Чтение онлайн

— Перестань… — сдавленно проговорила Джинни, шумно сглатывая от нехватки воздуха.

— Как говорит ей все то, что говорил тебе, когда вы спали. М? Нравится?

Джинни снова отступила, ощущая, как земля уходила из-под ног. Ей было не по себе: тяжелое дыхание, учащенное сердцебиение и стоящие в глазах слезы, желающие вырваться наружу.

Она испытывала дискомфорт. Как родная мать могла говорить такое? Говорить так грубо, напрямую, не проявляя ни капли жалости и сочувствия к собственной дочери?

Сердце сжалось. Волна тревоги и истерики накатывала с каждой секундой все больше, отодвигая малейшие здравые мысли.

Ей хотелось кричать, кричать так громко и истошно, чтобы все соседи в округе знали, как ей тяжело и больно внутри.

— Зачем ты так… со мной? — прошептала Джинни, рассматривая свои дрожащие ладони. Ей нужно было на чем-то сосредоточиться, чтобы не потерять самообладание. — Что я тебе сделала, чтобы ты смотрела на меня с таким отвра… отвращением? — на полуслове запнулась она, жадно и быстро вдыхая ртом воздух, чтобы не расплакаться.

— Потому что я не хочу, чтобы ты стала той, кто будет реветь ночами от измен, ой, извините, — поправила себя мать, — от работы своего парня. Ты должна порвать с ним, Джинни, — холодно закончила она, приподнимая подбородок.

— Я не брошу Гарри. — Глубокий вдох. Резкий выдох.

— Ты сделаешь это.

— Не сделаю.

— Ты смеешь перечить матери?! — снова повысила голос она, нетерпеливо притопывая ногой. — Либо ты это сделаешь, либо можешь забыть про учебу в академии. Разговор окончен.

Два последних слова прошлись по сердцу невидимым тонким лезвием, оставляя неглубокую болящую рану.

В одно мгновение тремор стал сильнее, глаза не смогли больше сдерживать слезы обиды. Внутренний переключатель эмоционального состояния дал сбой, высвобождая накопившуюся агрессию.

— Я тебя ненавижу! — выкрикнула Джинни, громко всхлипнула и выбежала за входную дверь, пытаясь сморгнуть влагу с ресниц.

«Зачем она так? Что я ей сделала? Почему?» — панически думала она, концентрируясь на боли.

Хотелось убежать как можно дальше от матери, от этого дома, хотелось банально побыть наедине с собой, переварить сложившуюся ситуацию. Джинни никогда не убегала из дома, но сейчас, именно в этот момент, другого выхода не видела.

Быстро направляясь к главным воротам и желая скорее почувствовать себя хотя бы на малость лучше, она не придала значение въезжающей на территорию красно-черной машине. Это был ее брат Рон.

Небрежно припарковавшись, он неторопливо открыл дверь и уставился на Джинни.

— Эй, рыжик, че ревешь? — в шуточной манере спросил он.

Она посмотрела на него с яростью и презрением, будто это из его уст только что лились грубые слова в ее сторону.

— Машина… — под нос прошептала Джинни, меняя курс с калитки на парковку.

Поддавшись всплеску адреналина, она в несколько больших шагов оказалась около Рона, взяла его за ворот двумя руками и, приложив немало сил, вытолкала с водительского сиденья перед тем, как громко закрыть дверь перед его носом.

— Какого хера?! — выкрикнул он, с трудом устояв на ногах.

Но Джинни не слушала, блокируя двери. Повернув ключ зажигания на сто восемьдесят градусов и быстро сделав несколько нехитрых движений с коробкой передач и тормозом, она грубо вжала педаль газа в пол и направилась прочь с территории участка, задевая боковым зеркалом Рона.

— Блядь! — проматерился он, отпрыгивая и хватаясь за место удара. — Больная!

Крепко сжав руль, Джинни выехала на ночную трассу, желая забыться в скорости. Она ехала так быстро, что проезжающие машины только и успевали недовольно сигналить ей вслед.

— Быстрее, быстрее… — шептала она, едва ли следя за дорогой.

Шестьдесят миль в час. Она громко всхлипывала, изо всех сил пытаясь успокоиться, не думать о матери, о чертовых правилах и стереотипах, о… Гарри. Джинни с трудом вытолкнула навязчивые мысли, как он занимался сексом с другой. Становилось больно. Больно и одиноко.

Восемьдесят миль в час. Быстрее. Ей нужно было быстрее. Она хотела разогнаться до такой степени, чтобы адреналин и страх опустошили голову, хотела забыться и не существовать в эту минуту.

«Мама. Гарри. Измена. Мама. Гарри. Измена». — Слова снова и снова крутились в мыслях, доводя до истерики. Тревога внутри разрывала на части.

— Как же все достало! Прочь из моей головы! — громко прокричала Джинни, максимально вдавливая педаль газа в пол.

Сто пятьдесят миль в час. Руки затряслись от скорости. Она чувствовала себя некомфортно. Пульс учащался, и смотреть по сторонам становилось настолько пугающе, что казалось, будто она вот-вот упадет в обморок, если хотя бы немного двинет головой.

Через несколько минут она услышала звук сирены. За ней ехала полицейская машина, пытаясь догнать.

— Черт… ч-черт! — сорвалось с губ.

Ей совершенно не хотелось быть пойманной, не хотелось разговаривать с кем-то и тем более выходить из машины.

Если мать узнает, что ее остановил полицейский, — ей конец. Но попытка избежать встречи с представителями закона казалась менее удачной идеей.

Джинни сжала руль до побеления костяшек.

Ей нужно остановиться.

***

— Хорошо поработали сегодня, правда? Ладно, Лиана, увидимся, — доброжелательно проговорил Гарри, покидая зону съемок на пятом этаже.

Сегодня выдался продуктивный рабочий день. Все кадры будущего порнофильма получались почти с первого раза, а шутливое настроение Трелони и Минервы только добавляло интереса в постановку.

Время пролетело незаметно и приятно. Давно Гарри не испытывал такого удовольствия от съемок порно. Все-таки классический секс с интересной предысторией и оральными элементами был одним из любимых клише.