Чтение онлайн

— А если она доложит отцу? Если про нас узнают?

— Узнают про профессора и служанку? Это скандал, но не смертный приговор. А если узнают про мага Хаоса — приговор.

Я молчала. Смотрела на него. На его лицо. На шрам на боку, который я залечила. На метку, спрятанную под рубашкой.

— Хорошо, — сказала я. — Давай.

Он кивнул.

— Тогда иди. Завтра начнём.

Я вышла.

В коридоре остановилась, прислонилась спиной к стене. Прижала руки к груди — там, где сердце колотилось как бешеное.

Он сказал правду. Он не будет притворяться.

Значит...

— Боги, — прошептала я в темноту. — Помогите мне не влюбиться.

Было поздно.

Я уже влюбилась.

– --

После разговора в подземелье я вернулась в свою каморку, рухнула на койку и уставилась в потолок. Темнота давила на глаза, сквозняк из щели в стене заставлял ёжиться даже под тонким одеялом, но я ничего не замечала.

Перед глазами стоял он.

«Я не умею притворяться, Айрис. И не буду».

Что это значило? Что он чувствует на самом деле? Или просто хочет, чтобы я поверила? Или...

Я зарылась лицом в подушку и застонала.

— Дура, — прошептала я в ткань. — Самая настоящая дура.

Но сердце не слушалось. Оно колотилось где-то в горле каждый раз, когда я вспоминала его глаза. То, как он смотрел на меня. То, как его пальцы касались моего подбородка.

Я перевернулась на спину. За окном (если щель в стене можно назвать окном) начинал брезжить рассвет. Серый, холодный, безнадёжный.

— Ладно, — сказала я себе. — Вставай. Работа не ждёт.

– --

Утро тянулось бесконечно.

Я мыла полы в восточном крыле, драила каменные плиты щёткой, пока руки не начинали гореть. Вода в ведре быстро становилась ледяной и грязной, я меняла её, снова мыла, и так по кругу.

Мимо проходили студенты. Кто-то не замечал меня, кто-то перешагивал через ведро, не глядя, кто-то бросал короткие взгляды — и отводил глаза. Я была мебелью. Частью интерьера.

— Айрис!

Я подняла голову. Лиам бежал по коридору, размахивая какой-то книгой.

— Ты чего здесь? Я тебя везде ищу!

— Работаю, — я выжала тряпку и шлёпнула её обратно на пол. — Как видишь.

— Слушай, — он присел рядом на корточки, понизив голос. — Тут такое дело. Я вчера вечером видел кое-что.

— Что именно?

— Твою подружку. Сесилию.

Я замерла с тряпкой в руках.

— Она не моя подружка.

— Ну та стерва, которая тебя на балу задирала. Она вчера поздно вечером была у ректора. Вышла оттуда с таким видом... — он покачал головой. — Довольная, как кошка, которая сожрала канарейку.

У меня внутри всё похолодело.

— Ты уверен, что это она?

— Своими глазами видел. Я с факультета шёл, мимо главной башни. Она выскочила оттуда, чуть меня не сбила. И улыбалась. Знаешь, такой гаденькой улыбочкой.

Я сжала тряпку так, что вода потекла по пальцам.

— Спасибо, Лиам.

— Ты чего побледнела? — он встревоженно заглянул мне в лицо. — Что-то случилось?

— Всё нормально.

— Айрис...

— Правда, Лиам. Всё хорошо.

Он смотрел на меня с сомнением, но кивнул.

— Ладно. Если что — я рядом.

— Знаю.

Он ушёл. А я осталась стоять на коленях в луже грязной воды, и думала только об одном: зачем Сесилия ходила к ректору?

И что теперь будет?

– --

Вечером я спустилась в подземелье.

Ноги несли сами. Я даже не думала, просто шла по знакомому коридору, считала ступени, ловила себя на том, что почти бегу.

Дверь была открыта. Киран стоял у стола, перебирая какие-то бумаги. При моём появлении поднял голову.

— Ты рано.

— Она была у ректора.

Он замер.

— Что?

— Сесилия. Вчера вечером. Лиам видел, как она выходила от ректора. Довольная.

Киран отложил бумаги. Подошёл ближе. Я вдруг заметила, как напряглось его лицо — скулы заострились, глаза потемнели.

— Это плохо, — сказал он.

— Я знаю.

— Если она что-то рассказала ректору...

— Что тогда?

— Тогда нас обоих вызовут на Совет. Будут допрашивать. А если ректор заподозрит неладное, он может пригласить Инквизицию.

У меня сердце ухнуло в пятки.

— Инквизицию?

— Да.

Он взял меня за плечи. Сильно, почти до боли.

— Слушай меня внимательно. Если нас вызовут, ты ничего не знаешь. Ты просто служанка, которая помогает в библиотеке. Ты не знаешь никакой магии. Ты не знаешь никаких тайн. Ты ничего не видела и не слышала.

— А если они применят сыворотку правды?

— Не применят. На служанок не тратят.

— А на тебя?

Он усмехнулся. Горько.

— А на меня — да. Но я справлюсь.

— Киран...

— Ничего не бойся. Я вытащу нас.

Я смотрела на него. На его лицо в свете магических огней. На золотые глаза, в которых горела такая решимость, что у меня перехватило дыхание.

— Зачем ты это делаешь? — спросила я шёпотом.

— Что именно?

— Рискуешь собой. Ради меня.

Он молчал. Долго. Так долго, что я уже решила — не ответит.

А потом он убрал руки с моих плеч. Отвернулся.

— Потому что я уже однажды не спас, — сказал он тихо. — Твою мать. Я стоял под окнами и смотрел, как вы живёте. Думал, что успею. Думал, что будет завтра, послезавтра, через неделю. А завтра не наступило.

Он сжал кулаки.

— Я не повторю эту ошибку.

Я смотрела на его спину. На напряжённые плечи. На то, как он дышит — тяжело, рвано.

— Это не твоя вина, — сказала я.

— Знаю.

— Правда. Ты не мог знать.

— Знал.

Он резко обернулся.

— Я знал, что Инквизиция ищет магов Хаоса. Знал, что рано или поздно они придут. И ничего не сделал.

— А что ты мог сделать?

— Предупредить. Увести вас. Спрятать. Я же ищейка, Айрис. Я умею прятать людей.