Чтение онлайн

– Юго-запад, топор в правой руке, левая… возможно, шокер, контакт через… три, два, один.

И без её счёта чувствую его приближение, спасибо хвосту. Град ударов обрушивается на FBOT, большинство из которых мне удаётся блокировать.

– Ищу уязвимое место, – бормочет Кэмэрин. – Держись, судя по расчётам и моторике движений, попробует перерезать топором горло.

Конечно, это не буквально. Никто мне голову не отсечёт, но покалечить может. И, главное, испортит FBOT.

– Врубаю «ошейник».

– Уверена?!

– Да.

Вокруг шеи, вытягиваясь из неприметных пазов в противоположные друг от друга стороны, начинают двигаться обручи, жадно молотя воздух острыми как бритва лезвиями.

Его смертоносный захват принимаю сама, открывая шею для более удобного удара.

– Иди ко мне, малыш, – шепчу плотоядно.

Третий понимает о ловушке слишком поздно.

Ловлю его руку, прижимаю к шее подбородком и фиксирую второй рукой. Арена ревёт ошалелой толпой, ведущий, как всегда, в полном восторге! Визоры окрашиваются кровью третьего, а топор летит на пол арены.

– Пусти! – хрипит он. – Ты почти до кости достала, квазарова сучка!

– Сейчас пойдёт отдача, отпускай, – вторит ему Кэмэрин.

Всем хорош «ошейник», но не зря он так называется.

Отпускаю третьего, он хватается за травмированную руку, балансируя на моноколесе, баюкает её, скуля. В те секунды, что ещё стою на ногах, подхватываю его же топор, отсекая от единственного возможного способа передвижения. Оставить его – прямая угроза. Третий вновь истошно орёт, и я вместе с ним. Обручи встраиваются назад в мехкостюм, прошивая тело разрядами тока. Падаю на четвереньки, пропарывая стоптанную землю когтями.

– Ещё минута, – в голосе Кэм стужа льдистых гор. Высшая степень сострадания с её стороны. – Порядок?

– Где Берг? – шиплю в ответ.

– Почти у аквариума.

– Магнитар ему в зад, не дам пройти! – рычу диким зверем, подрываясь с земли.

– Откат же, Йен.

– Сейчас пройдёт. – Пошатываясь, начинаю движение. FBOT слушается, но меня покачивает, словно выпила настойку из тритоновых водорослей. Отдаю ИИ короткие команды по очистке сканеров от крови и налипшей пыли.

– По данным системы, «ошейник» на месте. Ты как?

– Не настолько хреново, как могло быть. Дай расчёт максимального пути, чтобы я могла его догнать.

– Прыжками, от точки пятнадцать сразу на двадцатую позицию, если выйдет, на тридцатой отметке догонишь.

– Принято, действуем.

– Вы только посмотрите на эту разъярённую девчонку! Честное слово, не завидую Идану Бергу, когда она в гневе! Восемь из двенадцати FBOT отправляются если не на свалку, то на капитальный ремонт! Слышите, приспешники Шакса, вас сделала девчонка! – почти что агонизирующий диктор расходится не на шутку. – Уф, мне жаль ваши кошельки, если вы поставили не на первую или вторую команду. А те, кто молодец… хе-хе-хе, ставки возросли, не так ли? Борьба за первое и второе место! Кто в этот раз зажжёт факел победы? Напоминаю, две прошлых арены остались за командой Ашхен. Чёрные дыры мне в одно место, чую, будет и третья!

«Мне бы твою уверенность…»

Чего мне стоит продолжать эту гонку, знает только Кэм. Квазаров Ирвин прошёл все испытания так, словно ему кто стимуляторов в витаминный коктейль подсыпал! В самом деле, чего он объелся?! Если бы я не была уверена на всю тысячу процентов о проверке на допинги, сказала бы, что таки ужрался под самую завязку!

– Кто-нибудь уже запихнёт ему микрофон в зад? – ворчу в динамик.

Кроме Ирвина соперников у меня больше нет, а этот во-он, уже занял свой угол ринга, медленно расхаживает после спринта, молодец какой, знает, что резко замедляться чревато. Поджидает, просчитывает. Да и я не спешу, такой роскоши, как замедление перед боем, иметь не буду. Так что стоит сделать это сейчас. Ничего, не помрёт от ожидания.

– Это ведь Крис разрывается? – фырчит Кэмэрин, понимая, как меня бесит ведущий.

– Он самый.

– Зря ты ему зуб не выбила на весенних отборочных. – Как всегда, в последние минуты связи стараемся поболтать о чём-то будничном. Напряжение схватки и так запредельное.

– Точно зря, – соглашаюсь с улыбкой. – Так бы сейчас мило шепелявил.

Кэм хмыкает. Молчим, думая каждая о своём.

– Что дальше, Йен?

– Ты сама понимаешь.

– Не вытянешь?

– Сделаю всё, что смогу. Но не уверена полностью.

– Слабое место озвучить?

– Его или моё?

– Ваше…

Нервно сглатываю.

В последней реплике подруги звучит странная недосказанность, как будто намёк на то, что она знает.

НАШЕ слабое место… Теперь оно точно есть. Общее, на двоих. Унизительное, сладкое, запретное.

Продолжая двигаться по инерции, прикрываю глаза, вспоминая нашу близость… след моих зубов на его шее, а на его плечах – от моих ногтей. Одно на двоих дыхание, ритм сердца тоже один. И смогли ведь повторить на «рубаке»…

Секрет…

Наш гнусный, невообразимый, подлый, жестокий секрет. Слабое место. Наше. О, я знаю, где Ирвин уязвим теперь… там же, где и я.

«Если кто-то узнает…»

– Эйелен, у тебя повысился пульс, и сердечный ритм подскочил.

– Конечно, – недовольно морщусь, – подходим к арене. Как представлю, что сейчас кишки почти к небу подлетят, так и плохеет.

– Как думаешь, с чего начнёт?

Я знаю Ирвина почти пять лет. И каждый, мать его, раз, когда нас сводило на арене, не могу предугадать его действия.

Арена… Здесь мы будем один на один. В гравитационном коконе, отрезаны от связи с внешним миром.

«Зато он сможет тебе грубить, Йен. Да, и непременно воспользуется возможностью. Будь готова».

Подхожу к стальным канатам.

– Ну… – тяну Кэмэрин, – я пошла.

– Удачи не желаю. Жду с победой.

– Давай.

Как только переступаю гравиканаты, присоединяясь на арене к Бергу, костюм сжимается, истошным писком подтверждая вход в зону пониженной гравитации. В голове шумит, желудок подскакивает к горлу, а пространство вокруг меня неприятно качает из стороны в сторону. Мысленно подаю команду ИИ на перенастройку показателей и распределение напряжения по всему полотну наноткани мехкостюма. Тело вмиг становится невесомым.

– А вот и финальный танец наших голубков! Это будет эпично, дамы и господа. Эпично! Ведь на кону не просто очередные баллы и тритоны!

– Соскучилась, кисонька?

Голос Ирвина запускает по коже табун мурашек. Что ещё за квазарова реакция?

– Не разговаривай со мной!

То ли просьба, то приказ. Сама не понимаю, что выдаю. Но здесь выключить связь не выйдет. Берга не заткнуть, если он сам не захочет. А он не захочет. Всегда пытался достать меня не только тычком, но и словом. Раньше не трогало особо, теперь у НАС, твою мать, есть слабое место. И я понимаю, что не успела прожить, проработать и выработать стратегию, правильную реакцию на ЭТО.