Чтение онлайн

– Войс, подстрахуй меня. Один тело отца я точно не дотащу.

– Блейз, тебе этот замок ничего не напоминает? Очень похоже на тот, в котором мы передвигали фигурки.

– И правда, Войс, ты очень наблюдательна! Нужно вспомнить, в какой стороне башня.

– Да ее и из окна хорошо видно.

– И правда, дай-ка я, – оборвав себя на полуслове, я зацепил пеленатель за карниз, что есть силы раскачался и долбанул ногами по стеклу, пролетев демон знает сколько. Приземлился прямо в колючие кусты. Мантию знатно потрепало, а на черном подоле проступили характерные пятна.

– Такие же пятна были на мантии Кэрна, я это точно помню! Войс, получается, он тоже был тут!

– Блейз, я чувствую, как нагрелся кулон. Мари явно рядом, будь осторожен.

– Не переживай. Хотя мне приятно, что ты за меня волнуешься, – вновь нырнул я в кусты, так как совсем рядом просвистел еще один энергетический шар.

– Трэвор, какой же ты робкий! Но не думай, что надежно спрятался, рано или поздно я все равно тебя найду!

– Ты еще не знаешь, какой сюрприз ждет тебя, – прошептал я одними губами, выползая из кустов и буквально сливаясь со стеной замка, медленно пробираясь к подножию башни.

– Удивительно, как мы смогли пройти незамеченными, – веселилась Войс, но по тому, как дрожал ее голос, я понял, насколько ей было страшно.

Я быстро поднялся по винтовой лестнице, толкнув скрипучую дверь, и замер: прямо передо мной на кровати в обнимку лежали два тела: Дэй нежно обнимал то ли Ванессу, то ли Эйри.

– Отец, проснись! – Я потормошил Дэя, но он лишь нехотя открыл раскосые глаза, выпустив тело девушки из объятий.

– Где это я? – неожиданно вскрикнул отец, а Войс вздохнула.

– Я точно не знаю, где мы, но обещаю, что скоро выберемся отсюда! – я протянул отцу руку, но тот лишь отшатнулся, пролепетав с недоверием:

– Кто ты? И почему в моем теле? Это я – Блейз Райн.

И тут я понял, что крыша поехала не только у меня.

– Отец, они, наверное, промыли тебе мозги. Блейз Райн – это я, адепт первого курса Академии Сновидений, у меня есть девушка, ее зовут Нэнси. Также у меня есть друг, Трэвор, и подруга, Фелиция, но она любит, когда ее зовут…

– Фэли. Все верно. И ты все очень складно рассказываешь, только вот Блейз все равно я. И у меня действительно есть отец, Дэй Райн.

– В теле которого ты сейчас и находишься. Если ты действительно Блейз, – неожиданно подала голос Войс.

– Ты тоже это слышал? Кто это говорит? – Дэй закрутил головой в поисках источника голоса.

– Это очень долгая история. Можешь считать, что это говорит душа девушки, тело которой ты сейчас обнимаешь.

– Что еще за чертовщина? – Дэй тут же выпустил тело из объятий, одним прыжком поднявшись с кровати.

– Кто из нас действительно Блейз, не так важно. Сейчас нужно выбираться отсюда. Каково твое последнее воспоминание?

– Отец вдруг неожиданно согласился на мое обучение в Академии, хотя до этого четко сказал: «Только через мой труп», – быстро начал говорить Дэй, одергивая рубашку, с которой комьями летела пыль. – Он сказал, что у него серьезный разговор, и попросил прийти на встречу в замок, еще до начала обучения. Я точно помню, что мы без труда проникли в здание, и… на этом воспоминания обрываются, – грустно склонил голову детектив.

– Вот как… Ректор Норт рассказал нам о том, что Дэй планировал использовать Блейза, то есть, выходит, тебя, в расследовании, – осторожно начал я.

– Блейз и тот, кто себя им считает… Я слышала, что Нэнси говорила о том, что ты терпеть ее не можешь.

– Не говорите мне про амойру, такая гадость! – очень натурально скривился Дэй. Или все-таки Блейз?

– Блейз, который в теле Дэя. Ты не помнишь, как отец относился к амойре?

– В гастрономическом плане? – подмигнул Дэй, а Войс издала какой-то странный звук. – Да шучу я, шучу. Вроде он ее спокойно ест. А вот у меня на нее даже аллергия. Да и как можно есть мясо с таким отвратным запахом? – вновь скривился Дэй, будто бы кислятину съел.

– Ясно. Ребята, нам правда пора выбираться отсюда. Дэй, я пока буду обращаться к тебе именно так. В Академии вновь начали пропадать студенты. И, скорее всего, отец именно поэтому не разрешал тебе учиться здесь. Мы уверены, что жертв на самом деле больше, чем указано в деле. Мы проверили всех действующих преподавателей, что проходили по делу, но они оказались чисты. Под подозрение попали сестры, Ванесса и Эйри, которые работали в Академии ранее, несколько веков назад. Ванесса стала одной из первых жертв, но у Эйри не было явного мотива убивать сестру, хотя Дэй четко написал, что «сестра – ключ». И я совсем не понимаю, как все это связано с тем, что какой-то ненормальный шагар сейчас гоняется за нами на пару с девушкой Кэрна, Мариэллой.

– Н-да… Дела, – Дэй лишь пожал плечами, покосившись на тело одной из сестер. – А она красивая, очень. Даже, наверное, во вкусе отца… Дэя, то есть. Я… Я так хотел ему помочь, но в моей жизни почему-то все пошло наперекосяк. Еще этот глупый спор… Нэнси, наверное, до сих пор видеть меня не хочет? – Дэй в упор взглянул на меня, а я чуть стушевался под его взглядом.

– Нет, все хорошо. Я… помирился с Нэнси, не без помощи Фэли и… Войс. И поверь, Гн… Нэнси, то есть, тебя очень любит.

– Ты, наверное, хотел сказать «Гномик»? Отец очень часто ее так называл.

После слов Дэя внутри все прямо похолодело. Неужели Дэй Райн это на самом деле я и есть?

Внезапно кожу обожгло кулоном, я чуть пополам от боли не согнулся.

– Так-так-так… Спелись, значит, голубчики, – в дверях показалась голова Мариэллы. – Отойдите друг от друга на безопасное расстояние, живо! – На ладони Мари угрожающе поблескивала энергетическая сфера.

– Вот они где! Милая, решила оставить все веселье себе? – со стороны окна к нам приближался… шагарий вожак, чтоб его.

Я замахнулся пеленателем в сторону ощеренной пасти, а шагар лишь утробно рассмеялся и дико зарычал, готовясь к прыжку. Пока я возился с вожаком, Дэй взял на себя «танцы» с Мари, которая в одно мгновение превратилась в Нэнси.

– Что, не ожидал увидеть своего Гномика? – Девушка хищно оскалилась и стремительно обхватила его горло гибким металлическим жгутом. – Ну как, нравятся тебе мои игрушки? – вновь ощерилась она, наблюдая, как Дэй с хрипом упал на колени.

– Просто… в… восторге… – прохрипел он из последних сил, а я увидел, как в руке отца что-то блеснуло. – А как тебе мои?