Чтение онлайн

Дальше я не расслышала, потому что кто-то зарыдал.

Меня тоже шантажировали: «Если я что-то не сделаю, то он вынужден будет принять меры на грудь. В размере двух литров пива!».

Мне искренне было жалко хозяйку. Скандал продолжался.

– Еще скажи, что мусора меня прослушивают! – послышался пьяненький голос мужа, который с чувством хорошо исполненного долга откинулся спать. Меня душило негодование. Нам как бы сказали, сильно не высовываться.

– Алле, здравствуйте, - прошептала я, отворачиваясь подальше от мусорки. – Мусарня вас слушает! Внимательно слушает!

Домовенок Пузя, урча голодным пузом дождался, когда все уснут. И вылез из своего убежища, перевернув мусорное ведро.

– Кто там? – послышался сонный голос. – Ты слышал? Мы что? Кота на кухне заперли?

– Мяу! – мяукнула я, не ожидая от себя таких выдающихся талантов. Ступая тихо-тихо, я решила воспользоваться шансом сбежать наконец-то домой. А что? Что в этом плохого? Ну не досчитаются одной студентки!

– Вот пушистый засранец, - послышался зевок, пока я осторожно кралась к холодильнику. На столе лежал старенький разбитый телефон.

И я решила позвонить кому-нибудь, чтобы меня отсюда забрали. Как ни странно, телефон не стоял на блокировке. Видимо, трещины на экране появились не спроста и научили его, никогда не ставить блокировку или графический ключ.

Пока я радовалась телефону, в голову медленно кралась мысль о том, что я не помню ни одного номера наизусть. И тогда я решила зайти на свой профиль в соцсети.

– Что?! – обомлела я, глядя на свою фотографию и кучу свечек под ней. Обычно куча свечек – это либо день рождения, либо… «Покойся с миром!», - прочитала я, листая ленту.

От неожиданности я присела на скрипучий стул.

– Погодите, это какая-то ошибка, - прошептала я, читая уйму соболезновании на своей стене. – А это вообще кто? Я впервые о таких слышу!

– Я что? Умерла? – удивилась я, не веря своим глазам. Погодите! Одну минутку! Я подняла телефон и поднесла его к окну, чтобы поймать сеть.

– Не может быть, - ужасалась я, читая новости. – Да как же так?! Я же вот! Живая!

«Добро пожаловать в Академию Нечисти!», - вспомнила я.

– То есть, я стала нечистью?

Дрожащей рукой я положила телефон обратно и уронила кружку с недопитым чаем. Пытаясь подхватить ее, я толкнула локтем банку с огурцами. Банка с огурцами полетела в мойку с посудой. Раздался оглушительный «бзеньк!».

– Что там?! – резко проснулись хозяева, пока я смотрела на разбитые тарелки. Пытаясь найти себе убежище, я зацепила табуретку и уронила ее. На кухне было темно, а где включатель, я не знала. Табуретка упала на холодильник. Тот умудрился покачнуться на прогнившем деревянном полу. И оттуда на меня посыпались какие-то таблетки.

– А ну вон отсюда! – грозно и жутко орал мужик. – Да я тебе сейчас ноги повыдёргиваю!

– Может, сходишь, посмотришь? Чего расселся, как петух! Мужик ты или где?! – послышался перепуганный женский голос, пока я ставила табуретку на место, больно ударяясь спиной об угол стола.

– Да не, я и отсюда поору! Иди глянь, что там! – кивнул мужик, пока я превращала убогий ремонт в настоящую разруху.

– Мяу! – свалила я всю вину на кота. Котик посмотрел вокруг и оценил масштабы урона. Он бросился на стекло, словно внезапно решил уйти из зоны комфорта. Недели на две. А может, быть и дольше. А может, навсегда.

Когда он оборвал штору, припечатав меня карнизом, кот стал биться в окно еще усердней. Он пытался выбрать кто он? Не жилец в квартире или просто нежилец! И первый вариант показался ему куда более соблазнительным. Словно с помойки повеяло свежим вбросом.

Я решила сделать доброе дело. Поэтому открыла окно. Теперь Гринпис должен мне медальку за спасение кошачьей жизни. Кот пулей, не переставая какать на ходу, вылетел из дома и растворился в кустах.

– Мамочки! – кричала женщина в комнате, пока я пыталась залезть под стол и прикрыться клеенчатой скатертью.

Внезапно на кухне вспыхнул свет, и послышались шаги.

– Что это? – спросила женщина дрожащим голосом. – Ой! О

– Это ты во всем виновата! – заорал муж. – Я же говорил! Нормально ставить надо!

Я смотрела, как он ходит вокруг стола. Его протертые спущенные штаны с пузырями на коленях описывали вокруг меня уже третий круг.

– Я все приберу! – скулила женщина. – Я все приберу!

– И пожрать мне, раз уж встали! – буркнул мужик, падая на табурет.

Мне было искренне жаль несчастную жену, которая вытаскивала осколки из раковины и бросала из в помойное ведро.

– У нас домовичок завелся, - вздохнула она, шурша мусорным пакетом. – Вот, держи! Разогрела…

 - Опять щи? – выругался мужик. – Когда ты готовить нормально научишься! Рукожопая!

Я не выдержала, видя его широко расставленные колени. А потом мысленно попросила прощения у всех приличных девушек и бабушек у подъезда.

– Аааа! – внезапно заорал муж, когда я сжала что есть силы в руках оплот мужества, фабрику по производству тестостерона, детский сад на экспорт и так далее…

– Ыыыы! – послышался хрип.

Я высунула перепачканную мордочку, чтобы мужик меня видел. Он посмотрел на меня круглыми глазами, бросая ложку на пол.

– Ну как щи? – спросила жена, видимо по привычке прослушав все ругательства в свой адрес.

– Говори, что вкусно, - ответила я, глядя на ошалевшего мужика. Он хотел вырваться, но я крепко держала заложника.

– Вкусно, - выдохнул мужик. И от себя добавил. – Очень!

– Правда? – спросила жена. И голос у нее изменился. Даже потеплел!

Он опасливо взял с пола ложку, пока я держала его мушке.

– Еще раз назовешь жену словом плохим, я тебе … - выругалась я шепотом. Быть семейным психологом иногда очень приятно.

– Тебе картошечки жареной подогреть? – спросила жена.

– Д-д-да, подогрей, - послышался голос мужа, который смотрел на меня. – Пожалуйста…

И тут я ослабила бдительности, немного отвлекшись на дребезжащий холодильник. Он брюзжал, словно старый дед: «Скоро сдохну! Скоро сдохну!».

Мужик покачнулся и упал вместе с табуреткой.