Академия Зла, или сын для козла
Шрифт:
— Гав! — выдал волк хором. Тыкдык, который до этого момента сидел смирненько, вскочил и взлетел на парту, шипя и топорща чешую на хвосте. Огромный волк получил когтистой лапой по морде, взлетел по шторке, сорвался вниз на крокодила. Зашипев на него, он моментально загнал бедолагу под парту.
Сам он уже карабкался по стене, оставляя глубокие борозды. Но штукатурка не выдержала его тушки. И он упал на парту. Перепугавшись окончательно, Тыкдык решил забраться на голову Минотавра. Тот взревел и попытался заехать ему. Но тут же под удар попал паук с головой лошади.
Тыкдык решил ему добавить, но промахнулся. И с шипением попал по волку. Тот бросился наутек, таща за собой хозяина.
Обезумев, Минотавр упал на землю и стал по ней валяться. Тыкдык перепугался еще сильнее и пробежал по стене, сбивая светильники. К каждым звоном стекла в классе становилось все темнее.
— Мяу! — послышалось отчаянное, пока я пыталась забиться под парту. Мою парту уронили вместе со мной. В темноте слышались визги, рев, ржание и даже блеяние! Кто-то пробежался совсем рядом, стуча копытами.
— Бес паники! — кричал ректор. — Бес паники! Кто у нас бес паники? Пусть немедленно прекратит!
Потом стало тихо. К потолку прилип светящийся шар.
От аудитории ничего не осталось. Ни целых парт, ни штор, ни штукатурки. Даже шкаф и тот уронили.
Его величество стоял невозмутимо. Остальные кое-как вылезали из своих убежищ. Мы стягивались к свету.
— Ох, ох, — скулила бабка, таща за рог минотавра.
Ушибленные хвосты, легкие сотрясения, парочка переломов… Все вроде были живы.
И тут в каком-то темном углу, куда не попадал свет магии послышалось писклявое:
— Ми!
От этого «Ми!» шарахнулись все. Кроме Его Величества. Но я видела, как на секунду дрогнула его тень. Дрогнула, но с места не сдвинулась. Минотавр шарахнулся к хозяину. Паук трясся неподалеку.
— Мяу! — послышалось жалобное-прежалобное.
— Ученик! Уберите свое чудовище! — потребовал ректор. — И пусть родители готовят почки. Я взыщу с них за ремонт.
— Ми! — пискнул Тыкдык в темноте. И бросился на его величество.
Я попыталась броситься наперерез, как вдруг увидела, что Тыкдык трется и мурчит. Рука в перчатке гладит его и профессионально… Я бы даже так сказала! … чешет спинку.
— Итак, кто из вас согласен подарить мне своего фамильяра? — произнес Его Величество.
Что? Подарить? Я представила слезы сына: «Мама, а вдруг он будет его обижать! Вдруг он будет его кормить не с мисочки, а с пола! И не будет давать вкусняшки! Вдруг он его запрет в клетку и… и…».
— Я согласен! Держите! — вручили Его Величеству минотавра. Следом остальные звери перекочевали к Его Величеству.
Оставались только мы.
— А что вы с ним будете делать? — спросила я, оттаскивая Тыкдыка.
— Я не обязан тебе говорить. Так ты даришь мне его? — произнесло Его Величество, протягивая руку. — Даришь?
Он произнес это слово с некоторым нажимом. Я представила зареванное лицо сына. «Мама, зачем?!!», — смотрят с укором его глаза. «Ну ты тоже будешь жить во дворце!», — оправдываюсь я, понимая, что нет мне оправдания.
— Нет, — сглотнула я, прижимая к себе Тыкдыка.
— То есть, ты отказываешься? — давал мне еще один шанс его величество. — Ты отказываешься подарить мне свою зверюшку?
— Да, я отказываюсь, — вздохнула я, глядя на Тыкдыка. Тот мурчал и щурил все шесть глаз. — Это — мой зверь. Я сам его создал. И я не отдам его никому.
— Ну что ж, — разочарованно произнесло Его Величество, разворачиваясь ко всем. Бедный ректор держал сразу всех на цепях и поводках. Ему повезло. Волк тянул его назад, к двери. Минотавр вперед. Они как бы были противовесом!
— Ну что ж, второе испытание закончено, — зловеще произнес его величество. Его тень качала головой, словно о чем-то сокрушаясь.- Да, я не стал официально объявлять испытание, чтобы вы поступили так, как посчитали нужным! Поэтому в этом испытании победили … все, кроме…
И тяжелый, разочарованный взгляд упал на меня.
— Почему ты не отдал свою зверюшку? — послышался голос. Все смотрели на нас. Тыкдык чесался с явной целью сломать мне ногу, потом он стал умываться лапами. А потом уселся, свернулся и стал длинным языком вылизывать себе… уши и окрестности.
— Потому что мама расстроится, — ответила я, вздохнув. — А еще он умеет мурчать! Мама всегда хотела котика… И я хочу подарить его маме. Так что я не могу его вам подарить, потому что пообещал подарить его маме. А подарки не передариваются.
Ну да, маме! Мама с лопатой выгребала лоток. Мама тащила тяжелый мешок. Мама гоняла Тыкдыка метлой. Мама умеет отдыхать!
— Я тебя понял, — послышался голос Его Величества. Он вглядывался в меня и о чем-то думал. — Постарайся на следующем испытании.
Он встал и вышел, а я поплелась в сторону комнаты.
— Может, ты пока не будешь есть соседей? — громко сказала я, поглядывая на детей, которые были вовсе не детьми. — Мы потом, тихонько кого-нибудь отловим, и ты поешь. Обещаю!
В этот момент от меня шарахнулись. Мы шли по коридорам. А за нами шла целая делегация с заклинаниями наготове. Шли они кучкой. Чтобы легче было обороняться.
Я вошла в комнату, тут же закрывая дверь.
— Мы победили?!! — вылетел мой сын, обнимая Тыкдыка!
— В одном испытании да, в другом — нет, — вздохнула я, расстроенно присаживаясь на диван. Тыкдык подставил пузико, а сын сбегал за металлическими граблями. Лежали у нас в чемодане раскладные грабли для наступания. Мама по акции купила!
— Мам, ты не расстраивайся, — обнял меня сын, почесывая пузо Тыкдыка. Тот млел и вытянулся поперек комнаты. — Мы обязательно победим!
— Слушай, сынок, — ласково начала я, видя, что действие зелья начинает заканчиваться. — А если бы его величество попросил тебя … подарить ему Тыкдыка? Что бы ты сделал? Ты бы подарил?
Сын посмотрел на меня встревоженно.
— Нет! — ответил ребенок. И замотал головой для убедительности.
— А почему? — спросила я, глядя на грабельки, скребущие по шипастому пузу.