Чтение онлайн

— Если захочешь остановиться, только скажи, — серьезно прошептал Деонт и наконец коснулся моих губ.

Целоваться с ним приятно, даже очень. Это действо так захватило меня, что я даже не заметила, как оказалась без кителя и в расстегнутой рубашке, под которой уже вовсю хозяйничали мужские руки.

Когда эти руки легли на мои груди и чуть их сжали, меня наполнило чувство правильности, уверенности, что мы делаем именно то, что надо. Так и должно быть. Но это не единственное вдруг вспыхнувшее ощущение…

Я прерывисто вздохнула и попыталась теснее прижаться к большим ладоням, которые уже успели чуть приспустить чашечки, поддерживающие мое достояние.

Прикосновение его пальцев к напряженным соскам пронзило током все тело и отдалось сладкой тяжестью где-то внизу живота. А когда мужчина оторвался от моих губ и, наклонившись, втянул в рот розовую горошину, я не смогла сдержать вздох. Или это был стон?

— Чувственная девочка, — прошептал мне на ухо, обжигая дыханием, мужчина и аккуратно опустил на мягкий ковер. Плечи мои и почти вся спина оказались обнажены, и от прикосновения длинных ворсинок к напряженному, как струна, телу внизу сладко заныло.

Мужчина опять завладел моими губами, но на этот раз я не растерялась и коснулась ладонями каменного пресса. Его рубашка тоже куда-то подевалась, но меня больше волновал все еще наличествующий ремень брюк, который мне так и не удавалось расстегнуть дрожащими руками.

Провела ладонями по животу, груди, плечам, вызвав прерывистый вздох мужчины. И он опять набросился на мои губы, потом спустившись к соскам. Его руки хозяйничали практически по всему телу, правда, этому слегка мешали мои брюки и до сих пор не до конца снятое белье.

Конечно, собираясь сегодня на учебу, я думала о том, к чему наша встреча может привести. Но вот, что снять гибкое бюстье с завязками сзади будет проблематично, как-то не догадалась.

Впрочем, Аран решил эту проблему. Шепнув: “Я подарю тебе хоть миллион таких”, - он отрастил огненный коготь, просто разрезал плотную ткань и отбросил ее в сторону.

Я не могла не восхититься таким самоконтролем, но, когда он нацелился на брюки, тут уж пришлось возмутиться.

— Мне еще до комнаты добираться, — прошептала, чуть оттолкнув. Деонт на это лишь ухмыльнулся.

— Тогда приподними бедра, малыш, — тоже прошептал он и одним движением сдернул с меня оставшуюся одежду, включая белье.

То, с каким выражением лица он пожирал меня глазами, отдалось жаром в каждом уголке тела, прокатилось волной от разом заалевших щек до поджатых пальчиков на ногах, а потом скрутилось в тугой узел внизу живота, заставив сильнее сжать ноги.

— Ты очень красивая, — прохрипел мужчина.

Его рука легла на мою, все еще путешествующую по его груди, и переместила ниже, туда, где еще недавно все самое интересное закрывала ткань брюк.

Я опустила глаза и… Мамочки! И вот этим… Ой! Дернулась, моментально протрезвев от этих горячих, обволакивающих изнутри ощущений.

— Тише, тише, — ухмыльнулся он и опять накрыл мои губы своими, возвращая гуляющее по телу возбуждение.

Он навис надо мной, заставляя задохнуться от новых ощущений. Тяжесть мужского тела была непривычной, но не отталкивающей. Рука его прошлась, лаская, по бедру. Коленом он развел мои ноги, устраиваясь между ними и не прекращая целовать губы и ласкать грудь.

Дернулась, когда его пальцы заскользили по влажным складочкам, нашли точку, в которой, казалось, скопилось все мое возбуждение. Несколько раз Аран обвел ее, но до центра не дотронулся. Я что-то замычала в его губы недовольно, попыталась вывернуться и свести ноги, но он был неумолим и продолжил мучение.

Горя в огне поцелуев и ласки, я почти не заметила, как что-то твердое оказалось у моего входа. Отметила краем сознания, и все. Не придала значения. Слишком уж меня захватило то, что Деонт со мной делал.

Так что, когда Аран одним слитным движением толкнулся в меня, я даже сначала не поняла, что происходит. Боль была терпимой, только неприятное ощущение, будто что-то распирает изнутри, не давало двинуться и вздохнуть.

— ТТТтттттт, сейчас привыкнешь, — прошептал мужчина и снова завладел моими губами, отвлекая от новых, острых ощущений. Потом он обратил внимание на соски и, только дождавшись возбужденного стона, приступил к активным действиям.

Вот тогда-то я и почувствовала, как внизу все саднит. Это, пожалуй, было даже неприятнее самого первого проникновения. Правда, очень быстро почти сошло на нет. Теперь ощущались только толчки и возбуждение, становящееся с каждой новой фрикцией все сильнее.

Я обхватила бедра мужчины ногами, стараясь как можно плотнее прижать к себе, подставляла губы под новые поцелуи, уже не нежные, почти укусы.

И я взлетала все выше и выше.

Несмотря на саднящее ощущение внизу, несмотря на новизну происходящего, я чувствовала одновременно необыкновенную легкость и напряжение, расходящееся жаркой волной по всему телу.

Толчок, еще один.

Аран не отпускает моих губ, а его рука путешествует по телу, оставляя выжженные узоры на бедрах, груди, плечах. Сила вокруг ревет, кажется, в такт нам. А я могу видеть только его, смотреть в его расширенные зрачки, цепляться за его плечи.

Толчок.

Его пальцы обводят по кругу ту самую точку, в которой, кажется, сконцентрировались все мои ощущения. Дотронешься — расплавлюсь.

И он дотрагивается. Всего пара уверенных движений, и мир вокруг разбивается, прорезанный белыми всполохами. Еще толчок, и Аран замирает, а магия валом обрушивается на нас, подминая под собой мое уже и так почти бессознательное тело. От практически непереносимого удовольствия в глазах пляшут огненные искры, наши тела дрожат, а сознание уплывает в этот белый свет.

Но еще ничего не закончено. Волна магии, захлестнувшая нас, впивается в каждую клеточку, заставляя кричать от боли и одновременно вздрагивать от восторга. Да, это так правильно, так и должно быть.

Сила! Она невероятна, первобытна. И она наша. Одна на двоих.

Не знаю, сколько прошло времени, одна секунда или вечность, перед тем как я очнулась. С трудом повернула голову, пытаясь посмотреть на мужчину, что лежал рядом.