Акапулько
Шрифт:
— Что ты имеешь в виду?
Он рассказал ей, что их сын убежал.
Из телефонной трубки до Тео донесся ее, несколько смягченный дальним расстоянием, визг:
— Я дала тебе мальчика на несколько недель, а ты умудрился потерять его в чужой стране?!
— Я не терял его. Постарайся понять, он убежал от меня. Он то же самое делал и в Нью-Йорке.
— Это совсем не то же самое! Мексика не Нью-Йорк! Здесь он среди своих, добрых людей, которых он понимает, в знакомых местах. А что если он там заболел и рядом никого нет, чтобы оказать ему помощь? Тео, если с Чарльзом что-нибудь случится, ты будешь лично отвечать передо мной.
Тео заставил себя говорить спокойным тоном.
— Ничего с мальчиком не произойдет. А твои обвинения в мой адрес делу не помогут. Не теряй головы, Джулия. Я хочу, чтобы ты знала — я как мог старался для Чака. Брал его плавать с собой, проводил с ним вечера, водил его повсюду. Но Чака просто невозможно ничем пронять…
— Что ты сделал, чтобы разыскать его?
— Все, что возможно для этого сделать, сейчас делается, — сообщил ей Гэвин. — Американское посольство уж поставлено в известность, у них есть определенные методы решения таких проблем. И полиция тоже. Кроме того, одна газета, она здесь выходит на английском, поместила заметку о мальчике. Еще я дал туда большое объявление. Все эти вещи требуют времени и…
— Это все недостаточно. Найми частных детективов. Два, три, хоть целое агентство, если это будет необходимо. Разыщи Чарльза, Тео; отправь его обратно ко мне, я о нем позабочусь.
— До сих пор у тебя просто дивно это выходило.
— Негодяй, — ответила она. — Может, если бы у Чарльза был настоящий отец, а у меня — настоящий мужчина…
— Джулия…
— Как только будут какие-нибудь новости, сразу же поставь меня в известность, Тео. И обязательно найми детективов. Хоть один-единственный раз сделай что-нибудь правильное. — И она бросила трубку.
«Ах, Джулия, — подумал Гэвин, глядя на замолкший аппарат в своей руке. — Слава Богу, что есть такая женщина, как Саманта. Стиль, воспитание, порода, истинная оценка мужских свершений. Как приятно будет…»
Телефон зазвонил снова. Это был Джерри Баумер, из Лос-Анджелеса. Специалист по рекламе с обычной для него энергией сразу же ринулся в бой:
— Как с вами обходится Мексика, мистер Гэвин? Хотел бы вскоре присоединиться к вам, но…
— Давай поговорим о делах, Джерри. Сначала Саманта Мур.
— Прекрасная идея. И эта переориентация вашей серии на мужчин — это просто прекрасно.
— Все уже переменилось, Баумер.
— Вы уже не собираетесь привлекать к работе Мур? Знаете ли, я должен вам сказать, у меня с самого начала были некоторые сомнения относительно ее участия в этом деле. Я сейчас готовлю подробный меморандум, в котором…
— Баумер, успокойся и послушай меня. Мы опять возвращаемся к нашему первоначальному замыслу. Серия для женщин, и все. Это окончательно. А Саманта Мур является важной, неотъемлемой составляющей нашей команды. Я позвонил, чтобы дать тебе ключевые указания по всей рекламной кампании…
— Я вас слушаю, мистер Гэвин.
— Новое название серии — «Саманта»! Ничего больше. Просто это имя и восклицательный знак. Как тебе эта мысль? — Трубка молчала. — Проклятье! — воскликнул Тео. — Нас разъединили.
— Мистер Гэвин, — сказал Баумер. — Превосходно. Превосходно. Вы прямо в самую точку попали! Саманта! Прямо хоть на долларах ставь такой ярлык! Как… как здорово!
— Тебе нравится моя идея?
— Я просто влюблен в нее, мистер Гэвин, просто влюблен! Всякий раз когда Саманту будут показывать по телевизору или брать у нее интервью, это автоматически будет рекламировать нашу продукцию. Ее имя станет символом!
— Эта мысль приходила мне в голову, — прокомментировал восторги Баумера Тео.
— Конечно, — отозвался Баумер, несколько увядая. — Саманта — это Саманта! Что за восхитительная реклама из этого получится! Позвольте мне быстро записать…
— Рекламная кампания должна быть построена вокруг этого имени, Баумер. Начни прямо сегодня. Я хочу, чтобы на проект работали оба побережья Америки. Рекламные объявления, усиленная пропаганда и информация, турне для мисс Мур. Свяжи ее с Джонни Карсоном, обязательно.
— У Джонни сейчас серьезная операция. Но знаете, что я вам хочу сказать, — если Саманта не заткнет за пояс Джонни Карсона, я готов вернуть вам свой гонорар! — Он от души рассмеялся. — А все знают, что возвращать деньги — против моих религиозных убеждений.
— Может быть, я тебя потом и подловлю на слове. Займись тем, что я тебе сказал, прямо сейчас. Я сразу же извещу тебя, как только контракты будут подписаны, и мы закрутим все наши дела.
— «Закрутим» — то самое слово, мистер Гэвин!
Не прощаясь, Тео повесил трубку и поздравил себя. «Саманта. Просто фантастическое название для парфюмерной серии! Солидно звучит, хорошо выглядит, кажется дорогим и загадочным. Это будет большой игрой. Больше никаких кратковременных взлетов и быстрых падений! Люди думают, что я богат, что все мои предприятия — чистое золото. Все это показуха, фасад. Нет, конечно, мне удается поддержать марку, занимаясь кубинскими сигарами и итальянскими туфлями ручной работы по сто двадцать пять долларов за пару, но до богатства тут еще далеко. До того богатства, которое необходимо мне».
«Фасад тоже важен, — напомнил он себе. — Способность заставить людей поверить, что дела у меня идут лучше, чем на самом деле. Вот возьмем Саманту. Если бы она разузнала, что я действую так близко на грани провала, вся сделка пошла бы прахом. Но она не знает правды и никогда не сможет ее узнать. Никогда до тех пор, пока настоящий мужчина Тео Гэвин имеет голову на плечах, а ногами крепко стоит на земле.» «Просто нужно быть настойчивым, продолжать свои попытки, — напомнил он себе. — Бей в одну точку, и ты получишь то, к чему стремишься! На этот раз — обязательно. Нет сомнений. Никаких сомнений».
— В океане есть что-то такое, какая-то сила, которая как бы притягивает меня к нему, — сказала Шелли.
Морри, шагающий радом с ней, тоже посмотрел вдаль. Не обращая внимания на других людей, они шли вместе по пляжу. Был вечер, и звезды освещали песок и воду рассеянным мерцанием, которое смывало прочь все неприятное и плохое.
— Старые морские волки, мореплаватели и рыбаки — они с тобой, они продолжают возвращаться к океану…
Она остановилась, вглядываясь вперед.