Чтение онлайн

— Ты пожалеешь о том, что сделала! — угрожающе крикнул тот ей вдогонку. — Не учиться тебе в моей Академии!

Но Маруся и тут не растерялась.

— Во-первых, не Вашей, а принадлежащей Тридевятому царству! — терпеливо разъяснила она мерзкому старикашке. — А, во-вторых, если Вы попытаетесь мне помешать честно проходить испытания или фальсифицировать результаты их прохождения, я обращусь вот к этому хрустальному шару, который, как я поняла, всё записывает и запоминает! Так что потом пеняйте на себя, Кощей Кощеевич!

И, демонстративно хлопнув дверью, вышла прочь.

Правда, осознание того, что произошло, её настигло там, в ночи, и расстроилась она совсем не из-за того, что какой-то там старый, кхм, чихун, пытался облапать её. Нет! На самом деле она очень боялась, что теперь ей точно не светит учёба в Академии. А, значит, и замужество, скорее всего, тоже…

Редко с ней такое бывало, но тут Маруся почувствовала, как слёзы подступают к глазам. И так разреветься захотелось, что совсем невмоготу стало. Она даже всхлипнуть успела, подходя к родному общежитию, но следующая увиденная ею картина заставила девушку забыть о горестях.

В предрассветной тишине было отчётливо видно, как к окну их с Алёнушкой и Снегурочкой спальни, были протянуты три каната, по которым едва слышно матерясь себе под нос, ползли вверх три фигуры. Две явно были человеческими, и лишь одна казалась большой, громоздкой, и по силуэту четырёх голов нельзя было ошибиться, кто это.

Маруся подошла ближе, наблюдая за ними снизу-вверх, но пока что осталась незамеченной. А потому могла продолжать наблюдать за этими странными состязаниями, что устроили в час ночной Елисей, Златогор и Пересвет…

Парни, пыхтя, продолжали подниматься и успевали ещё о чём-то переговариваться таким громким шёпотом, что грозили разбудить всё женское общежитие. Вот шуму тогда будет! Но Марусе всё же было интересно, с какой целью они это делали и чем это должно будет закончиться. Она даже про горести свои успела забыть, прислушиваясь к их пыхтению.

— Всё равно она будет моей! — кичливо бросил Пересвет, едва переставляя уставшие ладони по крепкому канату, и всё же не отступая.

— Нет, это я на ней женюсь! — в отместку ему заявлял Елисей.

— Маруся меня выберет, парни! — не отставал от них Златогор. — Вам тут ловить вообще нечего!

Ах, вот они чего тут собрались! Состязание за её руку, сердце и другие не менее важные органы решили устроить! Похвально, конечно, но… Маруся даже рассердилась! Ни один из них даже не вспомнил, где она эту ночь должна была провести?! Неужели вот так вот взяли и забыли, что подруга их чуть в логове Кощея не сгинула?! Ну, ладно, пусть тот и был ректором, но, как показала практика, ничем он от других похотливых мужиков сильно не отличался. А эти горе-женихи вместо того, чтобы из лап его красавицу спасти, решили спортом на ночь глядя заняться, силушку свою доказать!

Придурки…

— И куда вы собрались?! — крикнула она им, устав наблюдать за их мучениями. — Совсем очешуели?! Поздней ночью, да незамужних дев так пугать!

Парни не ожидали такого поворота событий. Замерли, не зная, что им делать дальше. Вроде ползли, мучаясь, наверх к Марусе. А она каким-то странным образом внизу оказалась…

— А ну, спускайтесь… хулиганы! Не то полицию вызову! — ничего умнее не придумала девушка, как пугать их несуществующим в этом мире правоохранительным органом.

Однако парни ничего не поняли, но подчинились, запыхтев обратно.

— Чего это вы тут устроили? — продолжила отчитывать их девушка, когда все трое спустились и, понуро опустив головы, виновато предстали перед ней. — Елисей!

— Состязание, за тебя, Маруся… Кто бы первый добрался до твоего окна, тот и победил, — пояснил названный «жених».

— А вы никого спросить не забыли?.. — ещё пуще нахмурилась девушка. — Меня, например?!

— Ты же нам до сих пор ничего не сказала, кто тебе по сердцу больше мил, — это уже был Пересвет. — Вот мы и решили всё сами сделать…

— А ты-то, Златогор! — пропустив его слова мимо своих хорошеньких ушей, решила пристыдить Змея Горыныча Маруся. — Куда полез-то?! У тебя ж крылья есть… И с твоим весом просто небезопасно так лазить!

Но тот даже глаз на неё не поднял.

— Дык, мы же хотели, чтобы всё по-честному было. На равных, так сказать, условиях…

Маруся лишь с укором покачала головой, но тут парни неожиданно объединились, проявив невиданную солидарность.

— Ты нам прямо сейчас скажи, Маруся! — заявил Елисей. — Хватит нас мучить! Я которую ночь не сплю…

— И я! — подхватил Пересвет.

— И я.., — поддержал их Златогор.

И тут Маруся поняла, что она действительно попала…

Ну не знала Маруся, что им ответить! Просто не знала! Сердце её, без сомнения, тяготело к Елисею, вот только царевичем он был несколько странным. Златогор был богат и с ним она прожила бы всю оставшуюся жизнь, как сыр в масле катаясь, вот только нечеловеческий вид этого жениха, да четыре головы с зелёным цветом в придачу, шансов ему на руку и сердце девушки совсем не добавляли.… А Пересвет… Пересвет и вовсе был тёмной лошадкой. К тому же последних двоих она всё ещё собиралась пристроить по блату своим подругам — Алёнушке и Снегурке. Да и вообще, что это за варварские методы такие — припереть, пусть и морально, девицу к стенке, да ответа от неё требовать.

Всё ещё размышляя, как бы от этих троих быстренько отвязаться, Маруся ковыряла носком землю и старательно отводила глаза. Что-то не её сегодня был вечер, совсем не её — то Кощей Кощеевич, уважаемый, вроде как, ректор, со своими приставаниями. То вот теперь женихи эти доставучие…

Спасение пришло оттуда, откуда Маруся не ожидала. Вернее, она даже и подумать не могла, что подруги её, вероятно, поддавшись дурному влиянию девушки в некоторых вопросах, способные на такое. Услышав какой-то шум, она воздела глаза кверху, и увидела, как из оконца её родной спальни вываливается, будто подвергнутая алкогольному опьянению, ступа Ягини Никифоровны, которую она давеча сама и угнала, спасая Елисея из рук развратной деканши.

А в ней, целеустремлённые и раскрасневшиеся, возбуждённые предстоящим мероприятием, восседали её подруги — Снегурочка и Алёнушка. Ступа плохо их слушалась, но стоило Марусе свистнуть, как старинное деревянное средство передвижения, ринулось к ней, исполняя волю новой хозяйки.

Пока парни, раскрыв рты, наблюдали за этим действом, девушка легко перемахнула к подругам, и они вместе взмыли ввысь, исчезая в ночном тёмном небе.

— Дела… — произнёс Пересвет, провожая их взглядом.

— И что делать будем?! — почесал репу Елисей, не зная даже, как и комментировать случившееся.