заявил, что все больничные расходы беру на себя, а пресса решила все перевернуть так, что я оказался ответственным за твое выздоровление. Отсюда и сделал вывод, что если тебя числанут, то это повесят на меня. — Пэнси облегченно прикрыла глаза. — А ты о чем подумала?