Чтение онлайн

— Что конкретно сказал оракул? — прошептал женский голос.

— Оракул сказал, что один из учеников первого курса Академии Зла поставит его на колени. Для короля это означает только то, что он окажется слабее. А если он слабее, то не сможет удержать престол.

— Не может быть, — прошептал «ребенок». — Мой пусик- гадюсик! Ты меня просто поражаешь! Почему он не убьет всех первокурсников?

— Для демона нет ничего ценнее ребенка. Ты же сама знаешь. У демонов не так часто выживают дети. Поэтому за них готовы все отдать. А тут столько смертей. Он на такое не пойдет! — серьезно произнес ректор. — Даже он на такое не пойдет! Он хочет вычислить ребенка сейчас. А не дожидаться, пока он вырастет и приумножит силу!

— Вот это новости, — задумчиво прошептала любовница.

— Клянись, что никому не скажешь, — послышался голос ректора. Они понизили голос до с трудом разборчивого шепота. И снова адское пламя окружило их и угасло.

Их гулкие шаги раздавались в коридоре.

— Кто курил в туалете?! — послышался голос ректора. Он взял за ухо «ребенка». — Талант растет! Ну все, малыш, беги к маме с папой!

Я стояла ни жива, ни мертва. И медленно сползала по стенке. Клятва демона — это не шутки. Клятва адским пламенем — это самое страшное подтверждение слов. Демон может поплатиться жизнью, если его слова окажутся ложью.

Значит, это правда… И если мой ребенок победит, то умрет!

Глава двадцать первая. Испытание на порочность!

Это ж надо! Все испытания проводились, чтобы вычислить магический потенциал каждого.

С этой мыслью я бежала в сторону зала! Нужно предупредить сына, чтобы он даже не думал стараться! А то мало ли!

Я вспомнила, как в детстве, еще лежа в колыбельке, он шевелил предметы во всем доме.

Влетев в зал, я поняла, что опоздала! «Дети» и мой сын стояли в огненном кругу.

— Скажи мне, кто для тебя самый дорогой? — послышался мягкий голос.

— Мама и папа, — послышался голос ученика.

— А у тебя? — Его величество мягко улыбался, глядя на моего сына. Тот стоял в своем черном бархатном костюмчике и старался держаться ровно.

— Мама и Тыкдык, — ответил сын, вздохнув.

Я хотела крикнуть, но раздумала. Пробираясь сквозь толпу, я пыталась подобраться к пламени. «Он не сможет тягаться со взрослыми, опытными демонами!», — утешала я себе.

— Замечательно, — послышался голос его величества. — А теперь закройте глазки. И не подсматривайте!

Внезапно я увидела, как стали падать родители. Один за другим.

— А меня недолюбливают, значит? — проскрипел дед из гроба. Я почувствовала дурман, от которого закружилась голова. На секунду, я закрыла глаза, а когда открыла увидела прутья клетки. В голове все смешалось. Мои руки легли на прутья.

Рядом в клетке сидел Тыкдык! Он свернулся, словно в коробочке. По периметру висели другие клетки, в которых приходили в сознание родители.

Напротив двух клеток стояли дети.

— Вы можете спасти только одного, — послышался голос его величества. — Выбирайте! Как только вы дотронетесь до одной клетки заклинанием или хвостом, эта клетка откроется, а вторая сгорит. Я пыталась крикнуть, но голоса не было. Тыкдык открыл рот, но знакомого «Ми!» не послышалось.

— Я сделал так, чтобы они временно не смогли говорить. И помогать вам заклинаниями. Не могли открыть клетки изнутри, — послышался голос.

Тень его величества нависала над ним. А трон полыхал адским пламенем. Я сощурилась, понимая, что это — чудовище. Страшное, опасное чудовище…

— Мама, — прошептал мой сын, с ужасом глядя на клетки. — Тыкдык…

Другие стояли на месте, опешив от таких перспектив.

Я смотрела на то, как мой ребенок стоит со слезами на глазах. Ничего, дайте мне только выбраться! Мой малыш стоял, закрыв глаза. Он почему-то сжимал кулаки. Его руки тряслись. Ничего не происходило!

— Время на исходе! — послышался спокойный голос его величества. — Выбирайте.

Кто-то метался между клетками, а мой стоял, опустив голову. И тут я увидела как его тень шевельнулась. Из маленькой, детской, она стала разворачиваться. Тень становилась все больше и больше. Она сутулилась, рассматривая руки со страшными когтями.

Мой малыш стоял, не глядя. Со стороны казалось, что он плачет. Как вдруг он поднял голову и решительно шагнул к моей клетке. Дрожащей рукой он прикоснулся к моей клетке, поднимая на меня глаза. В тот момент, когда рассыпалась в прах моя клетка, рассыпалась клетка с Тыкдыком по одному прикосновению тени.

Мой сын бросился ко мне, обнял, а рядом его тень гладила Тыкдыка.

Адское пламя потухло. Клетки исчезли. И воцарилась тишина.

— Я нашел то, что искал. И даже больше. Вашим родителям ничего не угрожало. А теперь все вон! — послышался голос Его Величества. — Быстро вон из зала!

Толпа хлынула из зала, словно по команде. В зале остались только мы вчетвером.

Значит, так, да? Ну ничего! Я тоже кое-что припасла на случай, если придется отбиваться от очень наглых поклонников нашего успеха!

— Ты не тронешь моего сына, — скрипнула зубами я, сжимая в руках пузырек. Сердце учащенно билось, а рука дрожала. Может, я и не самый сильный демон. Но я — мать! И я не позволю!

Его величество выставил руку вперед, а я почувствовала, как оседаю на пол.

Последнее, что я видела, это как Его Величество падает на колени перед моим мальчиком. А потом встревоженные глаза сына, который смотрел на меня очень странно.

Я тянула руку, чтобы сотворить хоть что-то, но меня просто выключало.

Очнулась я от того, что по мне что-то елозит! Большое, шершавое, как наждачка и слюнявое! Что-то дыхнуло на меня такой жуткой вонью, что я мигом открыла глаза и пришла в себя.

— Что?! — дернулась я, глядя на пустой зал вокруг себя. На мне лапами стоял Тыкдык, вылизывая мне лицо.

Кто бы мог подумать, что запах из его рта приведет меня в чувство!

Рядом со мной лежал приказ: «Этим приказом ты имеешь право явиться во дворец и просить абсолютно все, что хочешь! Я дам тебе все, о чем ты попросишь. Кроме ребенка!». На приказе стояла королевская кровавая печать.

Я скомкала бумагу, сжимая ее в руке.

Вскочив на ноги, я бросилась к окну. Недалеко от Академии стояла черная карета с королевским гербом. А к ней шли двое. Мой сын упирался. Но его почти несли к карете.

Скинув шляпу и вуаль, я растерла макияж по лицу, но он был супер-стойким. Даже пальцы не испачкала. Придется, ждать, когда заклинание спадет. А это неделя — не меньше!

Выбросив подушки из-под платья, я щелкнула пальцами. Платье превратилось в плащ с капюшоном. Теперь понимаете, почему я его до сих пор не выбросила? Платье — оборотень для черных делишек на дороге не валяется. А вместо длинной юбки на мне оказался знакомый корсет и черные штаны. Все это смягчало заклинания. Да, у мамы была бурная молодость!