Чтение онлайн

Я подлетела к Ромулу и потянула за воротник рубашки в гостиную. Он пошатнулся, но я не дала ему свалиться, вовремя подставив плечо. И пока Рыжик прижимался ко мне, я провозгласила: «У тебя мусор в волосах» и провела пятерней сквозь густую огненную шевелюру, в ладони осталась пара волосков, мгновенно спрятанных в карман сумки. Последний и главный ингредиент был добыт.

Сделав дело, я смилостивилась над находящимся в состоянии творческого порыва друга, засунула ему в рот пирожок с картошкой и благословила на стихотворные подвиги. Энберг, глядя на «заткнутого» соседа, начал громко ржать. 

«Не порядок», — подумала я, достала еще один мучной шедевр и ловко попала концом слоеной трубочки с грибами прямо в открытые от непрекращающегося смеха уста. Парень выкатил глаза и поперхнулся, не то от возмущения, не то из-за заполненного рта. 

– Жуй давай, — посоветовала я, начиная хихикать, и, махнув рукой, мы с Элаей выскользнули коридор.

— Чем сейчас займемся? — продолжая улыбаться, спросила меня подруга. Мы вошли в свои апартаменты и развалились в мягких креслах. Уставшее тело блаженствовало от этого нехитрого действа.

— Кажется, у нас завтра проверочная по географии, — припомнила я расписание и задания на неделю.

— Вот умеешь ты настроение испортить, — скривилась девушка. И было из-за чего. Если где-то можно было просто высказать свою точку зрения на тот или иной вопрос, описать процесс, который чувствуешь интуитивно и который не раз был закреплен на практике, то географию можно было только зубрить. 

Через некоторое время все месторождения и прочие экономические заморочки забывались, оставляя в голове едва ли десять процентов от изучаемого материала. И стоит ли в таком случае вообще что-то учить?

— А по какой теме помнишь? — уверенная, что я все знаю и давно уже подготовилась по всем предметам до конца года, а может даже и больше, спросила Элая. Я, конечно, учебники читать люблю, но география к сфере моих интересов не относилась. Однако, она оказалась права, что нужно знать на завтра я помнила.

— Промышленность Илонии, ее структурные и территориальные особенности, — чуть поднапряг мозг, дословно озвучила тему прошлой лекции.

— У-у-у, пойду тогда учить.

— Иди, — великодушно разрешила я, сама оставаясь сидеть в кресле. Было так лень, что я решила ограничиться прочтением параграфа перед сном. Самое основное запомню, и ладно.

Маленькие дети!

Ни за что на свете

Не ходите в Африку,

В Африку гулять!

В Африке акулы,

В Африке гориллы,

В Африке большие

Злые крокодилы

Будут вас кусать.

(К. Чуковский)

Теория оказалась такой скучной, что я не заметила, как уснула. Поэтому утром, едва проснувшись и увидев валяющуюся возле кровати книгу, я нехотя погрузилась в чтение. Все, конечно, не запомнила, но написала себе шпаргалку на руку — по одной первой букве для каждой отрасли промышленности. Оставшуюся часть параграфа сокращениями, понятными мне одной (мало того, что использовала математические символы, так еще и писала на русском) нанесла на микроскопическую бумажку и с помощью резинки для волос прикрепила на запястью. Ну вот теперь я ко всему готова.

Не знаю, чем вечером занималась соседка, но когда нам раздали листы с нанесенным на нее графическим изображением Илонии и сказали с помощью определенных значков и штриховки нанести на карту соответствующие обозначения, я начала привычную еще со школьной скамьи работу, а Элая списывала у меня. Не то, чтобы задание было одно на всю группу, но сам смысл был общим, а судя по растерявшимся студентам, они такого раньше не делали. 

Друзья ближе придвинулись ко мне, чтобы получше рассмотреть, что это я такое малюю, а после недолгого любования моими косыми палочками и кривыми квадратиками, стали похожие рисунки наносить и у себя. 

Если Энберг с Элаей неуверенно, но все же выполняли задание, то рыжий, невзлюбивший географию с самого начала, только напряженно покусывал ручку и вертел головой по сторонам.

Кстати, списать со шпаргалки не удалось, но радует, что обломалась не одна я. Не знаю, какое хитрое заклинание использовала магистр де Аверо — на расстоянии слышно не было, но закончив его читать, она прищелкнула пальцами, и со всех рядов к ней полетели предметы самого разного вида. У кого-то, как и у меня, это были маленькие бумажки, у других — огромные исписанные листы, третьи приклеили шпоры на ручки и, в связи с их «окрылением», искали запасные. И только написанные на ладони каракули никуда исчезать, а тем паче лететь не думали. 

Громкое чертыхание, разносившееся по всей аудитории ясно свидетельствовало, что не одна я поленилась выучить заданные параграфы, а значит табель успеваемости у группы сильно испортится. Я по этому поводу не переживала — рядом сидела вошедшая во вкус и строчившая со скоростью пулемета подруга, поэтому когда я вытащила из закромов памяти все уместившиеся там сведения, то недостающие данные выспросила у нее. Элая немного поворчала для приличия, но справившись со своим вариантом, стала шептать ответы на мой, а потом и Ромке стала помогать. Хотя это не сильно ему помогло — рисовать за него никто не спешил, а сам он вникнуть в суть вопроса даже не пытался.

Справившись с контрольной, мы сдали исчерканные и исписанные листы и одними из первых покинули аудиторию. Ромул, не волнуясь о плохой оценке (на удовлетворительно накарябал и ладно), тоже последовал за нами.

Что делают студенты, когда их пораньше отпускают с занятий? Конечно же идут в столовую. Вот и мы не стали портить статистику и направились что-нибудь пожевать. Уже почти дойдя до нужной двери, мы нос к носу столкнулись с профессором Ариэлой Пимплтон, выплывшей из преподавательской столовой.

— Студенты, прогуливаете? — ласково пожурила нас она. — Ко мне-то на пару придете?

— Здравствуйте, профессор, — поздоровались мы и опровергли нелестную мысль, — конечно придем, мы контрольную писали, вот нас пораньше и отпустили.

Преподавательница, улыбнувшись, кивнула и пошла в противоположную сторону, а у меня осталось чувство, что она нам не поверила. Наверное, просто показалось.

***

Сегодня у нас очень интересная тема, — вещала преподавательница артефакторики, встреченная нами чуть ранее. Будучи полной женщиной, она носила широкие темные балахоны, которые при ходьбе развивались позади нее. Вот и сейчас темно серая хламида окутывала ее, делая похожей на грозовую тучку.