Чтение онлайн

— Первородный с тобой, юный глупец, — стремительно взяв себя в руки, сказала она. — Что бы ты ни сделал, я надеюсь, тебе не придется страшно пожалеть об этом. Будь осторожен. Хотя нет… Осторожность тебе не поможет. Скажу иначе: будь готов ко всему. Тот, кого ты пытаешься обыграть, тебе не по зубам.

Услышав шаги, я к своему ужасу осознала, что Ирдана Селенант вот-вот выйдет из аудитории. Метнувшись прочь от двери, я едва успела спрятаться за ближайший угол, как шаги раздались уже в коридоре. Убедившись, что они удаляются, а значит, женщина уходит в сторону, противоположную моему укрытию, я облегченно выдохнула.

Какое-то время я прокручивала в голове разговор Сиана с Ирданой Селенант. Услышанные мною намеки насчет жертвы, которую принесла мать Наис, насчет жертв, которые готов принести Сиан, мне совсем не нравились. Ни капельки не нравились, откровенно говоря. И кого пытается обыграть Сиан? О ком шла речь?

Я, конечно, пообещала Сиану, что попробую довериться ему, но…

Глядя прямо перед собой, я нахмурилась. Ну уж нет. Я хочу понять, что здесь происходит. И я знаю, кто мне расскажет обо всем. Сначала я выслушаю его, а потом уже решу, обманули меня или сказали правду.

В любом случае, существовать в неведении и дальше было выше моих сил. Поэтому я решила — я еще раз поговорю с Логардом.

Ах, да. С Найтом. Он ведь просил меня называть его по имени.

Глава 14. МАСТЕР ИЛЛЮЗИЙ

Аудитория, где у первого курса должна была проходить монстрология, находилась на четвертом этаже главного корпуса академии. Насколько я помнила, монстрологию преподавал профессор Патин — плюгавенький старичок в очках, которого я уже видела однажды. Помнится, в тот день Ирдана Селенант строго отчитывала его за что-то и намекала на увольнение, поскольку, по ее мнению, профессор Патин не справлялся со своими обязанностями.

Зайдя в аудиторию, я осмотрелась. Профессора Патина видно не было, зато за одним из столов я заметила Лерику — она махала мне рукой, и я направилась к ней.

— А где профессор Патин? — спросила я, подсаживаясь к подруге. — Ты уже бывала на его лекциях? Про каких монстров он рассказывал?

Я могла похвастаться только своими знаниями об упырях — с этими существами мне «повезло» встретиться уже дважды. Об остальных монстрах этого мира мне еще слышать не приходилось — знала только, что здесь практически культивируют драконов.

Лерика наклонилась ко мне и прошептала:

— Я слышала, профессора Патина уволили. Говорят, он не справлялся со студентами, особенно со старшими курсами. Они на его уроках чего только не вытворяли.

Я озадаченно хмыкнула — значит, Ирдана Селенант таки выполнила свою угрозу.

— Постой, — опомнилась я. — Кто же тогда теперь преподает монстрологию?

Лерика сделала большие глаза, и я напряглась. Кажется, этот взгляд «Ка-а-ак?! Ты не знаешь?!» был мне уже хорошо знаком. И? Какой еще сюрприз меня ожидает?

В этот самый момент звонкие хлопки громкими вспышками оглушили аудиторию, заставив умолкнуть оживленный говор студентов.

Я повернула голову — от двери к преподавательской платформе, направлялся не кто иной, как Логард. Он громко хлопал в ладони, призывая всех к вниманию. И когда не осталось в аудитории ни одной пары глаз, которая не смотрела бы на него, Логард остановился возле преподавательского стола, окинул взглядом студентов и улыбнулся.

— Всех приветствую! С сегодняшнего дня я буду преподавать вам монстрологию вместо профессора Патина. Меня зовут профессор Логард. Будем знакомы.

Глядя на него, я вспомнила слова Сиана о том, что преподавательский состав Драголуна полностью укомплектован и мест нет. Однако стоит только уволить одного преподавателя, как тотчас освобождается место для нового. Очевидно, что с Логардом так и вышло. Мысленно я посочувствовала старенькому профессору Патину, хотя видела его только раз. Действительно ли он настолько не справлялся со своими обязанностями, или просто нужно было освободить место для кого-то другого, думала про себя я в тот самый момент, когда меня нашел взгляд Логарда.

В темно-зеленых глазах играли смешливые блики — кажется, один мой вид изрядно поднимал Логарду настроение. Вот только я не знала, стоит ли мне радоваться по этому поводу или, скорее, нужно огорчаться?

И все-таки… эти глаза мне словно были хорошо знакомы. Я их знала, но не помнила. Как же сложно жить, когда твоя память — чистый лист бумаги.

— А вы тоже будете заставлять нас читать скучные тома Мирового Бестиария, как профессор Патин? — раздался в аудитории чей-то тягучий, полный смертной тоски, голос.

Я невольно обернулась. Мне не составило труда понять, кто говорил — на задавшего вопрос сейчас смотрели все в аудитории.

Это был долговязый парень — его худобу и высокий рост не скрывало даже сидячее положение — с темными, собранными в длинный хвост волосами. Он сидел, лениво откинувшись на спинку стула и вытянув перед собой ноги, скрещенные в районе щиколоток. Кисти рук он засунул в карманы — словно заключительный штрих в хулиганской позе.

— Адуар Горн, — снова наклонившись ко мне, шепотом просветила меня Лерика. — Известный бузотер, скандальная личность, знающие люди советуют от него держаться подальше. Вроде бы, второй год на первом курсе, но из-за влиятельного отца его не исключают.

Логард тоже смотрел на адепта Горна, и улыбка его стала еще дружелюбнее.

— Хм, значит, лекции профессора Патина казались вам скучными, — задумчиво произнес он. — И какие же у вас требования к лекциям по монстрологии, Адуар? — по имени обратился он с вопросом к студенту.

Горн снисходительно дернул плечами и ответил:

— На реальных монстров посмотреть было бы неплохо. А то толку от ваших картинок в бестиариях?

Логард усмехнулся.

— На реальных монстров посмотреть хотите, значит?

— Да, — подтвердил Горн. — Они хоть существуют? А то ни разу не видел. Рассказывали, что на днях сквозь портал упыри прорвались, но я ту лекцию пропустил. Только вот, может, всем показалось? На первом курсе детвора, а у страха, говорят, глаза велики, может, они обычных летучих мышей за упырей приняли? Говорят, разница только в размерах.

— Прогуливал, — неодобрительно прошипела рядом Лерика и мстительно заметила: — А жа-а-аль. Что его упыри не покусали.

Похоже, Лерика обиделась, что ее назвали детворой. Если Адуар учился на первом курсе второй год, то был старше своих сокурсников, и те, кто на год младше, казались ему детьми.